Суворов – внук генералиссимуса А.В. Суворова, бесстрашный генерал, герой взятия Варшавы в 1830 году. По выражению Ф. Тютчева, «гуманный внук воинственного деда».
Первую книгу С.М. Кравчинского «Подпольная Россия», впервые изданную в Италии, довольно высоко оценивали Э. Золя, М. Твен, И.С. Тургенев и Л.Н. Толстой. На русском языке она вышла в 1893 году при содействии известного адвоката-криминалиста Льва Абрамовича Куперника.
Эта странная логика стала своеобразной основой для не менее странной этической конструкции: «Не убийца, а убитый виноват». Именно так называлась новелла Франца Верфеля, изданная в 1924 году и вошедшая во все учебники по виктимологии как хрестоматийный пример.
Текст речи И. Мышкина на суде вместе с другими нелегальными изданиями найдут у подпоручика В. Дубровина при обыске.
Несмотря на полученные в результате взрыва ранения, «финляндцы» продолжали нести караульную службу и отказались сдать посты вызванной смене Преображенского полка до прибытия своего разводящего фельдфебеля. Именным Указом императора все находившиеся в этом карауле гвардейцы были представлены к наградам, а семьи погибших были «зачислены на вечный пансион».
Казни в основном приводились в исполнение публично, в соответствии с отработанным в деталях ритуалом. Исключение закон делал для несовершеннолетних (до 21 года) и пожилых (старше 70 лет) – их казнить публично было нельзя. Эффектное зрелище привлекало внимание тысяч зрителей, а повешение цареубийц или других террористов – вообще случай особый. Так, на казни народовольца Соловьёва, по различным оценкам, присутствовали 50–60 тысяч человек, не считая сотен военных и жандармов, обеспечивавших порядок. Самые удобные с точки зрения обзора эшафота места продаются «из-под полы» от 50 коп. до 1 рубля, активно торгуются лавки, табуретки и стулья, предварительно украденные местными бродягами. В числе «гостей», имевших специальные билеты, – высокопоставленные чиновники министр юстиции Д.Н. Набоков, прокурор Санкт-Петербургской палаты А.А. Лопухин, столичный градоначальник А.Е. Зуров и др., а также множество журналистов. После казни палач И. Фролов, одетый в красную рубашку и чёрный жилет с длинной золотой цепочкой к часам, как правило, продает куски верёвки, на которой был только что повешен преступник, как амулет, приносящий удачу (Венедиктов Д.Г. Иван Фролов и его жертвы. М., 1930).
На самом деле Засулич и Боголюбов вообще не были знакомы.
В Российской Федерации за первое полугодие 2020 года 88 % оправдательных приговоров, вынесенных с участием присяжных заседателей, отменены в апелляционной инстанции.
Эта подпольная организация с момента своего создания находилась под полным негласным контролем III отделения Собственной Е.И.В. канцелярии.
Книга «Катехизис революционера» до сих пор запрещена в России как радикальная.
До К.И. Кесселя от обязанностей обвинителя в процессе отказались бывший костромской губернский прокурор В.И. Жуковский и товарищ прокурора Санкт-Петербургского окружного суда, ученик А.Ф. Кони С.А. Андриевский, за что оба были уволены из прокуратуры. Очень сильный адвокат В.И. Жуковский не хотел осложнять жизнь своему брату-эмигранту, проживавшему в Женеве, а Андриевский считал, что действия Ф.Ф. Трепова были неправильными, поэтому тоже категорически отказался.
К моменту начала процесса Ф.Ф. Трепов был уже относительно здоров, хотя, несмотря на две операции, пулю из его тела извлечь так и не смогли. М.Е. Салтыков-Щедрин, который жил с губернатором на одной лестничной площадке, ёрничал, что при встрече с генералом боится, что тот в него «выстрелит».
Кто придерживается лишь буквы закона, тот жесток (фр.).
Судебная реформа закрепляла принцип несменяемости судей. Они могли оставить свою должность только по собственной инициативе, написав прошение об отставке. Отрешить судью от должности можно было лишь на основании решения уголовного суда.
О насильственном лишении жизни румынской подданной Татьяны Золотовой / Под ред. А.Ю. Розенберга. СПб.: Тип. Сената, 1903.
«Мадам» из романа «Воскресение» говорила на суде с сильным немецким акцентом.
В этом деле были и талантливые совместители: будущая звезда российской сцены певица Анастасия Вяльцева на первом этапе своей головокружительной карьеры сумела организовать дополнительный заработок для участниц своего хора. Красивые девушки организовывали досуг состоятельных предпринимателей и уговаривали выкупить их из «хоровой зависимости». Любвеобильные купцы платили немалые отступные Вяльцевой, девушка получала долгожданную свободу, а через некоторое время возвращалась… на сцену.
Гражданский закон существенно ограничивал права незаконнорождённых детей, которые не могли наследовать имущество отца или матери, не имели отчества и фамилии своих биологических родителей. Таких старались отдать в ученики к ремесленникам либо в рекруты. Незаконнорождённые дети получали фамилию от восприемника, либо, с согласия отца своей матери, младенцу давали фамилию деда.
В период правления Александра II такое перемещение осуждённых от Нижнего Новгорода до Тюмени обходилось государству в 17 рублей 95 с половиной копеек за каждого арестанта. Этап по Сибирскому тракту стоил значительно дороже – 125 рублей.
Перед публикацией романа его текст проверяет на точность соответствия положениям уголовного закона некий юрист Сурков, специально приглашённый в Ясную Поляну.
Кандидатом на судебную должность называли стажёров, которые после получения юридического образования претендовали на место в системе министерства юстиции. Закон 1891 года определил срок такой стажировки в три года: полтора года – для младшего кандидата, полтора года – для старшего.
20 апреля 1887 года в Хамовниках состоялось знакомство Николая Лескова и Льва Толстого после прочтения им лесковской легенды «Сказание о Фёдоре-христианине и друге его Абраме-жидовине».
Ольга Книппер-Чехова перепутала время и место прибытия гроба с телом покойного А.П. Чехова.
За неимением железнодорожного рефрижератора тело А.П. Чехова для транспортировки из Петербурга на Николаевский вокзал Москвы поместили в специальный вагон с надписью «для перевозки свежих устриц».
Самые дешёвые похороны обходились жителю города примерно в 40–45 рублей, самые дорогие – от 1000 рублей, при средней заработной плате квалифицированного рабочего в 50 рублей в месяц.
Конечно, в веке XIX нотариусы не могли бы додуматься оформить
