кивнув улыбается он. — Ты хотя бы совершеннолетняя, не Зина? — вопросительно приподнимает брови.
— Отомкни дверь и позволь мне отсюда уйти. Больше ты меня не увидишь. Все… Я сегодня в последний раз приходила. Надеюсь, ты сказал правду по поводу Мирай? Она ведь здесь?
— Вот это я удачно тебя выловил! Не придешь значит больше? — сложив руки в замок на животе поворачивается в кресле из стороны в сторону.
— Отпусти меня, пожалуйста? — пытаюсь состроить жалостливую гримасу.
— Не хочу… Будешь моей пленницей! — закидывает руки за голову, прищуривается. — Тебя зовут, Рада?
— Нет!
— Кармен?
— Нет!
— Лаура?
— Нет!
— Эсмеральда?
— Нет!
— Папуша?
— Ты будешь перечислять все найденные в интернете варианты?
— Нет, только те, которые могли бы подойти тебе.
— Мне подходит имя Папуша?
— Почему бы и нет? Это ведь куколка по-цыгански. А ты и правда, как куколка... Адель?
— Это разве цыганское имя? — смотрю на него удивленно.
— Понятия не имею! Так, как?
— Если скажу, ты меня выпустишь?
— Выпущу!
— Ты меня обманываешь?
— Да. Продолжим… Аза? Зара?
Отрицательно мотаю головой.
— Роза?
Застываю на мгновенье. Вероятно, меня выдает мое выражение лица. Потому что он начинает скалиться. На его лице написана уверенность в том, что он попал в точку.
— Я угадал? Тебя зовут… Роза.
— Допустим, — поворачиваю голову, сморю в сторону.
— Роза, а какое к тебе имеет отношение, некий Самуйлов Паво Тагарович?
Он читает испуг на моем лице и поддавшись вперед подкатывается ближе к дивану.
— Никакого, — бормочу себе под нос и опускаю голову.
— Точно?
— Точно, — не могу поднять глаз. Чувствую, как все тело сковывает спазмом.
— Он очень хочет купить твою любимицу. Говорит, что любые деньги за нее заплатит. Его жена, оказывается, к ней очень привязана. Любит ее без памяти. А ее отец учудил глупость. Продал ее лошадь. И теперь бедная девушка страдает. Заболела, чахнет на глазах. — Наклоняется и, согнувшись, заглядывает мне в лицо. — Чахнет, бедная. Жаль девушку... Вот думаю, отдам я, наверное, ее ему. Как думаешь, отдать?
Не поднимая взгляда отрицательно мотаю головой.
— Это ловушка, да? Он так поймать тебя пытается?
— Я не понимаю, о чем ты говоришь.
— Да ладно!! Хорош, прикидываться… Я уже сложил все пазлы. Ты реально, замужем? — спрашивает возмущенно. — Чего ты молчишь? Чем быстрее ты мне обо всем расскажешь, тем быстрее я придумаю, как тебе помочь. Тебе ведь нужна помощь? — перестает согнувшись в три погибели заглядывать мне в лицо, слегка откатывается назад на своем кресле и снова вытягивает ноги. — Можешь не отвечать. Я и сам вижу, что нужна.
— Не нужна, — бормочу себе под нос вжимая голову в плечи.
Еще тебя мне не хватало, умник. Будто бы я не понимаю, что за просто так, никто никому не помогает. Ему же явно, что-то взамен понадобится. Да и вопрос еще… может ли он сделать для меня что-нибудь дельное или только языком трепать горазд.
— Уверена?
— Уверена, — поднимаю на него глаза.
— Может подумаешь хорошо?
— А ты прямо рыцарь! С какой стати ты собрался мне помогать? — ощетиниваюсь я.
— Может ты мне понравилась… Не может, а так и есть. Я же вижу, что ты явно попала в беду. Только не думаю, что такой цветочек как ты, способен из нее выпутаться самостоятельно.
