Ознакомительная версия. Доступно 103 страниц из 683
Существуют и промежуточные формы приспособления к ультрафиолетовому облучению, не принимающие характера явно выраженных расовых различий, но выражающиеся в необратимых и наследственных проявлениях смуглокожести. Смуглая кожа наблюдается у жителей Индии, многих стран Ближнего Востока и Северной Африки. А у евреев, давно живущих в Европе, смуглокожесть, как правило, утрачена, и чтобы приобрести ее, им приходится тщательно загорать.
«К медленно обратимым реакциям, – отмечает далее Шмальгаузен, – относятся и результаты «упражнения и неупражнения» органов. Результаты тренировки мышц угасают при прекращении тренировки. Структура губчатого вещества кости всегда перестраивается соответственно нагрузке данного времени. Это процесс не быстрый, но он может менять свое направление, т. е. обратим в пределах особи. То же самое касается густоты шерстного покрова млекопитающих, оперения птиц, изменения сердца, легких и кишечника позвоночных. Другие модификации, развившись у известной особи, удерживаются ею затем на всю жизнь» (Там же).
По этому поводу можно сказать, что результаты онтогенетической тренировки даже в пределах особи, никогда не бывают полностью обратимыми. Они влияют на морфологические особенности индивида всю последующую после проведения интенсивных тренировок жизнь. Так, мускулистые спортсмены, в молодости активно тренировавшиеся, после прекращения тренировок в зрелом возрасте нередко так заплывают жиром, что их порою трудно узнать. Это, безусловно, результат обратимости тренировки органов, являющаяся последствием их нетренировки. Но это одновременно и результат необратимости тренировки-нетренировки, упражнения-неупражнения органов.
Морфологическая перестройка органов в процессе регулярных тренировок при правильном их построении может быть весьма глубокой и прочной. Она продолжается и углубляется на протяжении всего периода тренировок, причем тренировка опорно-двигательного аппарата вызывает коррелятивную перестройку сначала работы, а затем и организации всех внутренних органов. Способы психофизического самосовершенствования человека позволяют активно упражнять и внутренние органы, достигая выдающихся результатов в совершенствовании их биологической работы.
Если для человека открыты возможности целенаправленных тренировок, целесообразной работы над собой, то представителям растительного и особенно животного мира присущ вынужденный характер упражнения-неупражнения органов и всего организма в целом для удовлетворения их потребностей в ресурсах, извлекаемых из окружающей среды. Стимулом для систематических тренировок здесь выступает стремление к оптимизации собственной жизнедеятельности, причем такие вынужденные тренировки охватывают всю жизнь особей от рождения и до смерти. Всякая борьба за существование сопровождается работой и тренировкой органов, оказывая тем самым влияние на отбор. Освоение измененной среды вынуждает организмы изменить формы и способы борьбы за существование, биологической работы и тренировки органов.
При прекращении систематических тренировок, постоянном неупражнении органы, как правило, теряют способность нормально выполнять свои функции и в конечном счете атрофируются. Лежачие больные после выздоровления вынуждены заново учиться ходить. Это – тоже результат обратимости упражнения ног в случае их длительного неупражнения. Слепота или подслеповатость живущих в темноте из поколения в поколения животных есть в первую очередь результат филогенетического неупражнения органов зрения, отсутствия реакций на свет и мозговой мобилизации на построение зрительных образов. Возможно, в этих процессах принимает участие неконтролируемое отбором накопление мутаций, но это лишь вторичный, второстепенный фактор, участвующий в атрофии органов зрения. Мутации могут накапливаться только там, где отсутствует поддержанная отбором филогенетическая тренировки органов.
При попадании в качественно иную среду обитания организмы вынуждены соответственно изменять работу всех своих органов и тем самым приучать их к совершенно иным формам и способам их упражнения – неупражнения. Им приходится по иному двигаться, по-иному добывать пищевые ресурсы, по-иному питаться, дышать, спариваться, создавать условия для жизни потомства. Все это не может не накладывать отпечаток на работу генетических структур, ответственных за снабжение клеток по-иному работающих организмов необходимыми им жизненными ресурсами.
