у огня,
Как мечтали до меня:
Свитки древние найти,
Дракона завести,
Башню вырастить до звёзд,
На луну построить мост…
Если это против правил – нам не по пути!
Над Тессией всходила Паринта, прогоняя ночную темноту и согревая своими лучами как местных синекожих красавиц, так и залётных инопланетных пришельцев. Ночные пташки и бабочки начали прятаться по укромным местам, а им на смену из красивых неземной красотой небоскрёбов полились ручейки народа, крепнущие и усиливающиеся с каждым новым лучом. Ручейки же возле Тессианского космопорта и вовсе превращались в бурные реки, грозящие смыть мешающуюся на пути азари.
Стоя около остановки монорельса возле космопорта, Чиннаки старательно поддерживала в себе огонь негодования. О том, что Миша решил вдруг покинуть Тессию не дожидаясь выпускной церемонии в Академии она узнала от случайной знакомой девы! Да, эта церемония была всего лишь формальностью, но тем не менее присутствие на ней было частью традиционного ритуала получения диплома. Но больше всего Т"Васу приводило в раздражение то, что этот странный разумный не сообщил о своём решении лучшей подруге!
С той поры, как они вдвоём вернулись с Элизиума в Академию, Миша сильно изменился. Став более серьёзным, даже мрачным, азари всерьёз принялся за учёбу, на которую прежде махал рукой, а всё свободное время проводил на "Армакс Арене", сражаясь против всевозможных противников исключительно в одиночку. И надо сказать, пусть он всё ещё стрелял в голограммы разумных существ с недовольством и напряжением - но он стрелял, не делая различий между батарианцем и азари.
Закончив учёбу на два года раньше, Чиннаки занялась работой по специальности - юристом в небольшой фирме, принадлежащей её матери. К сожалению, в связи с этим её общение с Мишей сильно сократилось. Нет, они продолжали связываться и разговаривать, но это не могло заменить их ежедневного общения ранее. Друзья начали отдаляться друг от друга...
Поток мыслей Т"Васы оборвала подошедшая монорельсовая платформа - с остановившегося транспорта потёк народ, и в глубине толпы азари увидела Мишу, который шёл надвинув на глаза визор и угрюмо таща за собой чемодан, где прятались его оружие, броня и немногие личные вещи. Ввинтившись в толпу, Чина толкнула какого-то турианца, едва не сбила с ног волуса и остановилась прямо перед Мишей.
– И как же это понимать? – Из уст азари вырвался самый банальный вопрос, который можно было бы задать в подобной ситуации. Понявший это же Миша хмыкнул, остановившись, и присел на чемодан.
– Что тебе не нравится, Чина? – Спокойно, как будто и не было расставания, вернул вопрос обратно Михайлович, тем самым приведя подругу в чувство.
– Ты ещё спрашиваешь. – Подняв несколько опешившего Мишу за шиворот, азари оттащила его вместе с вещами в сторону от народного потока. – Ты же решил свалить в неизвестном направлении, даже не сообщив мне об этом. Представляешь, если бы я узнала об этом уже на выпускной церемонии?
– Тогда я уже был бы недоступен для связи. – Пожал плечами Миша, оставаясь спокоен. – Позлилась бы недолго, да и забыла про меня.
– Как это, забыла? – Возмутилась Чиннаки. – Зачем ты решил скрыться в неизвестном направлении?
– Просто я не хочу доставлять своим желанием общения неприятностей другим людям. – Вздохнул азари, отводя взгляд. – Дружба со мной затащила тебя на Элизиум - оно того точно не стоило. Следовательно, мне не рекомендуется ни с кем общаться, чтобы не навлекать на них проблем.
– Дурак. - От резкого подзатыльника Миша покачнулся и неверяще посмотрел на Чиннаки. – Молодой дурак, возомнивший себя слишком умным.
– Ч-чего? – Удивление Михайловича отразилось на его лице.
– Пойми, – азари легко стукнула его кулачком по лбу, – друзья для того и нужны - вытаскивать тебя из проблем, в которые ты забрался самостоятельно. Ты ведь пошёл бы меня вытаскивать, если бы я застряла посреди войны?
– Конечно!
– Тогда какие ещё у тебя есть сомнения? – Улыбнулась Чина, ставя Мишу на ноги. – Учти - за тобой должок, за такую подставу и неверие в друзей!
– Я запомнил. – Кивнул Михайлович, на миг скользнув взглядом куда-то в сторону. – И... Спасибо тебе, Чиннаки.
Неожиданно для них обоих, азари крепко обнялись, прощаясь, и в данный момент, прижимая к себе повзрослевшее тело с по-прежнему детским разумом, чувствуя, как бьётся сердце друга, Чина понимала глубокий смысл такого выражения чувств - абсолютное доверие.
– Слушай... – Когда уже Миша подхватил свой чемодан и направился ко входу в космопорт, задала ему в спину вопрос Т"Васа. – А куда ты сейчас? Домой?
От последнего слова Михайлович вздрогнул, словно от автоматной очереди.
– Нет, не домой. – Искривил рот в улыбке он. – На Иден Прайм мне ещё рано возвращаться... Хочу на Цитадель слетать - разведать пару мест заранее, и просто посмотреть на самую большую станцию в Галактике. Пока она ещё существует...
Помахав на прощание рукой, провожаемый взглядом Чиннаки Миша исчез в толпе.
<center>***</center>
Цитадель... Как много в этом слове для любого фаната игры. Столица галактической цивилизации, огромная космическая станция... Служащая так же главным ретранслятором и домом Катализатора, руководящего Жнецами. На неё я направился с наивной целью - хоть немного подготовиться к грядущему трындецу. Я конечно не самоубийца, и не собираюсь отстреливать Сарена в укромном переулке - но заглянуть в культовые места мне очень хотелось. А возвращаться на Иден Прайм - не хотелось совершенно...
После Элизиума я месяц был как в тумане - куда-то шёл, что-то делал, бессознательно отвечал на вопросы... Мимо меня прошло общение с командованием Альянса, которому было очень интересно, как маленькая азари умудрилась взломать военный спутник. До моего допроса с пристрастием не дошло только потому, что меня прикрыл дядя Ким, которого смогла вызвать Чиннаки
