если честно… Мне не понравилось, как на него посмотрел один ушлепок, молодой барсук. Знаю я этот взгляд – наверняка хотел гопнуть старика, как только тот выйдет из таверны.
Ну а я тем временем, подошел к стойке, и положил три монеты перед трактирщиком, который достал из фартука небольшой ржавый ключик, и сунул мне, не очень дружелюбно поглядывая на меня.
- Пошли посмотрим комнату, - дернула меня за рукав лолька, встав из-за стола и подойдя ко мне, а затем бросилась к лестнице, ну а я, соответственно, за ней, словно песик на невидимом поводке.
Комната, снятая мной, находившаяся на третьем этаже, оказалась довольно маленькой, с небольшим столиком, одним стулом, небольшим сундуком и старой кроватью с соломенным жёстким матрасом. Бросив рюкзак, в котором ещё оставалось несколько лепёшек и две упаковки сушенной рыбки, на стол, лолька повалилась на кровать, сразу расслабившись, ну а я подошел к окну и задернув сожранную молью штору, хмыкнул.
- Как же он меня раздражает, - фыркнул я, сняв ошейник, и начав растирать шею. – Бесит, что мне, рабовладельцу, приходится отыгрывать роль раба… Ну да ладно, это, по крайней мере, не портит мою «безупречную» репутацию ещё больше!
- Мы уже завтра уходим? – спросила Алисия, уже сидевшая и размахивающая ногами.
- Само собой. В этой дыре делать нечего, тут даже девчонок красивых не так много, - усмехнулся я. – Вот доберемся до города, и я оттянусь по полной, ки-ки-ки! И думаю, что можно будет даже заняться бизнесом уже более плотно! Но в любом случае, думаю и здесь мы что-нибудь выиграем, хе-хе!
- Ммм… А при чем тут девчонки? – непонимающе склонила голову на бок лолька, удивленно глядя на меня.
- Подрастешь – узнаешь, а пока не думай об этом, - отмахнулся я, и надев заново ошейник, щелкнул пальцами, и произнес: - Сигаретки, пожалуйста! И можно целый блок?
Немного правее от меня, на уровне груди открылся небольшой портал, из которого вылезла костяная рука, держащая блок сигарет. Когда я взял блок, портал закрылся, а я, подошел к столу, и распечатав сигареты, сложил четыре пачки в карманы джинсов, а остальные шесть в рюкзак.
- Ладно, ты помнишь, что в случае чего – беги куда-подальше, кричи меня, или запирайся в комнате, - подмигнув Алисии, я вышел из комнаты, и спустившись на первый этаж, увидел, что девушка-лисичка по-прежнему в одиночестве сидит за столом, а вот старика-неко и того ублюдка, который странно поглядывал на него, нет.
- Эй-эй! Раб! Подойди-ка сюда! – стоило мне только выйти из таверны, как меня окликнули трое мужиков, которые до этого сидели в таверне, а сейчас сидят на лавке перед домом напротив и махают мне. Им всем на вид было лет по сорок, один был зайцем, один волком, а третий то ли псом, то ли ещё какой неведомой зверушкой.
- Слушай, а у тебя ещё есть те… самокрутки? – спросил человек-волк, нетерпеливо клацнув зубами. – Я могу заплатить за десяток, если вы продаете их поштучно!
- Поштучно? – я задумался. – Нет, вряд ли. Одна пачка – пять монет! Так мне сказала хозяйка, а спорить с ней я не имею права, сами понимаете. И вообще… Она уже несколько раз наказывала меня, и знаете… несмотря на её вид, рука у неё тяжелая да и носки туфель твердые.
С этими словами я прикрыл промежность, типа показывая, куда меня пинала Алисия, отчего все трое побледнели, и переглянулись. Ну а че, приходится играть роль раба, ничего не поделаешь, а рабов обычно избивают за неповиновение!
- Ладно, тогда давай каждому по пачке, - кивнул человек-заяц, и все трое достали из штанов монеты. И вот, в моем кармане лежало уже семнадцать монет, а все трое довольно распечатали пачки и достав по сигаретке, затянулись. Я им даже прикурить дал с зажигалки!
Довольно тряся монетами в кармане, я решил прогуляться по деревушке, заметив, что из таверны выбежала Алисия, и убежала куда-то к речке, через которую проходил мост, по которому мы и пришли в деревню. Блин, вот честно… Я опять начинаю ощущать себя старшим братом, что мне совсем не нравится, вспоминая Мэй.
…Шатаясь по городу, обдумывая дальнейшие действия, я дошел до крайних домов, стоявших немного поодаль от остальных, и вдруг услышал негромкие голоса. Хмыкнув, я повернул за угол, и осторожно выглянул из-за него. И думаю, что не стоит удивляться тому, что я увидел барсука и енота, которые зажимали у стены того старика-неко, который со слезами на глазах потирал живот.
- Слушай, старик, я тебе могу врезать ещё сильнее, если ты не отдашь нам ту пачку, - схватив старика за грудки, прошипел енот. Ну, кто бы сомневался, в том, что так будет? Однако… Мои кулаки, раззадоренные тем челмедведосвином чесались, и я просто не мог отказать себе в удовольствии кого-нибудь избить, особенно если учесть, что не делал этого довольно долгое время. Убивать одно, а избивать совсем другое, верно?
- Тэк-с, тэк-с, тэк-с, - весело произнес я, выходя из-за угла, со злобной улыбочкой на харе. – А че тут творим, а?
- Свали отсюда, раб! А то твоей госпоже придется тратиться на лекарства, - фыркнул енот, но барсук похлопал его по плечу. – Че тебе?
- Этот человек заставил Брэна вылизывать ему обувь, - испуганно произнес барсук. – Эй, раб, ты ничего не видел, ясно?
- Ну в смысле не видел?! Видел, и ещё как! – я сделал ещё несколько шагов к ним. – И мне совсем не нравится, что вы пытаетесь отнять у мужика то, что продал ему я! По-хорошему сгиньте, или я вам так рыла расквашу, что вас девки не будут любить!
- Че вякнул? – енот швырнул старика на стену, и сплюнув на землю, повернулся ко мне. Для пафоса, я тоже сплюнул, и улыбнулся ещё сильнее. – Вали отсюда, или мы, помимо тебя, еще и твоей хозяйкой займемся!
- Да что ты говоришь? – с моего лица сошла улыбка. – А вот это вы зря, мрази!
Я первым бросился на них, вытащив из кармана лишь левую руку, и увернувшись от кулака енотомена, коленом пнул его по яйцам, а затем, когда его ноги подкосились, вшатал ему кулаком по челюсти, ну а затем ещё и отпрыгнув, ботинком по роже, отчего говнюк свалился на спину, с окровавленной рожей. Барсук же тем временем бросился на