При изменении биологической работы организмов изменяются и межклеточные коммуникации, и гормональная наполненность организмов. Естественно, и половые клетки, созревающие внутри половых органов, при всей их защищенности от изменений в соматических структурах, не могут оставаться в стороне и вынуждены приспосабливаться к этим изменениям. Тем не менее на протяжении смены большого числа поколений результаты изменения форм и способов биологической работы, упражнения – неупражнения органов остаются обратимыми и ненаследственными. Вопреки упрощенным представлениям ламаркистов, филогенетическая тренировка сама по себе не может превратить плавники кистеперых рыб в лапы наземных позвоночных, а лапы некоторых наземных позвоночных в ласты китообразных и ластоногих. Она не является простым суммированием онтогенетических тренировок в ряду поколений. Но она шаг за шагом подготавливает филогенетический метаморфоз, который вовлекает в себя координированные изменения организации генетических структур и перестройку видовых геномов. Только так при поддержке и непосредственном участии отбора могут сформироваться новые наследственные механизмы, отражающие изменения работы генетических структур под давлением необратимого действия филогенетической тренировки. Именно согласованная биологическая работа органов и систем целостных организмов, выражающаяся в филогенетической тренировке, формирует и поддерживает любые корреляции. И она же при изменении форм и способов ее осуществления приводит к соответствующему изменению этих корреляций, т. е. к координированному изменению по-иному скоррелированных организмов. Она же постоянно и настоятельно требует от генетической подсистемы организмов соответствующего изменения геномных корреляций.
Косвенное доказательство косвенного же влияния ненаследственных изменений под действием филогенетической тренировки содержится в исследованиях так называемых длительных модификаций. Вот размышления И. Шмальгаузена по этому поводу:
«Некоторое влияние индивидуальных реакций на развитие потомства, впрочем, иногда наблюдается: это – довольно редкие случаи длительных модификаций. Однако, в отличие от мутаций, длительные модификации передаются при половом размножении, во-первых, всему потомству, а не определенному проценту особей, во-вторых, в слитном, а не в дискретном проявлении, и, в-третьих, в быстро затухающем от поколения к поколению выражении. У нас имеются все данные связывать некоторую возможность длительных модификаций с наследственной передачей через плазму половых клеток» (Там же, с. 17).
Длительные модификации редки только при исследовании в искусственных лабораторных условиях. Напротив, при переходе организмов в иную среду они становятся не только не редкими, но практически повсеместными. Долинные растения, вырастающие в горах, образуют горные модификации. При образовании длительных модификаций, т. е. при обитании в горах на протяжении большого числа поколений, будучи высажены в долинах, они проявляют неполный возврат к долинным формам, т. е. неполную обратимость их строения и протекания морфофизиологических процессов. Это – результат филогенетической тренировки организмов в существенно новых условиях, которые были частично освоены и стали, собственно, уже не новыми. Относительно новыми теперь становятся долинные условия. Чрезвычайно важным с эволюционной точки зрения является свойство длительных модификаций, в отличие от мутаций, передаваться всему потомству, а не его части. Это позволяет совместно эволюционировать применительно к необычным условиям большим группам особей, целым популяциям или даже видам, тогда как комплексы мутаций, даже если предположить возможность их поддержки отбором, что мы считаем маловероятным, должны еще распространяться в популяциях на протяжении смены неопределенного числа поколений. Кроме того, длительные модификации, в отличие от мутаций, сразу имеют приспособительный характер и создают их носителям селективным преимущества, что не вызывает сомнений в их поддержке отбором. Немаловажным является и свойство длительных модификаций развиваться в слитном, а не в дискретном проявлении, т. е., не по законам Менделя, а по закономерностям филогенетической тренировки. То же, что длительные модификации, в отличие от мутаций, быстро затухают от поколения к поколению, т. е. как любые модификации, являются обратимыми, также является свойством филогенетической тренировки, как и всякой тренировки, пока она не стала настолько длительной, что преобразовала нормы реакции генотипов, т. е. при поддержке отбора сформировала новые способы выработки модификаций. Только тогда передача длительных модификаций при половом размножении может стать незатухающей и необратимой, т. е. на их основе в плазме и ядрах половых клеток вырабатываются новые наследственные механизмы.
Ознакомительная версия. Доступно 103 страниц из 683
