я, а бывший друг протяжно вздохнул.
– Ден, не лез бы ты в эти дебри, а. Да, мы с Мариной теперь вместе, но…
– Ну ты и сволочь, – процедил я и, покачав головой, усмехнулся: – А я-то всё гадал, откуда ноги растут.
– Не лезь! – рявкнул он, тут же продолжив прерванную фразу: – Мы вместе, но лишь потому, что обстоятельства сильно изменились, и повлиять я на это уже не в силах.
– Обстоятельства? – хохотнул я, а Ромка возмущённо засопел.
– Да, всё сложно, но это не твоё дело! Слышишь?! И Вике не смей говорить, иначе… Ты и сам знаешь, что лишние волнения ей противопоказаны. Так что…
– Надеюсь, Вика никогда не узнает, какого гада любила, – произнёс я спокойно и, пользуясь вспыльчивым состоянием собеседника, задал мучающий меня вопрос: – Ты специально организовал страшный диагноз? Хотел избавиться от Вики?
– О чём ты? – проблеял он и, охнув, прорычал: – Ты совсем идиот или прикидываешься?
– А что я должен был подумать? – отозвался я. – Зная тебя, можно ожидать любую подлость.
Ромка долго не отвечал, скорее всего, тщательно обмозговывая мои слова, а потом выпалил что-то, похожее на правду, но вовсе его не оправдывающую:
– Ты сильно ошибаешься, если думаешь, что я бросил Вику из-за Маринки. Даже обстоятельства, сблизившие меня с этой стервой, не помешали бы мне жениться на Вике. Со временем я бы всё уладил, но Вику я любил. Хотел жениться и…
– Как хорошо, что мне никакие обстоятельства не помешают.
– Ты о чём? – опешил бывший друг.
– Через несколько дней мы поженимся, – поделился я и, прицыкнув языком, предупредил: – И если ты появишься в жизни Вики хотя бы намёком, я тебя уничтожу.
– Да ты у нас оказывается рыцарь, – расхохотался Ромка и, слегка заикаясь, поправил: – Ой, я забыл. Ты не рыцарь, а ботан обыкновенный.
– Даже ботаны заслуживают счастья, – огрызнулся я, следом добавив: – И я делаю это не из жалости. Я люблю её.
– Совет да любовь, – продолжая ржать, выдавил он, но, спохватившись, сбивчиво спросил: – Подожди, ты что, серьёзно?
– Более чем.
– Ты не посмеешь! – рявкнул Ромка. – Я тебе билеты подарил, но лишь потому, что ты вызвался всё ей сообщить и убедить пройти лечение.
– И это тоже, – успокоил я, но бывшего друга этот ответ не устроил.
– Так ты ничего ей не сказал? Она не знает?
– Скоро узнает, – буркнул я и, вздохнув, повторил: – Только сунься… Никаких звонков, встреч, и Марине запрети лезть к моей будущей жене. Понял?
– Ты идиот! Я не позволю! – заорал Ромка, но я не стал затягивать наш, уже бесполезный диалог.
– Не вздумай сунуться к Вике. Понял?! Я предупредил! – отрезал я и, не дав ему вставить и слова, завершил вызов.
Анализируя полученную информацию, несколько минут я стоял в раздумьях. Выводов было несколько, но не все они радовали.
Во-первых, зная Ромку, теперь я был уверен, что история с диагнозом им вовсе не подстроена.
А, во-вторых… увы, но это означало, что Вика всё же больна, а мои робкие надежды разбились на мелкие осколки. Цепляясь за любые, даже самые нелепые догадки, я всё ещё пытался отрицать, что женщина, которую я встретил и полюбил, в смертельной опасности.
От злости захотелось швырнуть телефон с обрыва, но я сдержался. Немного успокоившись, побрёл к дому и уже на подходе обнаружил, что Вика стоит на крыльце и, скрестив руки на груди, смотрит на меня в ожидании.
– С кем говорил? – постукивая ногой по полу, уточнила она и, прищурившись, добавила: – Я слышала… Ты звонил Роме? Зачем?
– А ты ревнуешь? – решив свести всё в шутку, поддразнил я и, подмигнув, усмехнулся: – Хм-м, а что… Мне это даже нравится.
– Не заговаривай мне зубы, – фыркнула Вика, а я рассмеялся.
Поднявшись по ступенькам, притянул сопящую фурию к себе и, чмокнув в нос, соврал:
– Похвастался, пригласил на свадьбу, но… Знаешь, он почему-то не согласился. Ещё и орал, как… прямо как…
– Да ну его, – выдохнув с заметным облегчением, отмахнулась Вика и, улыбнувшись, предложила: – Пойдём пить чай и откровенничать.
– Ну вот, давно бы так. Идём…
ГЛАВА 25
Виктория
Несколько дней я жила, почти не вспоминая о диагнозе, расставании с Ромой или потере работы.
Мне было легко и весело, ведь Денис мог поддержать любую тему, и с ним хотелось откровенничать без утайки. Он шутил, рассказывал смешные истории из детства и студенческой жизни.
Мне было спокойно и безопасно. По требованию Дениса хозяин дома прислал рабочих, которые не только обновили лестницу к пляжу, чьи размытые дождями ступени стали причиной моего падения, но и сделали удобные и надёжные поручни.
Мне было волнительно и радостно. По мере сближения Денис не преступал черту, не давил на меня, не отпускал двусмысленных шуток и ни словом, ни действиями не пытался склонить меня к близости.
Я сама липла к нему, старалась коснуться, будто невзначай прижималась, пользовалась любой возможностью позволить ему взять меня за руку, приобнять, чмокнуть или пощекотать.
Вечерами, если мы смотрели какой-нибудь фильм, я часто засыпала у него под боком, а утром неизменно обнаруживала себя в своей кровати. Он так и спал на диване, не посягая на большую спальню, и не напрашивался в мою комнату.
Мне было беззаботно и надёжно. Помня о моих израненных ладошках, Денис почти полностью взял на себя готовку, мытьё посуды и поверхностную уборку. Царапины давно затянулись и совсем не болели, но я нагло пользовалась благосклонностью и заботой моего фиктивного жениха.
Мне было ПОТРЯСАЮЩЕ! Ведь каждый день мы проводили активно, а наша развлекательная программа, тщательно продуманная Денисом, ни разу не повторялась. Мы купались и загорали, гуляли в ближайшем лесу, поднимались в горы, выбирая несложные, но интересные маршруты.
Водопады, горы, цветы, деревья, свежий воздух, тёплое, ласковое море, – я наслаждалась всем этим, без остатка отдав себя моменту. Моя кожа загорела и пахла неповторимым коктейлем из ароматов леса, солёной воды и солнца.
Мой нос облез, но Денис чмокал его кончик с нескрываемым удовольствием. Да и не только в нос… Целовались мы всё чаще, каждый раз намеренно и взаимно затягивая приятный процесс. В любой спонтанной ситуации просто могли внезапно посмотреть в глаза, зависнуть и, не сговариваясь, ринуться друг к другу в объятия.
Витая в горячих, и далеко не пуританских фантазиях, я уже искренне не понимала, как он может сдерживать физическое желание. Немного злилась, что Денис не берёт инициативу в свои руки, и на фоне этого старалась спровоцировать его сама. Одевалась максимально открыто, крутила попой, но всё, что он позволял себе, – это жадные
