и побежал к каменным солдатам.
Пограничники разошлись, освободив дорогу, и мы ступили на мощёную просеку. Через пару километров была организована кордегардия с двумя зданиями-караульнями и шлагбаумом между ними. Место узкое — не объедешь. Охрана здесь уже состояла из двадцати глипт и двух людей.
К ним с той стороны как раз прикатила телега с бидонами каши и магзвери её разгружали. На козлах, спихнув шапку на лоб, разудалисто сидел пацанёнок Васька и ждал, пока закончиться разгрузка.
— И пушки тоже забирай, дядя Анжей сказал в бойницы приспособить… — когда трёхметровый глипт вытаскивал аккуратно сложенный литый ствол, мальчик обернулся к нам и вскрикнул. — Дядя Вова!
Спрыгнув с телеги, он со всех ног побежал ко мне и распахнул руки, чтобы обнять, но потом вдруг вспомнил, что он, вообще-то, серьёзными делами занимается и далеко не маленький, потому, кашлянув, сдержанно протянул мне руку. Я улыбнулся и пожал её как равному.
— Проводишь нас? — я еле сдерживался, чтобы не растрепать ему волосы, но на виду у посторонних это был бы удар по его мужской гордости, потому и попросил об услуге, чтобы доставить мальчонке удовольствие.
— Довезу по высшему разряду, только сейчас уберу кое-что, — он поспешил обратно в телегу освободить место, а если точнее вытереть от всякого сора и грязи.
Нас без проблем пропустили, и до города я покачивался рядом с Васькой, слушая его захлёбывающуюся речь. За час он много чего выложил как на духу: и чего построили, и кто как тренируется, и какие товары новые появились в лавке. Малец также рассказал, что на дядю Ивана в шахте работало аж пятьсот глипт. День и ночь они перетаскивали камень в Таленбург, сменяя друг друга на тяжёлой работе.
Многое из этого я и так уже знал из писем Марича, но приказчик сообщал только самое важное, без подробностей.
— А ещё господин Нобуёси к вашему приезду тренирует аж двести человек!
— Ого, — притворившись удивлённым, ответил я.
— Он мне говорил, что вы оставите только самых лучших, а я вот хотел спросить: вы правда Ведун? А иначе я не понимаю, как так можно с одного взгляда про всех всё знать… — он серьёзно развёл руками, будто взрослый.
Мне пришлось прятать улыбку, видимо, у кого-то подслушал.
— Правда. Только ты смотри, никому не говори, это секрет.
— Вот это да, я так и знал! — он восторженно воскликнул и потом кашлянул в кулак. — Я никому не расскажу. Даже Петьке. — подумав, добавил он.
Я сжалился, представив, как тот будет искушаться этим знанием перед другом, и разрешил.
— Петьке можешь рассказать. Он из наших.
— И правильно, Петька не предаст.
Я незаметно включил заклинание «Предрасположенность» и проверил им мальчугана.
Василий Тимофеевич Пахота
Полководец (33%)
Мечник (25%)
Лучник (20%)
Копейщик (20%)
Фермер (2%)
— Так погоди, а ты сейчас чем занимаешься? — спросил я, заинтересованный свежей информацией.
— Тёть Зине по кухне помогаю, а что?
— А Новиков как же? — помнится, я обоих беспризорников под ответственность толмача брал.
— Господин Нобу учит нас обращаться с мечом, а дядя Потап грамоту объясняет, — тут же вступился он за своего покровителя, но я нутром чувствовал, что недоговаривает Васька.
Пытать на этот счёт не стал — сам докопаюсь до истины. Вместо этого подумал вслух.
— Надо бы тебя в школу поскорее отдать… Десять лет уже.
— Да что там делать? Одна трата времени, — отмахнулся сопляк и вытер нос, в руках он держал поводья, ловко направляя повозку. — От меня польза больше тут будет, я много чего умею… — хвастливо протянул он.
— Читать, писать, считать и много чего ещё, — ответил я на его первый вопрос.
— Я ж не писарь какой… — хохотнул он и цокнул кобыле ускориться.
— Вот значит как. А в дружину ко мне хочешь? — спросил я его, зайдя с козырей.
— А то!
— Безграмотным не приму.
— Но это… Так нечестно, — нахмурился он. — Зачем воину эта ерунда?
— А ты думаешь, чтобы махать мечом, только мышцы нужны? Нет, брат, самые серьëзные мечники далеко не глупцы. Взять того же Нобуëси.
— А что тренер умный? — с сомнением спросил Васька.
— Ну ты даëшь, — ухмыльнулся я. — Конечно, умный! Когда он попал в Ростов из османского плена слепым, то за год идеально выучил чужой ему язык. Как тебе такое? Без хороших мозгов великим мечником не стать. Надо переигрывать, читать своего противника.
— Я как-то не думал про это, — вздохнул Васька.
— Загляни к отцу Филарету и попросись в ученики. С сегодняшнего дня ты освобождаешься от всех работ. Ты и твой друг, — поправился я.
— А как же фехтование? — распахнул он глаза со страху, опасаясь, что его лишат любимого дела.
— Утром тренировки, вечером учëба. Справишься — приму в дружину, а нет… Оставлю на кухне до старости.
Такой простой расклад заставил мальчишку нахмуриться, и он даже сжал сильнее поводья. Его ежедневно окружали одни из самых способных мужей в баронстве, и неважно мирным они делом занимались, или военным — каждый на вес золота и служил примером подрастающему полководцу. Не хотелось бы перед ними ударить лицом в грязь.
— Будьте спокойны, ваше благородие, выучусь. Только боюсь башка большой станет, в драке неудобно с такой.
— Скажешь ещё мне, шутник, — я положил ему руку на шею и таки взъерошил волосы.
На въезде в город красовались две каменные башни, нашпигованные пушками. Ворота ещё не поставили, но вот метров сто частокола разобрали и вместо него пустила корни новенькая стена. Меня не было всего месяц, а всë так разительно поменялось. Территорию от деревьев расчистили ещё дальше под новые постройки, из-за этого появилось ощущение простора.
Повсюду, как муравьи, сновали приручённые глипты. Каждый что-то тащил: камни, брёвна, тачку с глиной, заплечный короб с песком или даже телегу, гружёную всяким нужным скарбом. Помощники выполняли всю тяжёлую работу и передвигались, не натыкаясь друг на друга, как единый отлаженный механизм.
У каждого своя роль. Самые большие под пять метров — это глипты-стражи. Двое таких замерли у ворот, неся дозор. Их задача — это охрана поселения от внезапного нападения. Ещё пятеро таких патрулировали у кромки леса. Они сами по себе внушительное оружие и примут первый удар врага, но в мирное время
