class="p1">- Аньён хосейо, господа!
Потом складываю руки в буддийском приветствии, и приветствую сиамцев:
- Вай!
Сразу беру быка за рога, а то начнут тут воображать, что они, взрослые дяди, будут решать, что делать, а что нет несмышленой принцессе:
- Минутку внимания! Я понимаю, что по всем законам м Сиама и Кореи я несовершеннолетняя. Но свою судьбу я не собираюсь отдавать в руки взрослым, которые уже два раза пытались меня убить. Или вы выслушиваете, что я говорю, и мы обсуждаем сказанное мной, или я просто откажусь занять трон Сиама через шесть лет. Прямо так и заявлю средствам массовой информации.
В кабинете повисает тишина. Со Ын сидит красная от смущения, и ещё, и сильно удивлённая моей смелостью.
- Принцесса Лали… - Осторожно начинает один старый сиамец, как потом я узнал, это начальник службы безопасности государства, люди которого меня незримо охраняли.
- Извините ещё раз, я опять нарушу традиции, но вынуждена сказать всё до конца, чтобы потом никто не смог предъявить мне каких-либо претензий. Первое, моё настоящее имя Лалиса Ким Манобан. Второе, я хорошо понимаю, что надо быстро стабилизировать положение в стране, я имею в виду Сиам. Если это не сделать до Нового года, то может начаться гражданская война. Поэтому, пятнадцатого декабря я прилетаю в Бангкок, и мы вместе с Рамой Девятым появляемся перед народом. Он объявляет меня наследницей, и происходит трёхдневная церемония предварительной коронации. В своей тронной речи я призываю людей, обманутых королевой, сдать оружие, и они получат прощение. Если этого не произойдёт, в страну войдут корейские, китайские, японские, русские и американские войска, и любой сепаратист будет расстрелян, если окажет сопротивление.
- Но это же оккупация! – Вскакивает один из сиамцев. Скорее всего, он представитель Тайного совета.
- А чего вы хотите? Или сами уговорите сепаратистов, или их навеки уговорят пушки стран, которые признали меня тем, кем я являюсь – будущей правительницей Сиама.
Корейцы сидят, не вмешиваются. Всё идёт так, как им выгодно. Уже многие годы Южная Корея пытается проникнуть на рынок Сиама, но ни она, ни другие крупные страны, большого успеха на этом поприще не имеют. Рама Девятый объявил о политике самодостаточности в начале девяностых годов, и это принесло результат – сельскохозяйственное производство укрепилось настолько, что из импортёра продовольствия, Сиам превратился в экспортёра. Но вот следующий шаг – построение современной производственной базы, Рама Девятый сделать не торопится. И я знаю, почему. Он боится, что в страну войдут межнациональные корпорации, и лишат его власти. Скорее всего, он просто не знает, как сделать так,чтобы и промышленность поднять, и не дать МТНК (международные транснациональные корпорации) подмять под себя местные власти. Но у меня опыт двух других вселенных, который говорит, как обуздать капиталистических хищников, чтобы и они были довольны прибылями, и Сиам остался Сиамом.
Сиамцы совещаются. Обсуждают мои предложения в отдельном кабинете уже третий час. Мне с Со Ын принесли поесть. Мы сидим за специально принесённым столиком, и едим сиамские (тайские) блюда. Том-ям любим и я и Со ын, а вот другую еду она пробовала только в детстве, когда гостила в Бангкоке у Пакпао. Поэтому её поражают вкусы некоторых блюд. Теперь пора переговорить с корейцами. Я знаю, что всё происходящее сегодня в мэрии Пусана станет известно и в Вашингтоне, и в Токио, и в Пекине, и в Москве. Поэтому коротко обрисовываю корейцам, какую часть пирога получит тот или иной партнёр, если к власти придут люди, которых поставлю на посты я.
- Лалиса-ян, вы хотите, чтобы пятьдесят процентов промышленного производства приходилось на иностранный капитал? – Делает вывод советник премьер-министра Кореи.
- Да. И вы, пять стран-гарантов, сами поделите между своими бизнесменами эти пятьдесят процентов. Но это ещё не всё. То же самое будет и при строительстве туристической инфраструктуры – рабочие наши, руководство – от стран-гарантов. А для Кореи есть и эксклюзивная тема – подготовка офицерского состава сиамской армии, модернизация вооружённых сил Сиама, поставка современных вооружений, которые страна выпускать пока не может. Энергетику лучше всего вручить русским, транспорт и его производство – американцам, электронику – японцам и китайцам. Я знаю, что вы готовите свою космическую программу, собираетесь сделать что-то подобное европейским, русским и американским гиперзвуковым космопланам.
Корейцы переглядываются. Они ведь не знают, что я использую знания двух вселенных, и приблизительно помню, когда Южная Корея начала строить свою космическую отрасль.
- Так вот, в Сиаме есть группа учёных, знания которых ускорят ваш прорыв в космос. Но только это должно быть совместное сиамско-корейское космическое предприятие. По отдельности делать, одно и то же, накладно. Я хочу восстановить флот, разваленный старой королевой. Поэтому все страны-гаранты получат выгодные контракты на строительство кораблей для моих ВМС. Такой же принцип я использую и для быстрого восстановления ВВС.
Советник премьера Кореи всё быстро записывает, а потом говорит:
- Мы до января проведём интенсивные переговоры с партнёрами, и решим все затронутые вами темы, ваше высочество!
Всё! можно считать, что корейцы увидали во мне не школьницу, а именно, будущую королеву. Возвращаются сиамцы. Они тоже согласны с моими предложениями. Как только мы отъезжаем от мэрии, Со Ын оживает:
- Лиса, ой, прости, Лалиса! Откуда ты всё это знаешь?
- В Интернете надо сидеть всё свободное время, тогда и ты будешь знать! – Смеюсь я. Но, по лицу младшей Ким заметно, что она не очень то мне и поверила. Заранее скажу, что моя предварительная коронация и объявление наследницей престола произошли в декабре, как и намечалось. Уже с Нового года я был свободен на шесть лет, и мог продолжить свою музыкальную карьеру. Весь класс, где я учился, был просто в ауте. Ведь никто из девчонок и не предполагал, что учится рядом с наследной принцессой. С Джэ Уком я поговорил после коронации. Надо его агентство вытаскивать на передовые позиции. Мои тонсен заделались княгинями, правда, не наследными, и вместе с Со Ын уже немного свысока посматривали на одноклассниц. Ничего, я у них отобью такие замашки трудом во благо меня и Джэ Ука!
Место действия: Южная Корея, Пусан, дом Лалисы Ким Манобан.
Время действия: пятое января две тысячи тринадцатого года, вечер.
