934
См.: Bryan v. United States, 524 U.S. 184 (1998).
Cp.: «Другими словами, с целью доказать “преднамеренное” нарушение статута… присяжные должны установить, что обвиняемый действовал с дурно означенным умом, т. е. что он действовал, зная о неправомерности своего поведения», Ibid, at р. 191–193.
Ibid, at р. 194.
Как решил суд, «знание, что поведение неправомерно, есть всё, что требуется» для осуждения здесь, Ibid, at р. 196.
См.: Yochum M.D. Op. cit. Р. 654–656, 663–664; Davies S.L. Op. cit. P. 343–347 etcet.; Travers M.L. Op. cit. P. 1311–1316; Grace B.R. Op. cit. P. 1412–1416.
Да и сам Верховный Суд во всех приведённых решениях неоднократно прибегал к отсылке к классической максиме ignorantia juris, проявляя тем самым вполне понятную осторожность (см., напр.: Liparota v. United States, 471 U.S. 419, 441 (1985) (White, J., diss. op.) («незнание права не извиняет»); Cheek v. United States, 498 U.S. 192, 199 (1991) («общее правило, согласно которому незнание закона или ошибка в праве не является основанием защиты от уголовного обвинения, глубоко укоренено в американской правовой системе»); Ratzlaf v. United States, 510 U.S. 135, 149 (1994) («мы не отказываемся от освящённого веками принципа, согласно которому незнание закона обычно не является основанием защиты от уголовного обвинения»); Bryan v. United States, 524 U.S. 184, 195 (1998) («незнание права не извиняет» является традиционной нормой)).
Liparota v. United States, 471 U.S. 419, 426 (1985).
Ср.: «… Почти каждый осведомлён, что тяжкое убийство и насильственное изнасилование, а также очевидные формы кражи есть зло… Любой член сообщества, совершающий эти поступки без знания о том, что они уголовно наказуемы, порицаем настолько же за отсутствие у него знания, насколько и за его реальное поведение. Это… и есть существенное обоснование максимы Ignorantia legis neminem excusat… Заниматься со знанием или неосторожно поведением, являющимся вредоносным в силу его природы и фактически осуждаемым обществом как преступление, является либо пренебрежением постигнуть принятые моральные ценности сообщества, либо, более того, прямым вызовом им. Максима Ignorantia legis neminem excusat выражает всецело защитимый и в реальности сущностный принцип, заключающийся в том, что деяние в любом случае является упречным» (см.: Hart, Jr., HM. Op. cit. P. 413, 419).
т —
То, что единственный источник моральной упречности может иногда лежать только в знании уголовного закона, подчёркивалось и Верховным Судом Соединённых Штатов.
Так, в решении по делу В. Рацлафа это было сформулировано следующим образом: «Мы не убеждены аргументом, что структурирование является настолько очевидным “злом” или внутренне “дурно”, что требование “преднамеренности” удовлетворяется безотносительно к знанию обвиняемого о незаконности структурирования», Ratzlaf V. United States, 510 U.S. 135, 146 (1994).
Судьи, оставшиеся в меньшинстве, не согласились с таким утверждением, признав осознание угрозы социальным ценностям характеристикой, неотъемлемо присущей самим по себе действиям обвиняемого вне аспекта знания об их уголовной наказуемости: «Справедливо, что суд время от времени привносил требование знания-о-незаконности в уголовные статуты, чтобы удостовериться в том, что обвиняемый действовал с вредной целью… Тем не менее, я не могу согласиться, что привнесение такого требования необходимо здесь. Во-первых, рассматриваемое поведение – раздробление платежей объёмом десятки тысяч долларов наличными со специальной целью избавления банка от обязанности декларирования – едва ли является разновидностью невиновной деятельности… Далее, индивид, осуждённый за структурирование, является, по определению, осведомлённым о том, что наличные платежи регулируются, и он не может серьёзно аргументировать, что он не знал о том, что право вторгается в отдельную сферу деятельности… По моему мнению, это (избежание декларирования. – Г.Е.) не является настолько очевидно невиновной целью, чтобы оправдать прочтение в статуте дополнительного элемента знания о незаконности», Ibid, at р. 154–155 (Blackmun, J., diss. op.).
Аналогичным образом в решении по делу С. Брайана Верховный Суд счёл необходимым для констатации морально упречной mens rea знания об уголовной противоправности поступка: «Опасность осуждения индивидов, занимающихся очевидно невиновной деятельностью… отсутствует здесь, поскольку присяжные нашли, что апеллянт знал о неправомерности своего поведения», Bryan v. United States, 524 U.S. 184, 195 (1998).
