Сознание как имитатор мира полностью перестраивает реальность в процессе вытеснения. По мере того как при восприятии возникают ощущения и мысли, которые могут высвобождать вытесненные желания и чувства, происходит активное блокирование, вытеснение, после чего внешние раздражители вообще не включают вытесненный материал в текущую имитацию реальности. Если думать об имитации мира и о наших переживаниях как об актерах которые выходят на сцену нашего ума и играют свои роли, то в случае вытеснения нежелательный актер просто не допускается на сцену. Однако восприимчивый наблюдатель иногда отмечает возникающий при этом беспорядок за кулисами. Косвенные эффекты вытеснения выдают его присутствие.
Самонаблюдение и вытеснение
Для вас может быть особенно трудно извлекать информацию или чувства о вытесненном материале, даже если вы практикуете ту или иную форму систематического самонаблюдения, описанного в главе семнадцатой. Согласно самому определению вытеснения, этот материал по каким-то достаточно веским причинам заблокирован от осознавания, и желания лучше узнать себя с помощью самонаблюдения может быть недостаточно для того, чтобы преодолеть этот блок. Вы можете стать восприимчивым к проявляющимся время от времени «странным» реакциям, непрямым эффектам вытеснения, подобным гневному тону пациента из рассмотренного выше примера при ответе на вопрос о его отношениях с матерью – тону, который столь сильно не соответствовал его утверждению, что он очень любит свою мать; но иногда может потребоваться постороннее вмешательство, например терапевта или учителя, чтобы помочь вам вскрыть вытесненный материал.
Мы рассмотрели многие из аспектов отождествления в главах одиннадцатой и двенадцатой, и здесь нам нужно коснуться лишь функции отождествления как защитного механизма.
Если я скажу вам, что в некоторых нацистских концентрационных лагерях охранники были садистами и убийцами, которым нравилось пытать узников, и что они получали почти сексуальное наслаждение от того, что мучили других, то вам, вероятно, будет неприятно думать об этом, и вы постараетесь поскорее уклониться от этой темы и не очень расстраиваться. Но если я скажу вам, что вы сами испытываете сексуальное возбуждение, причиняя боль другим людям, и что вам доставила бы удовольствие возможность убивать и пытать других, если бы она у вас была, то это уже совсем другое дело!
Приемлемость или неприемлемость моих чувств и желаний является гораздо более важной вещью, чем приемлемость или неприемлемость чувств каких-либо других людей. Если что-то вызывает у вас чувство или желание, которое является неприемлемым, вы отождествляетесь с некоторыми другими аспектами себя или с другой субличностью, у которой нет таких чувств и желаний, и таким образом дистанцируетесь от них, не признавая их своими. Вы говорите себе – это была лишь минутная прихоть, быть может, незначительное отклонение, но это не было мной – что вы вообще не желаете думать об этом и иметь с этим дело.
Мы уже обсудили то, как отождествление удерживает вас от поисков вашей подлинной сущности, в главах одиннадцатой и двенадцатой.
Субличности и разделенность
Переходы от одной субличности к другой могут служить эффективной защитой от необходимости полностью переживать какие-либо неприятные вещи или иметь с ними дело. Действительно, оставаясь в пределах набора приемлемых субличностей, отождествляясь с ними все время, мы в значительной степени снижаем саму возможность возникновения неприемлемых чувств или желаний. Предположим, что у меня есть субличность, которой нравится мучить животных, но мое «Я» (в смысле моей сущности или глубинной самости) или мои обычные субличности испытывают отвращение от этой субличности-мучителя и ее чувств. Сосредоточиваясь на том, чтобы находиться в приемлемых субличностях, я могу использовать все мое внимание и энергию, так чтобы уменьшить возможность того, что эта жестокая субличность будет проявляться, даже если будут возникать «подходящие» обстоятельства. Однако я никогда не могу быть полностью уверен в том, что нежелательная субличность не будет активизироваться, поэтому в моей жизни будут существовать (пусть даже не всегда осознаваемые) неуверенность, неопределенность и оборонительная позиция.
