Жажда бессмертия. Том 5 - Морфиус

— Знаешь… — Вспомнил я вчерашний разговор — Мне один знакомый генерал проболтался, что они уже на второй день получили директивы встречать внешников. Подробные такие, словно там, наверху, все знали. Откуда, как, не спрашивай. Но создается ощущение, что кто-то там знает больше всех нас. И это бесит! Да и в первые же дни нам наплели, чтобы никто до этапа ядра не возвышался, что дескать это очень опасно, и тогда в наш мир могут хлынуть новые угрозы. Это только потом поняли, что чтобы ядра достичь, ввалить ресурсов надо очень много.

Могло ли быть так, что кто-то знал о порталах заранее? Или первые проходы открылись еще раньше? А может, в первый же день инопланетяне уже вышли на контакт? Или и вовсе пришел какой-нибудь бессмертный и подчинил всех правителей ментально? Впрочем, такие умозрительные теории были явно лишними.

— А кто до ядра поднялся? Известно?

— Нет. Полный ноль инфы. Думаю, что на ком-то эксперимент провели. Добровольцев было бы каждый первый.

— Я тоже так думаю.

Еще я, вопреки логике, подарил подполковнику печать света, ну и каплю этой же стихии в довесок. Вернее не совсем подарил, а скорее продал за лояльность себе. Что, впрочем, с точки зрения параноидальной логики тоже было лишним. Однако руководстуйся я только логикой, давно бы помер.

— Печати? Они, конечно, опасны, но не настолько, как ты думаешь. — Прокрутил я в голове новую порцию почерпнутой вчера инфы. — Нам, конечно, мало докладывают. Рядовые вообще ничего не знают, сдавая все наверх и получая, максимум, несколько процентов обратно в качестве премиальных. Впрочем, им и одного процента иногда за глаза хватает для развития. Но чинам повыше уже расклад дают.

— Печати искусственно поднимают постижение стихии сразу до познавшего, до третьего этапа, делая человека куда сильнее и опаснее. Обратная сторона. Во-первых, печать постоянно жрет ци. Немного, но лучше не получать ее до десяти звезд. Да и после ее аппетита растут вместе с резервом. Во-вторых, она затрудняет развитие иных стихий. Иногда даже были случаи деградации или и полной потери других аспектов. Впрочем, терялись обычно силы первого этапа, коснувшегося. Ну и в-третьих, печать начинает ездить по мозгам. Концепт печати становится идеей фикс, манией. Например, вроде как говорили, что испытуемый с печатью молнии начинал чуть ли не провода грызть. Но в остальном оставался нормальным. Да и это сильно зависит от исходных данных, и закалки разума, как понимаю.

— Так что свет, мне кажется, не навязывает ненависть к кровавым. Просто тот, кого ты убил и так был не в себе.

— И что, ты так жаждешь обрести печать света? Несмотря на все опасности? — С сомнением произнес я тогда, да и давать такой козырь не хотелось.

— Выбора нет. Я обязан стать сильнее. Сейчас. Да и потом, гайки в армии закручивают, среди старшего командования недавно пошли чистки, тех, кто клал себе в карман сверх меры кристаллов, просто уводят и они исчезают без следа. Ни трибунала, ни похоронки. Остальным тоже урезают долю до мизера. Да и все редкие дары, вроде печатей, тут же уходят наверх. Себе особо не оставишь. А куда все идет, не знаем даже мы. Знаем лишь, что и чиновники бесятся. Им тоже ничего почти не перепадает. И вот вопрос, не на опыты же они все тратят?

— Не оставишь, но регенерацию ты заимел. — Заметил я тогда, понимая, что часть кристаллов неизменно у вояк будет оседать. А значит, именно они станут тем костяком земных адептов, что будут встречать настоящую угрозу. Или не они.

— А что знаешь по боевым машинам? Учитывая, что за мной почти сразу циклон послали… — Вспомнил я то, что волновало меня еще с первых дней.

— Мало знаю. Сам понимаешь, все машины приходят сверху, а откуда, что там на заводе делают, нам не докладывают. Есть слухи, что там вообще все оккупировали резко и в первые же дни начали клепать шайтан машины. Ну не в первые, но через десять дней такие точно были, пускай и как экспериментальные образцы с системой самоуничтожения. Инструкции нам, конечно, спустили, но в целом искины там особо от обычных не отличаются. Может, чуть посвободнее и поумнее, но не слишком.

— И как их много? Что вообще на изнанке творится?

— Сколько таких машинок, вообще не скажу. Но будет много. Очень много. Появляются даже байки, что это Троны уже власть захватили, под шумок, вот и клепают дроидов как можно быстрее… — Протянул он, и хотя теория была невероятной, от нее все равно стало дурно. Полноценное восстание машин, прошедшее так незаметно?

— А по изнанке… Ее под колпак уже почти взяли. Конечно, у каждого портала пока дроиды не стоят, но дронами мы можем уже всю ее облететь. Конечно, с поправками на армии разных стран, хоть мы и делимся информацией почти на полную.

— Конфликтов пока не было? — Поинтересовался я, понимая, что изнанка это лакомый кусок для всех. Вкуснее всех земных месторождений вместе взятых.

— Локальные были. Изнанку поделили легко и просто, там каждый портал привязан к местности, а места, соответствующие мировым водам, тоже как-то быстро поделили. Но вот когда вояки разных стран заходили в порталы на своей территории изнанки, а попадали в общую локацию… Таких конфликтов было немало. Вот только высшее командование все всегда спускало на тормозах и своих же карало… Наверху крепко взяли курс на всемирное правительство…

Мы беседовали вчера еще долго. Пока подполковник полностью не отрегенировал, что заняло не так уж и мало времени. Впрочем, чтобы зарастить такие раны ему нужно было умение минимум второго этапа, как у меня сейчас. Или какой-то другой дар.

— Хорошо. Держи свою печать. Но за это ты будешь мне сильно должен. И я надеюсь, что не пожалею о своем выборе. — Тогда, в конце, я все же решился на это. Впрочем, что толку мне от валяющейся печати? Если начать дорожить каждым кристалликом, который я сам не собираюсь использовать, то ни к чему хорошему это не приведет. А так я хотя бы вживую понаблюдаю, как печать меняет личность. Или не меняет. И может, в будущем, решусь на такой же шаг, если найду подходящую печать. Печать физической мощи я уж точно жрать не