См.: Austin J. Op. cit. Volume I. P. 482–483.
См.: Holmes, Jr., O.W. The Common Law. P. 48; Williams G.L. Criminal Law: The General Part. P. 385–387.
Hall J. General Principles… P. 355.
См.: Tromble K.R. Op. cit. Р. 544–545.
См.: Davies S.L. Op. cit. Р. 343.
Hart, Jr., H.M. Op. cit. P.418; cp. также: Robinson P.H., Darley J.M. Op. cit. P. 474–477.
Liparota v. United States, 471 U.S. 419, 426 (1985).
В поддержку частичной релевантности error juris в свете теории mens rea см., напр.: Kahan DM. Op. cit. P. 128–130, 140–144 et cet.-, Travers M.L. Op. cit. P. 13221324; Kadish S.H. Excusing Crime. P. 267–269; Grace B.R. Op. cit. P. 1393–1394, МОЭМЫ; Fletcher G.P. Paradoxes in Legal Thought. P. 1270–1272; Hart, Jr., H.M. Op. cit. P. 417–422; Ryu P.K., Silving H. Op. cit. P. 423–424, 466–471.
Cp.: «Когда уголовный статут запрещает и наказывает на вид невиновное или безвредное поведение, которое само по себе не даёт оснований к выдвижению презумпции знания обвиняемым того, что его действия должны быть неправомерны (курсив мой. – Г.Е.), тогда осуждение без некоей иной, внешней доказанности упречности или виновного психического состояния запрещается оговоркой и надлежащей процедуре», Stanley v. Turner, 6 F.3d 399, 404 (6th Cir. 1993).
State V. Boyett, 32 N.C. (10 Ire.) 336, 343 (1849).
См., напр.: State v. Patten, 353 N.W.2d 30, 33 (N.D. 1984) (совет должностного лица, ответственного за правоприменение, о законности и уголовной ненаказуемости действий не образует релевантной юридической ошибки, поскольку поведение обвиняемого, выразившееся в вывозе его детей за пределы штата в нарушение запретительного ордера суда, было «вопиюще правонарушительно»).
См., напр.: Robinson Р.Н., Darley J.M. Op. cit. P. 475–476; Kahan DM. Op. cit. P. 129–130, 150–152; Travers M.L. Op. cit. P. 1324–1327; Hart, Jr., H.M. Op. cit. P. 417422.
Cp., напр.: State v. Fox, 124 Idaho 924, 925–926 (1993) (закон, запрещающий владение веществом, оборот которых находится под контролем, не требует знания о том, что вещество включено в список контролируемых и что его оборот нелегален; как следствие, лицо, утверждающее о том, что оно не знало об указанной нелегальности, допускает нерелевантную юридическую ошибку).
§ 2С:2–4.с.(3) УК Нью-Джерси.
Так, именно по этому вопросу и разделился Верховный Суд Соединённых Штатов, вынося решение по делу С. Брайана.
Большинство судей сочло, что самое общее знание о незаконности поведения является достаточной основой для констатации моральной упречности в преступлении закона (см.: Bryan v. United States, 524 U.S. 184, 189, 193–196 (1998)).
Меньшинство же суда, в свою очередь, подошло к этой проблеме по-иному: правильно подметив, что «вопрос заключается в том, является ли такое общее знание о незаконности поведения достаточным для поддержания осуждения либо же “преднамеренное” нарушение лицензирующих положений требует доказанности того, что обвиняемый знал о том, что его поведение неправомерно в частности, поскольку у него отсутствует необходимая лицензия», Ibid, at р. 200 (Scalia, J., diss. op.), судьи решили, что «общее» знание о незаконности хотя и не требует от обвиняемого назвать точную ссылку на закон, им нарушаемый, всё же подразумевает знание о запрещённое™ именно конкретного поведения во всех его составных частях, т. е. и относительно существования лицензирующего требования (знания о котором, как утверждал С. Брайан, у него не было) (см.: Ibid, at р. 200–205 (Scalia, J., diss. op.)).
Ср., напр.: People v. Marrero, 69 N.Y.2d 382, 385–392 (1987) (обвиняемый, самостоятельно решивший, что закон разрешает ему ношение оружия, не вправе прибегнуть к ссылке на error juris, если такое его толкование оказалось ошибочным, хотя бы норма уголовного кодекса до того момента не получала официального прецедентного толкования и он добросовестно полагался на своё понимание последней), от-коммент. в: Kahan D.M. Op. cit. Р. 131–137; De Gregorio D. Op. cit. P. 229 et seq.
