445
Beckett S. Nouvelles et Textes pour rien. P. 148.
Ibid. P. 168.
Beckett S. Mercier et Camier. P. 129.
Beckett S. Nouvelles et Textes pour rien. P. 117.
Beckett S. Nouvelles et Textes pour rien. P. 120.
«Я несколько раз тонул в море» (Ibid. P. 148).
Ibid. P. 202.
Ibid. P. 125.
Beckett S. Mercier et Camier. P. 125.
Спящая красавица должна проснуться вся в пыли и паутине, утверждает Ж. Батай в статье «Пыль» (Bataille G. Œuvres complètes. Т. 1. P. 197).
В «Симфонии № 2» Марина Петровна вместе во своими волосами утрачивает и влияние на автора. С психоаналитической точки зрения факт внезапного облысения можно интерпретировать как победу мужского начала над женским, что позволяет автору наконец-то прекратить наррацию.
См.: Ямпольский, 42–73.
Beckett S. Nouvelles et Textes pour rien. P. 156.
Здесь Беккет очень близок Батаю и сюрреалистам; см.: Зенкин С. Н. Блудопоклонничечкая проза Жориса Батая. С. 21–23.
См. стихотворение 1934 года «Царь вселенной…».
«Обычное наше движение — концентрированное: к одному концу приложена сила, другой конец под ее воздействием пассивно меняет свое положение. Это движение по принципу рычага.
Но глубже и исконнее его колыхательное движение жизни, при котором нет разделения на активные и пассивные элементы, все по очереди равноправны. Такое переливающееся по телу движение называют в зависимости от того, к чему оно относится, перистальтикой, судорогами, спазмами, перебиранием жгутиков или ног, пульсацией, ползанием разных видов. Но суть его одна: нерасчлененность на периоды (шаги) и отсутствие центра толчка. Этим противны гады. Ведь движение змеи — это движение кишки, да и форма та же» (Чинари—1, 86).
В знаменитом сюрреалистическом видении Рокантена «студенистая, теплая, в мелких пузырьках» сперма, текущая из гигантских фаллосов, смешивается с кровью (Сартр, 159). Плевок же, как отмечает С. Зенкин, служил образцом бесформенности и для Батая и для сюрреалистов (Зенкин С. Блудопоклонническая проза Жоржа Батая. С. 22). В текстах Хармса тоже довольно часто плюются: особенно характерна в этом отношении «симфония» «Начало очень хорошего летнего дня», в которой упоминается мальчик, пожирающий «какую-то гадость» из плевательницы. Тем самым он как бы причащается внутренней бесформенности мира и человеческого тела. Похожее по своей сути действие осуществляет и герой «Реабилитации»: он подлизывает кровяные лужи и пятна, оставшиеся после того, как он вспорол телесную оболочку мира. Что касается пота, то у Беккета ослабление потоотделения трактуется как знак умаления телесности (см., например, пьесу «Счастливые дни»).
Батай Ж. Небесная синь // Батай Ж. Ненависть к поэзии. С. 147.
Согласно Друскину, суть опьянения в «освобождении от личного, самого неприятного, что есть в мире» (Чинари—1, 178).
По мысли Ж.-Ф. Жаккара, подобный феномен должен рассматриваться в контексте разработанного Матюшиным метода «расширенного смотрения» (Жаккар, 169). Действительно, метод предполагал освобождение от земного тяготения и ложной индивидуальности; вот как это описывает Липавский: «Предметы схватываются глазом более четко, цельнее. Они как бы вырастают или готовятся к полету. Да, они летят. Человек теряет свое место среди предметов, подвластность им. Это и дает освобождение от индивидуальности» (Чинари—1, 178). Однако полет может переродиться в неподвижное движение в гомогенной среде.
Характерно, что текст «Одиннадцать утверждений Даниила Ивановича Хармса» (Псс—2, 304), в котором говорится о «текучей» мысли, начинается утверждением, что предметы пропали.
