помогающие справиться с этой ситуацией. В следующей главе мы рассмотрим три из них.
Глава 4
Три измерения секретов
Однажды вечером, спустившись на станцию метро у моего дома, я, как и другие пассажиры, с ужасом увидел человека, который сидел на краю платформы, куда вот-вот должен был прибыть поезд. Он дико размахивал руками, и пассажиры опасались к нему приближаться. Незнакомец явно был не в себе. Табло показывало, что до прибытия поезда в сторону центра остается всего две минуты. Напряжение нарастало, а окружающие нервничали все сильнее. Все застыли в нерешительности, не зная, как помочь. Моя жена бросилась вверх по лестнице, чтобы предупредить работника в билетной кассе. Я двинулся следом, но, увидев, что многие пытаются сделать то же самое, вернулся. Сотрудник, сидевший за прозрачной перегородкой наверху, похоже, мало что мог сделать. Я побежал обратно на платформу. В голове крутились понятия вроде «эффекта свидетеля» и «доброго самаритянина», но они не давали ответа на вопрос, что делать сейчас, как исправить эту ситуацию. Если попытаться схватить человека за руку, можно легко свалиться на рельсы. Я снова застыл, как и все люди на платформе. Внезапно пришла мысль: «А кто-нибудь пытался поговорить с этим человеком?»
У меня не было конкретного плана, но я подумал, что простой разговор, возможно, позволит увести его от края платформы. Я не помню, что именно тогда сказал, – скорее всего, спросил: «Что случилось?» В ответ незнакомец выпалил несколько слов, но я не мог разобрать их. Протянув руку, я сделал приглашающий жест и произнес: «Подойди сюда. Скажи мне здесь». К моему удивлению, он встал и приблизился. Мужчина сказал, что ему нужны деньги на еду, и я дал ему немного. Когда он удалился, а поезд с грохотом въехал на станцию, все вздохнули с облегчением.
Подобные приключения не относятся к разряду того, что держат в секрете. В последующие дни я поделился этой историей с друзьями и коллегами. Но почему? Потому что она интересная? У меня есть интересные личные секреты, но я ведь не стремлюсь поделиться ими из-за этого. Потому что она запоминающаяся? Это был захватывающий случай, оставивший яркие и неизгладимые воспоминания, но у каждого есть секреты со схожими качествами, которыми мы не делимся с другими.
Держать такое событие в секрете было бы странно, поскольку большинство согласится с тем, что я поступил похвально. Мы с радостью делимся с окружающими тем, что характеризует нас положительно. Именно так мы становимся теми, кого любят и уважают, кем восхищаются.
Мы считаем нравственность одним из важнейших аспектов характера человека. Одно из моих любимых исследований, иллюстрирующих это, провела Нина Стромингер, профессор юриспруденции и деловой этики из Пенсильванского университета. Она предлагала участникам представить таблетку, которая после приема навсегда избавляет от какого-то качества: например, представьте, что она лишает умения ездить на велосипеде{1}. Стромингер просила оценить, насколько такое событие меняет человека по шкале от 0 % («тот же человек, что и раньше») до 100 % («теперь совершенно другой человек»). В среднем участники указали, что таблетка, влияющая на умение ездить на велосипеде, меняет человека лишь на 20 %. А если таблетка превращает трудолюбивого человека в ленивого? Испытуемые отвечали, что это меняет его на 50 %.
А если бы таблетка могла превратить дурака в нормального человека? Какая это была бы замечательная таблетка! Участники эксперимента считали, что это изменило бы личность на 64 %. Самые высокие проценты получили черты, связанные с нравственностью – касающиеся сочувствия другим людям, соблюдения закона, правильных поступков. Это указывает на то, что именно нравственные качества люди считают наиболее важными для личности. Нравственность воспринимается нами как основа характера человека, а кроме того, мы хотим видеть себя в положительном свете. Как показывают результаты исследования Стромингер, большинство людей считают, что в глубине души они добрые и нравственные{2}.
Если люди считают свою глубинную сущность нравственной, а нравственность является ключевым аспектом нашей личности, то что происходит, когда мы делаем что-то неправильное? Я задал Стромингер этот вопрос после того, как узнал о ее работе, и мы обменялись несколькими электронными письмами. Исходя из ее исследований, мы ожидали, что люди, поступая аморально, должны расценивать такое поведение как промашку, а не как проявление своей истинной сущности и, скорее всего, держать его в секрете, опасаясь неверных выводов со стороны других.
Мы провели исследование, в ходе которого предоставили участникам список образцов поведения и попросили оценить нравственную сторону каждого из них. На самом деле участники оценивали нравственный аспект наиболее распространенных секретов. Насколько нравственно причинять кому-то боль, употреблять наркотики, заниматься членовредительством, лгать и так далее. Затем мы снова показывали участникам список и спрашивали, что из него приходилось демонстрировать им самим и насколько это отражает их истинную сущность. И, наконец, мы задавали вопрос: знает ли кто-нибудь об этом, то есть является ли это секретом?
Чем более аморальным участники считали поведение, тем менее, по их мнению, оно отражало истинный характер и, соответственно, чаще держали его в тайне. Это результат резонного опасения, что признание в аморальном поведении выставит вас в плохом свете и испортит ваш образ в чужих глазах. Но не все так плохо. Оказывается, большинство людей верят, что в глубине души другие люди хорошие, хотя по ощущениям это не всегда так (если, например, судить по новостям или комментариям в интернете).
Даже когда вы поступаете не очень хорошо, люди не сразу начинают думать, что это отражает вашу истинную сущность. Вместо того чтобы приписывать плохое поведение вашему характеру, те, кто хорошо вас знает, скорее всего, найдут ситуативные объяснения совершенному поступку{3}. Они считают, что если узнать вас получше, то откроется и будет заметна ваша доброта и нравственность{4}. Это не какая-то жизнеутверждающая мантра, которую я узнал за время, проведенное в Калифорнии, а довольно универсальное представление, которое характерно для разных культур и уголков мира.
Участникам эксперимента из США, Колумбии, Сингапура и России предлагали истории о разных людях, которые менялись со временем{5}. Например, одни участники читали о безответственном отце, беспардонном начальнике, «плохом бойфренде». Но подождите! Это было в прошлом, а сейчас отец заботлив и поглощен семьей, начальник уравновешен, а бойфренд стал «превосходным», уважительным и нежным. Другие участники читали о тех же людях, но изменения происходили в обратном порядке: заботливый папа стал безответственным, начальник – грубияном, а превосходный бойфренд – придурком. В обоих случаях испытуемых спрашивали: вот теперь, когда люди изменились и ведут себя по-другому, в какой степени они соответствуют своему глубинному существу?
Мнения участников независимо от страны были сходными. Когда изменение было позитивным, люди обычно связывали его с самыми глубокими и существенными аспектами личности. Даже участники, считавшие себя пессимистами, объясняли позитивные изменения верностью истинному «я» людей. А когда изменение имело противоположный характер, то есть было негативным, участники с большой неохотой признавали, что именно новое поведение отражает истинную сущность человека.
Если вы чувствуете, что изменились со временем, то, скорее всего, будете считать позитивные моменты отражением настоящего себя, а негативные – оплошностями, ошибками, которые удалось преодолеть{6}. Взгляд на себя как на изменяющуюся личность в сочетании с позитивным (в целом) самовосприятием позволяет считать, что прежнее «я» больше не отражает новую и лучшую версию того, кем вы являетесь сегодня.
Мы хотим,