Тождественность является качеством, создаваемым в процессе имитации мира. Качество «Это я!» первоначально возникает на основе прямых сенсорных связей: я вижу мою ладонь перед своим лицом, она связана с моей рукой, которая подчиняется моей воле, и, когда к моей руке кто-то прикасается, у меня возникает совершенно другое чувство, чем когда этот человек прикасается к мебели, и так далее. Качество «Это я!» затем применяется к некоторым умственным процессам, к определенным формам имитации мира, и когда из памяти извлекаются те или иные воспоминания, то мы всегда получаем их уже с ярлыком «Это я! Обслуживать в первую очередь!»
В процессе самонаблюдения мы можем осознавать наши субличности и те функции, которым они служат. Практика самонаблюдения позволяет научиться улавливать в сознании определенный «привкус», который указывает на то, что подсистема чувства тождественности добавляет качество «Я» к содержанию сознания. Увеличение самопринятия, которое может возникать в результате самонаблюдения и самовспоминания, будет делать такого рода фрагментацию менее необходимой, и тогда отождествление станет не автоматическим защитным механизмом, а произвольным процессом, инструментом, которым мы сможем пользоваться по собственному желанию.
Интроекция является более примитивной формой отождествления. Объект, понятие или личность воспринимаются как существующие внутри вас, как часть вас, даже если с другой точки зрения они остаются полностью чуждыми и отдельными от вас. Будучи частью вас, эти вещи приобретают особенную силу.
Предположим, вы оказались в ситуации, когда ваша гостья сделала вам ряд отрицательных замечаний. Ей не понравились ваши занавески; ваша мебель, по ее словам, требует ремонта, у вас недостаточно «правильных» книг на полках, ваша стряпня мало похожа на ту вкусную еду, которой ее угощали где-то в другом месте, и так далее. Вы разгневаны, вы хотели бы отплатить ей той же монетой и предложить ей уйти. Но в процессе своего развития вы интроецировали образ, имитацию вашей матери. Вы ощущаете, как будто ваша мать, в некотором смысле, находится внутри вас, и она говорит вам, что вы должны быть всегда вежливыми с гостями, поскольку приличные люди никогда не обидят гостя в своем доме. Поэтому вы не действуете под влиянием ваших внутренних чувств и остаетесь вежливым и учтивым, даже хотя внутри себя вы испытываете страдание. Это и есть интроекция. Ваша мать действительно присутствует в вас в форме активной имитации.
Имитация интроецированного образа другого человека также может препятствовать вашему желанию быть великодушным, заботливым и восприимчивым.
Психоаналитики считают, что если нечто было вами в свое время интроецировано, то затем вы будете с этим отождествляться. Так, в нашем примере, если вы отождествляетесь с имитацией своей матери, то мнение, что с гостями всегда следует быть учтивым, будет вашим собственным. И это не воспринимается как нечто чужеродное внутри вас, оказывающее на вас давление; это стало вами. На практике психотерапевты часто не проводят четкого различия между терминами «отождествление» и «интроекция», но мы порой наблюдаем различие этих процессов в самих себе.
Когда возникает конфликт с интроекцией, он делает этот процесс полностью доступным для самонаблюдения, хотя те динамические причины, которые придают силу интроекции, могут не быть доступными для понимания без дополнительных усилий.
При изоляции или диссоциации неприемлемые желания и чувства ослабляются за счет их расщепления на не связанные между собой части. Этот вид защиты также называют компартментализацией. Если чувство А является для вас угрожающим или неприемлемым по той причине, что вы верите в Б, то эта защита удерживает А и Б в различных отделенных друг от друга частях вашего ума, так что вы не испытываете А и Б одновременно: никакого конфликта нет. Если вы не будете вкладывать энергию вашего ума в то, чтобы ассоциировать, объединять их, они так и останутся диссоциированными, разъединенными. Изоляция также может включать в себя расщепление того, что обычно является единым переживанием, на отдельные части, которые при этом утрачивают свой эмоциональный заряд.
Защитный эффект изоляции подобен использованию отождествления, когда конфликтующие друг с другом желания или чувства могут удерживаться в отдельных тождественностях, в отдельных субличностях, и по этой причине вообще никогда не встречаться друг с другом. Однако изоляция не требует прибавления энергии качества «Это я!» к изолируемым желаниям или чувствам, равно как и организации, или объединения их в субличности.
