Пташка Барса - Ая Кучер

Мне всё равно, что он прикажет потом. Сейчас я хоть целый секс-тур пообещать готова, лишь бы уйти.

А потом в какой-то деревеньке спрячусь. Буду коров доить и старичкам читать надписи на этикетках.

– Выведи, – кивает Барс охраннику. – И проследи, чтоб убралась подальше.

– Будет сделано, – коротко кивает охранник.

– И дверь не закрывай. Соберусь – выйду. Дальше сам решу.

Меня хватают за плечо. Крепко. Пальцы впиваются в кость – охранник явно не деликатный.

Он тянет. Я спотыкаюсь, еле поспевая. Коридор встречает меня жутким эхом. Тут стрельбу слышно ещё сильнее.

Где-то вдалеке – вопли, грохот. Меня передёргивает. Я почти вжимаюсь в спину охранника.

– Почему Барс тут вообще решает? – вырывается у меня. – Он же заключённый, а не…

– Лучше не задавай левых вопросов, – рявкает охранник. – За них перед Барсом потом отвечать придётся.

– Но…

– Ты реально не сильно умная?

– Я просто ничего не понимаю!

– Единственное, что тебе надо понимать, это что с Барсом шутки плохо. Он настоящий псих. Он не тормозит. Ему плевать, кто перед ним. Пацан, баба, мент, священник. Если захочет – пустит на фарш, и глазом не моргнёт. Если он тебя выбрал, то теперь твоя жизнь принадлежит ему. Тебе остаётся только подчиняться. Шаришь?

– А если…

– Без «если». Барс ошибок не прощает.

Предупреждает охранник, вытаскивая меня на улицу. Солнечный свет слепит глаза, а по коже бегут мурашки.

Желудок скручивает тугим узлом. Потому что мне кажется, ошибки – это моё призвание.

И первым делом, оказавшись дома, я подготовлюсь к новому побегу.

Глава 7

Я врушка.

Потому что, оказавшись дома, я не думаю ни о каком побеге. Я не строю планов. Не рою тоннели ложкой и не шью себе поддельные документы.

Я просто сползаю на тумбочку в прихожей. И сижу, не желая двигаться.

Мозги гудят. Глаза щиплет. Всё тело ломит, словно я пробежала марафон, а потом ещё в боксе участвовала.

Я дома. Живая. А внутри будто пустота. И в то же время – переизбыток эмоций.

Наваливается всё, что я пережила за день. Похищения, камера, Барс в одном полотенце, стрельба…

Как я не сошла с ума? Хотя, мне кажется, я чуток шизанулась на фоне ужаса.

До этого лопатками я никому не угрожала! Это всё Барс на меня плохо влияет.

Я провожу ладонью по лицу. Пальцы дрожат. Кожа холодная, липкая от страха.

Я должна собраться. Трезво думать. Что делать дальше? Как выбраться из этого?

Первое – забаррикадироваться.

Второе – найти на кухне все лопатки« И силиконовые. И деревянные. И вот ту, что была подарком от бабушки, с цветочками.

Устрою из них коллекцию. Боевой арсенал имени поварёнка-Рэмбо.

Третье – научиться метать вилки как сюрикены. Может, на ютубе есть мастер-классы.

Я хихикаю, в какой-то мере даже наслаждаясь своим безумием. Но, хотя бы, это помогает немного сбросить стресс.

А что ещё мне остаётся? Плакать? Кричать? Биться головой об стену?

Я подскакиваю. Словно в меня вкололи адреналин. Ступни липнут к полу, сердце колотится.

Надо собраться, думать трезво. Рационально. Адекватно. Как взрослый человек.

Куда жалуются на такое?!

В полицию, да? Да! Нужно звонить тому следователю, который вёл дело. Тот, кому я рассказывала, как Тарнаев напал.

Он был вежливый. Кажется. Или просто не угрожал сексом через кляп – уже плюс.

Надо позвонить и сказать, что… Что меня только что держали в камере с бандитом Тарнаевым! Да!

А потом… А потом что? Как вообще это происходит? И поможет ли?

Ведь меня даже не позвали в суд. Ни повестки, ни звонка, ни «добрый день, мы тут ваше дело рассматриваем».

Я вообще не знала, что Тарнаева уже посадили. Кто-нибудь вообще обычно сообщает такие вещи?!

Разве так можно? Без свидетеля, который заявление и подал? Без очной ставки?

Без драматической сцены в зале суда, где я с надрывом в голосе указываю пальцем на подонка и говорю: «Это он!»?

У меня голова идёт кругом. Я вообще не понимаю, как это работает.

Но звонить куда-то надо. Я бросаюсь искать телефон. Где он? Где?! Где я его последний раз видела?!

Я переворачиваю подушки, дёргаю одеяло, открываю шкаф, бегаю по кругу. Нет.

Телефон испарился. И я не могу вспомнить, когда вообще последний раз держала в руках?

Это злобный брат Барса забрал? Или в камере где-то выпал?

Как мне хоть с кем-то связаться?

Я залетаю в родительскую спальню. Тут есть священный ящик, где лежит всякое барахло.

Там хранятся провода от первого айпода, детали от утюга и переходники для техники, которой больше не существует.

Я бросаюсь к ящику. Погружаюсь в археологические раскопки. Перебираю всё, надеясь, что хоть что-то полезное найду.

Старенький телефон! Маленький. Пластиковый. С кнопочками! Боже, никогда так старью не радовалась.

Аж слёзы счастья выступают на глазах. Правда-правда!

Но…

Сим-карты-то нет.

– Да блин!

Я оседаю на пол. Опять попала в тупик. Надежда, поиграв мышцами, ушла в отпуск.

Ладно. Так. Главное – не паниковать. Нужно просто пойти и купить себе новую симку. Позвонить подруге.

Слава богу, номер я помню – мы как-то покупали симки вместе, и у нас похожие, а Марго всегда была моим мозгом. Она умная и идеи у неё всегда потрясающие!

Да даже если не дозвонюсь – поеду к ней. Вломлюсь без предупреждения, хоть это и некрасиво.

Но лапать девушек в камере – тоже не очень красивенько.

Скидываю в рюкзак всё нужное: паспорт, деньги, зарядку, всё, что может пригодиться.

Обуваю балетки, подхожу к двери. Сейчас выйду, поеду к Марго, мы посмеёмся над всем этим бредом, и…

И врезаюсь в какого-то громилу, который буквально занимает весь дверной проём.

Метра два ростом, лицо злобное и нахмуренное. На поясе – кобура.

– Э… Простите? – тяну неуверенно.

– Назад, девочка, – цедит он. – Приказ был – не выпускать.

– Что?! Кто приказал?

– Барс. Ты под домашним арестом.

– Под… Под чем?! Это незаконно!

– Думаешь, Барсу есть дело до законов? Он сам их устанавливает.

Попадос.

Глава 7.1

Барс. Этот проклятый Барс – отдал приказ меня не выпускать?! Я что, домашний хомячок?

Или у него проблемы с ориентацией в пространстве, и он думает, что я до сих пор в его камере, а не в собственной прихожей?!