«Заумь здесь — обостренная фонетика — угадывание через звук, или выявление звуком нашего подсознательного», — говорит Крученых (Крученых А. Заумный язык у Сейфуллиной, Вс. Иванова, Леонова, Бабеля, А. Веселого и др. С. 14). По словам К. Малевича, «интуитивное творчество бессознательно и не имеет цели и точного ответа» (Малевич К. С. От кубизма к супрематизму. Новый живописный реализм. С. 193).
Отсюда и интерес Хармса к разного рода магическим манипуляциям.
Юнг К.-Г. Психология переноса. С. 188.
Юнг К..-Г. Психология и алхимия. С. 326.
Там же. С. 330.
Юнг К.-Г. Mysterium coniunctionis. С. 475.
Там же.
Деревьям посвятил одну из частей своего трактата «Разговоры вестников» Я. Друскин.
У Хармса рождение поэтической вещи происходит также за миром.
Вестники наблюдают, как почки раскрываются на деревьях, то есть присутствуют при творении мира, происходящем в каждом отдельно взятом мгновении, которое становится тем самым «вещью в себе» (см.: Друскин Я. С. Разговоры вестников // Чинари—1, 773–774).
Юнг К.-Г. Синхронистичность. М.; Киев, 1997. С. 292.
Юнг К.-Г. Mysterium coniunctionis. С. 507.
Юнг К.-Г. Синхронистичность. С. 301.
Юнг К.-Г. Синхронистичность. С. 292.
Там же. С. 233.
В 1937 году Хармс напишет: «Вот грянул дождь, / Остановилось время, / Часы беспомощно стучат / Расти трава, тебе не надо время. / Дух Божий говори. Тебе не надо слов» (Псс—1, 288).
Юнг К.-Г. Синхронистичность. С. 232–233.
Jaccard J.-Ph. De la réalité au texte. L’absurde chez Daniil Harms // Cahiers du monde russe et soviétique. 1985. Vol. 26 (3–4). P. 295.
Собрания чинарей происходили, как правило, раз в неделю на квартире Липавского или Друскина. Друскин вспоминал: «Разговоры велись преимущественно на литературные и философские темы. Все, что мы писали, мы читали и обсуждали совместно. Иногда спорили, чаще дополняли друг друга. Бывало и так, что термин или произведение одного из нас являлось импульсом, вызывавшим ответную реакцию. И на следующем собрании уже другой читает свое произведение, в котором обнаруживается и удивительная близость наших интересов и в то же время различия в подходе к одной и той же теме. <…> Бывали у нас и расхождения и часто довольно серьезные, но на непродолжительное время и одновременно такая близость, что бывало, один из нас начнет: „Как ты сказал…“, а другой перебьет его: „Это сказал не я, а ты“» (Чинари // Wiener Slawistischer Almanach. 1985. Bd. 15. S. 400–401). Можно сказать, что общение чинарей носило характер «соборной коммуникации».
См.: Юнг К.-Г. Психология переноса. С. 147; Юнг К.-Г. Психология и алхимия. С. 255–256. Если в «О.Л.С.» налицо три элемента из четырех, то в «Мести» апостолы перечисляют все четыре, что вызывает немедленное появление Фауста-алхимика (Псс—1, 149; здесь же фигурирует и уже знакомый нам кувшин). Поскольку алхимический процесс предполагает единение всех элементов, в том числе воды и огня, их противопоставление становится некорректным: так, на мой взгляд, не совсем справедлива точка зрения, в соответствии с которой Фауст и его элемент — огонь — играют в «Мести» сугубо негативную роль (ср.: Жаккар, 54–55).
Юнг К.-Г. Mysterium coniunctionis. С. 307.
Юнг К.-Г. Психология переноса. С. 163.
Юнг К.-Г. Mysterium coniunctionis. С. 425.
Там же. С. 426. «Вестники знают язык камней», то есть дорефлексивный, молчаливый язык, отмечает Друскин (Чинари—1, 774).
См. сценку Хармса «Воронин (вбегая)…» (Псс—2, 41).
Ferenczi S. Thalassa. P. 64.
Меркурий является «семенной материей» как мужчины, так и женщины. «Mercurius masculinus и Mercurius foemineus соединяются в и посредством Mercurius menstrualis, т. е. „aqua“» (Юнг К.-Г. Mysterium coniunctionis. С. 504).
