Ознакомительная версия. Доступно 12 страниц из 80
Действия эскадры Мельдерса в качестве штурмовиков были весьма результативными. Всего за день 22 июня 51-я истребительная эскадра уничтожила на земле 129 советских самолетов. Некоторые истребительные части больше самолетов уничтожили на земле, чем в воздухе. Так, II группа эскадры (II/JG51) заявила об уничтожении на аэродромах 63 машин, а в воздушных боях – только 28.
Уже с первых часов войны стало себя проявлять несовершенство организационной структуры ВВС Красной Армии. 9, 10 и 11-я авиадивизии были формально подчинены армиям. В руках командующего ВВС Западного фронта И. И. Копца оставались только 12, 13-я бомбардировочные авиадивизии, 3-й авиакорпус дальней авиации и 43-я истребительная авиадивизия. Истребители последней базировались в районе Орши и участвовать в боях на границе не могли. Так что Копец мог бросить в бой только СБ и ДБ-3, причем без истребительного прикрытия.
С середины дня 22 июня генерал Копец активно использовал бомбардировочную авиацию 12-й и 13-й авиадивизий, а также 3-й дальнебомбардировочный корпус. Ответные удары были нацелены на известные аэродромы противника, переправы через Буг и колонны механизированных частей.
Одной из целей советских бомбардировщиков стал аэродром Бяла Подляска, на котором базировались пикировщики из 77-й эскадры (StG77). На летном поле разорвались авиабомбы – в небе над аэродромом медленно плыли шесть двухмоторных самолетов с красными звездами на крыльях. Атака «мессершмиттов» последовала незамедлительно. Командир отряда капитан Г. Пабст записал в дневнике:
«Первый с ходу открыл огонь, тонкие полоски трасс протянулись между двумя машинами. Огромная птица неуклюже заваливается на бок, на солнце засверкал ее серебристый фюзеляж, после чего она вертикально устремилась к земле, сопровождая падение усиливающимся, безумным воем двигателей. Вверх поднялся огромный столб огня – русским пришел конец! Вскоре второй бомбардировщик вспыхивает ярким пламенем и, ударяясь о землю, взрывается. В воздух взметнулись обломки лопастей. Следующая подожженная машина будто наталкивается на невидимое препятствие и переваливается через нос. Потом погибает еще один бомбардировщик, и еще один. Последний СБ группы падает прямо на деревню около аэродрома, после чего там целый час бушует пожар. У горизонта поднялись шесть столбов дыма – сбиты все шесть бомбардировщиков!»
Картина эта была типичной для 22 июня – в списках побед групп немецких истребительных эскадр за этот день в основном числятся бомбардировщики. Попытки противодействия немцам силами не прикрытых истребителями бомбардировщиков привели к тяжелым потерям. 13-я авиадивизия потеряла в течение дня в воздушных боях и от обстрела с земли 64 бомбардировщика (преимущественно СБ).
Итогом дня для ВВС Западного фронта стала потеря 738 самолетов, из них 528 самолетов было потеряно на земле. Потери в воздухе распределялись следующим образом: 133 были сбиты вражескими истребителями и 18 – зенитками, а 53 не вернулись с боевого задания. Эти данные неплохо стыкуются с немецкими заявками на сбитые в первый день войны советские самолеты. Только одномоторные истребители 2-го воздушного флота заявили об уничтожении в воздушных боях 180 краснозвездных машин всех типов. С учетом того, что часть сил VIII авиакорпуса действовала над территорией Прибалтийского округа, заявку можно признать вполне близкой к действительности.
В конце дня командующий ВВС Западного фронта И. И. Копец лично облетел на истребителе многие аэродромы вверенных ему авиадивизий. Увидев своими глазами разбитые и обугленные остовы истребителей, выщербленные после потерь в воздухе ряды бомбардировщиков, после приземления в 18.00 22 июня он застрелился. Вполне вероятно, что если бы он это не сделал, он бы вместе с командующим ЗапОВО Павловым мог оказаться на скамье подсудимых. Вместо Копца эта судьба постигла одного из его бывших подчиненных. Командира 9-й авиадивизии генерал-майора С. А. Черных обвинили в преступном бездействии, арестовали, судили и вскоре расстреляли.
Командующий ВВС Западного особого военного округа генерал-майор И. И. Копец.
На второй день войны накал борьбы над аэродромами несколько снизился. Однако немцы продолжали наносить удары по некоторым из них. В ночь с 22 на 23 июня 127-й полк перебазировался на аэродром Лида. Однако в условиях смены аэродрома возникли серьезные организационные и технические сложности, которые привели к печальному финалу. В документах 127-го полка об этом сказано следующее: «В связи с тем, что не была обеспечена заправка ГСМ наших самолетов, они не могли подняться в воздух и при штурмовке были выведены из строя».[386] В итоге на 24.00 23 июня в составе 122-го и 127-го авиаполков осталось всего 2 И-16 и 10 И-153 на аэродроме Лесище. Авиадивизия погибшего 22 июня полковника Ганичева практически перестала существовать.
