вот девчушек едва переваливших двадцать лет и открывших несколько звезд. Для меня это тоже работало. Ибо и я не бессмертен.
— Ну знаешь… — Она аж поперхнулась воздухом, или это было наигранно? Или у нее наигранность и есть часть искреннего поведения? — То что ты говоришь, это вообще не то что надо. Только пугаешь. А мог бы, ну… успокоить. Да и, может, то, что я выбрала постель, а не драться ночью, принесет мне что-то большее? — Она грациозно потянулась, позволяя рассмотреть все изгибы тела, а потом полезла обниматься. Чему я не стал препятствовать. После шатания в паутине миров на пару с Нелл, с которой тоже не знал чего ожидать, постель и красивая девушка снимали стресс просто отлично.
— И что именно? — задал я вопрос, впрочем, уже знал ответ, проводя рукой по спине девушки и заставляя ту вздрогнуть, когда небольшая частица ци просочилась наружу.
— Может быть, у тебя найдётся что-то ценное. Ну или просто осколки и капли для меня?
— И за сколько же ты оцениваешь ночь с собой? — Ухмыльнулся я.
— Эй! — Она отстранилась, разом став серьезной и буравя меня взглядом. Мои глаза в темноте должны были все еще светиться красным. Мне же с прокачанным восприятием темнота была не помехой.
— Ты обо мне такого мнения? Серьезно? Вообще не допускаешь, что это могут быть чувства? Ты вообще способен полюбить?
— Способен. — Стал и я серьезным. — Но что-то я очень сильно сомневаюсь, что между нами это возможно. Есть стойкое ощущение, что ты пришла если и не из-за кристаллов, то просто потому, что захотела защиты. Чувства безопасности. А где его получить, как не у самого жестокого, самого сильного, показавшего всем вокруг свою крутизну и пролившего реки крови… — Продолжил я смотреть в ее глаза, где еще сильнее разгоралось возмущение.
— В этом есть даже нечто забавно-банальное, когда ты выбрала именно меня, как самого жестокого. А как бы банально ни звучало, если я и захочу чувств, то уж не с той, кто идет к кровавому маньяку.
Настя явно хотела что-то еще сказать. Но не успела, потому что я решил закончить этот диалог самым банальным способом. Поцелуем, перетекшим потом снова в нечто большее. А потом уже она, тяжело дыша, не стала к этому возвращаться. Но вот ее любопытство никуда не делось.
— Кстати, твой призрак. Кто это? Все думали, что ты им управляешь, но он… а говорит о себе, будто это не ты. И что ее зовут Нелл. — Вопрос был неожиданным. Впрочем, наверное, Нелл надоело играть моего аватара.
— Все просто… Я слил воедино души всех замученных и убитых мной девушек. Заставив их служить мне и после смерти. — На меня уставились два расширяющихся до состояния блюдца глаза, и только через несколько секунд, уже после того, как успела испугаться, Настя поняла, что я несерьезно. Наверное, поняла.
— Эй! Ты же шутишь? Ты же никого не убивал, ну просто так?
— Спрашивать об этом уже после того, как сама пришла к маньяку, довольно глупо. — Зевнул я, продолжая подтрунивать над девушкой.
— А если серьезно? Или секрет? — Кажется, любопытство в ней было сильнее чувства самосохранения.
— Не секрет. Она была аской. А они тоже могут открывать звезды. И нам повезло, или не повезло, как посмотреть, найти способ сделать ее духом. — Ничего секретного в этой информации не было, как и ничего опасного. Так что и играть в шпиона я не стал. А Настя, услышав такое объяснение, выпала в осадок, пока я начал одеваться.
— Так вы… Это… Ну… То есть… Вы… И я… — И вновь сработали мои обостренные чувства, позволяющие чуть больше понимать, что у людей на уме. Впрочем, перебивать ее я не стал.
— Вы были близки? И мне не светят проблемы? — А вот теперь у нее появилась и настороженность. Сильная такая, на грани страха, судя по тому, как скакнули орбиты зрачков.
— Проблемы? Даже не знаю… — Задумчиво произнес я, продолжая наслаждаться моментом. Или садизм во мне все же появился, пускай и психический?
— А мы были близки. Она мне была самым близким человеком. — Протянул я, отслеживая реакцию, но, наигравшись, продолжил уже серьезно.
— Но не в том плане, в котором ты подумала. Ничего романтического между нами не было, никаких извращений. Так что никакая «ревность» тебе не светит. Наверное… — Вновь не удержался я от подколки, в целом понимая, почему такие мысли у Насти могли возникнуть. Подобные «отношения» были не редкостью. И с каждым годом лишь становились популярнее. Но я почему-то с самого начала решил не позволять себе этот соблазн. Да и на фоне моей борьбы с болезнью как-то были другие проблемы.
— Да… ты… — Она захлебнулась от возмущения. Но ничего говорить не стала больше.
— Держи. Но не советую полагаться только на меня. Я скоро уйду отсюда. И если ты не хочешь закончить холодным трупом, иди и сражайся. Раз за разом, через боль, пот и кровь. Только так ты станешь чем-то большим. — Уже одевшись и выбравшись из палатки, протянул ей горсть камней вместе с ничтожными закалками. Немного. Но ей в самый раз, чтобы стать немного сильнее. Она не стала ничего говорить. А может, просто не успела. Так как я уже пошел вперед, а мысли погрузились в совсем иные думы.
По пути кинул несколько капель силы и духу, оранжевому осьминожке, которого создал вчера, используя самый первый флаг. Флаг-копье и кувшин духов были плотно оккупированы Нелл, и их просить обратно я не стал. А вот небольшого осьминожку создал, чисто как дополнительные глаза и стража. Вот только несмотря на то, что использовал я для пета исключительно чистые кристаллы, он все равно вышел оранжевым, то есть немного кровавым. Может, потому что сожрал остаточные флуктуации первого убитого осьминога, хотя Нелл ранее и оттуда силу попыталась экспроприировать. А может, потому что я сам нес на себе печать отступника. Ментальная связь пока оставляла желать лучшего. Но я надеялся, что все же смогу ее развить, получив постоянные дистанционные глаза и уши.
Дошел до края холма, взирая на портал. И ощущая… Наверное, так ощущал себя какой-нибудь Александр Македонский, завоевав «полмира». Вопрос только не сдохну ли и я «после пира». Достал кресло, уселся, извлекая из кольца запасы еще магазинной, вкусной еды и приступая к завтраку. А попутно вспоминал все, что произошло вчера.
С Баренцовым мы неплохо поговорили. Мужиком он