— Боюсь, что ты не совсем понимаешь, какого рода у меня проблемы. С чего ты вообще решил, что ты способен их решить?
— Слушай, а вы официально женаты?
— Ты слышишь меня? Не суй нос не в свое дело. Тебе же лучше будет.
— Тебе восемнадцать, то есть?
— Ты глухой? — встряхиваю рукой около головы, из рукава вылетает складной нож и приземляется прямо у его ног.
Само собой разумеется, он молниеносно его поднимает и качает головой. А я подскакиваю на ноги и прижимаюсь спиной к стене.
— Кажется мне придется тебя как следует осмотреть, — поднимается и закинув нож на высокую полку под потолком, направляется ко мне. — Сама отдашь?
— Нет у меня больше ничего?
— Совсем? Может: травмат, шокер, кукла Вуду, еще один перцовый баллончик?
— Нет! Говорю же! — наблюдаю как его рука тянется ко мне и еще сильнее влипаю в стену.
— Ну нет, так нет, — делает шаг назад.
Я слегка расслабляюсь и выдыхаю. Как оказывается, зря. Он рывком подтягивает меня к себе и так же быстро проходится руками по всем карманам. Облапав меня за считаные секунды, вытаскивает из кармана толстовки электрошокер в виде маленького фонарика и направляет его на меня. Сжимаюсь и зажмуриваюсь.
— А говорила, нет ничего, — забрасывает его на полку вслед за ножом.
Козел… теперь мне точно до них не добраться. У меня остались только зубы и ногти.
— Роза, давай так. Ты до утра хорошенько подумаешь над моим предложением…
— Над каким предложением? — кричу я.
— Пока не руки и сердца. Ты конечно красотка, но мы еще слишком мало знакомы. К тому же, ты кусаешься, а меня знаешь ли, это не очень устраивает…
— Ты больной?
— Вроде здоровый… Не курю, почти не пью, кровь сдаю регулярно, людям помогаю. У меня четвертая отрицательная, она всегда требуется…
— Зачем ты мне все это говоришь? — начинаю нервничать еще больше.
— Ну это, как бы презентация. Еще я КМС по конному спорту, в основном занимаюсь конкуром, но…
— Хватит! — топаю ногой. — Выпусти меня немедленно!
— Все-таки продам ему лошадь, — машет рукой. — Полляма на дороге не валяются, она не стоит столько.
— Нет!
— Что, нет?
— Не продавай! — смотрю на него стараясь сдержать слезы. — Я правда уйду и больше здесь не появлюсь. Я хотела убедиться, что она попала в хорошие руки… Убедилась. Пусть она живет здесь. Не продавай ее пожалуйста? — прошу почти умоляюще и глотаю подкатывающие слезы.
— А ты не хочешь?
— Что не хочу? — все же всхлипываю.
— В хорошие руки, — протягивает ладонь к моему лицу и отодвигает упавшую на глаза прядь волос.
— Мне никто не сможет помочь, мне просто нужно уехать куда-нибудь подальше.
— Он тебя обижал? Бил, да? — бросает взгляд на розовый шрамик на лбу, которым меня недавно наградила Лала, кидаясь веником.
— Нет…
— А почему ты сбежала?
— Да, потому что не люблю я его! Не люблю! Понимаешь? Ненавижу его! Меня тошнит от одного его вида, — кричу рыдая, падаю на диван. — Ненавижу, — стучу кулаком по мягкой подушке. — Отпусти меня пожалуйста!
— Ну как я тебя теперь отпущу? — садится рядом и обнимает меня одной рукой за плечи. Ежусь и сжимаюсь, он убирает руку слегка отодвигается от меня, мы перестаем соприкасаться бедрами. — Роз, я когда его увидел, сразу понял что совсем не лошадь ему нужна. Он конечно наплел здесь… Запарился его слушать. Думаешь, он оставит