По данным, приведенным в отчете штаба ВВС Западного фронта, за 23 июня было потеряно 125 самолетов, в том числе на аэродромах – 63 самолета.
Первым актом борьбы за небо над Украиной стали налеты немецкой авиации на советские аэродромы. С одной стороны, задача 4-го воздушного флота была намного сложнее, чем у воздушных флотов на московском направлении и в Прибалтике. Соотношение сил ВВС сторон было для немцев на Украине менее благоприятным. Кроме того, имела место определенная недооценка противника. Д. Б. Хазанов отмечает: «В изданной в начале мая 1941 г. штабом 4-го воздушного флота «Памятке о юго-западной части Советской России» общее число самолетов КОВО определено в 2,5 раза меньшим, причем наиболее сильно было занижено число советских истребителей. Однако основные аэродромы германская разведка выявила очень точно, отметив наличие крупных авиабаз с построенными ангарами, бетонными полосами, подъездными железнодорожными путями, расположенными рядом крупными складами горючего».[387] Таким образом, полностью вскрыть систему базирования авиации КОВО немцам не удалось, хотя приграничные аэродромы были им хорошо известны. С другой стороны, владение инициативой и отработанная техника ударов по аэродромам обещали если не быстрый успех, то по крайней мере выравнивание соотношения сил в воздухе. Свою роль также сыграли субъективные факторы. Как отмечалось в ЖБД ВВС ЮЗФ: «17.6 была получена директива Народного Комиссара Обороны о маскировке аэродромов и рассредоточении и маскировке самолетов. Конкретные мероприятия по указанной директиве штабом ВВС КОВО проведены в жизнь не были. Полки продолжали базироваться на лагерных аэродромах (на каждом аэродроме полк). Самолеты были рассредоточены по границам аэродромов группами поэскадрильно. Маскировка плохая».[388] Последствия этого начали сказываться уже в первые часы войны.
Брошенный на аэродроме поврежденный МиГ-3. Судя по разрушенному килю, самолет мог стать жертвой обстрела с воздуха.
В промежуток с 4.00 до 5.00 утра 22 июня около 300 самолетов V авиакорпуса атаковали 24 аэродрома, на которых базировались бомбардировочные и истребительные полки ВВС КОВО.[389] В основном атакам подверглись аэродромы на Западной Украине. Расположение атакованных аэродромов показано на схеме XV на стр. 407. ЖБД ВВС ЮЗФ свидетельствует, что «Боевые тревоги в полках были объявлены до начала налета».[390]
Брошенный на полевом аэродроме истребитель МиГ-3. Возможно, он не смог взлететь из-за отсутствия топлива или сжатого воздуха для запуска мотора.
На направлении главного удара группы армий «Юг» базировалась 14-я авиадивизия полковника Зыканова, находившаяся в подчинении 5-й армии. 22 июня три из четырех ее аэродромов (Колки, Велицк и Млынув) подверглись ударам с воздуха. Остался неатакованным только аэродром Федоровка в глубине, в районе Новоград-Волынска. Точные данные о потерях полков авиадивизии за 22 июня в документах не приводятся, однако по донесению о боевом составе можно рассчитать разницу в числе боеготовых самолетов на вечер 21 и 22 июня. Так, число боеготовых самолетов 46-го ИАП уменьшилось за день на 7 И-16 и 9 И-153, число боеготовых самолетов 17-го ИАП – на 18 И-153, 89-го ИАП – на 6 И-16.[391] Далеко не все эти самолеты были потеряны на земле.
Летчики 14-й авиадивизии оказали противнику ожесточенное сопротивление. Аэродром Млынув, на котором базировался 46-й ИАП, стал настоящим кладбищем немецких бомбардировщиков. Только 55-я бомбардировочная эскадра «Гриф» в течение 22 июня потеряла в районе Млынува 7 своих бомбардировщиков.[392] Все они, по немецким данным, были сбиты советскими истребителями. Еще один Хе-111 эскадры «Гриф» был потерян в районе Луцка, также в зоне ответственности 14-й авиадивизии.
Причиной достаточно больших потерь 17-го ИАП 14-й авиадивизии стал человеческий фактор. Пилоты полка на выходные обычно уезжали к семьям в Ковель. Суббота 21 июня не стала исключением. Когда аэродром полка оказался под ударом немецких бомбардировщиков, организованного сопротивления они не встретили: «Противодействовать ударам бомбардировщиков мы не могли: летный состав находился в Ковеле у своих близких».[393] Вместе с тем нельзя не отметить, что полностью уничтожить авиапарк 17-го ИАП немцам не удалось, было потеряно меньше половины из полусотни «чаек».
Ознакомительная версия. Доступно 12 страниц из 80
