из этой ситуации. Он играет свою роль. Пока. Но мы ни о чем не договаривались. Я понятия не имела, чего он потребует взамен, и от этой неизвестности было хуже, чем от его руки на моем плече.
Одно я знала точно: разговор, который нам предстоит, будет очень, очень неприятным.
Глава 8
Дверь номера закрылась за моей спиной со щелчком.
Весь путь от бассейна до лифта, весь коридор до нашей двери Артем молчал. Ни слова, ни взгляда... Он шел рядом, и от этого молчания воздух между нами густел с каждым шагом.
Теперь он стоял посреди нашего номера, скрестив руки на груди и расставив ноги на ширину плеч. За его спиной панорамные окна заливали комнату золотым предвечерним светом, и его силуэт казался вырезанным из самой тьмы.
Артем смотрел на меня, и от этого хотелось провалиться сквозь все пятьдесят два этажа.
— Даниил Князев.
Два слова, он произнес их почти задумчиво, словно пробовал на вкус.
— Я могу объяснить, — ответила я и сама услышала, как жалко это прозвучало.
— Даниил, — повторил он, — Князев. Которого я стаскивал с тебя в том клубе. Которому я чуть не сломал челюсть и до сих пор жалею, что не сломал. Этот Даниил?
— Они из другого круга, — выпалила я. — Эта компания их не знает, они никогда не пересекались, у них разные вечеринки и разные связи...
— Ты хоть на секунду подумала, прежде чем это ляпнуть?
— Нет! — Я сама удивилась собственной честности. — Нет, не подумала! Оно само вылетело, потому что это имя с того вечера у меня в голове крутится! Потому что я его каждый день вспоминаю! И когда нужно было что-то сказать, мозг выдал первое, что было на поверхности!
Несколько секунд он молча изучал меня, и что-то в его лице изменилось. Не смягчилось, нет, до этого было далеко, но ледяная ярость уступила место чему-то похожему на усталое раздражение.
— Логика, — медленно сказал он, — в этом есть. Больная, кривая и очень неадекватная логика, чтобы ты знала.
— Правда?
— Разные круги, минимальная вероятность пересечения. Тактически это почти грамотно. Если не считать того, что ты забыла спросить меня, хочу ли я неделю отзываться на имя этого ублюдка.
Я открыла рот, чтобы ответить, и закрыла. Он был прав. Я не спросила. Даже не подумала спросить.
— Ты мог сказать правду, — выдавила я наконец. — Там у бассейна. Мог сказать, что ты мой телохранитель.
— Мог.
— Почему не сказал?
Он пожал плечами, и в этом жесте внезапно было что-то небрежное.
— Потому что выражение твоего лица, когда ты ляпнула это имя, было таким, словно ты сама не поняла, что сказала.
— И ты решил подыграть?
— Я решил не устраивать сцену при посторонних, — склонил он голову набок. — Но теперь посторонних нет, и у меня есть вопросы.
— Какие?
— Например, ты вообще думала, как это будет работать? Я должен играть твоего парня. Богатого мальчика из хорошей семьи. Князева. — Он произнес фамилию с отвращением, которое не пытался скрыть. — Целую неделю. При твоих подружках, которые будут задавать вопросы. Оно мне по твоему нужно? За это мне не платят.
— Я... — начала я и осеклась.
— Вот именно, — кивнул он. — Ты ляпнула и понадеялась, что как-нибудь само рассосется.
— Ну извини, что у меня не было времени составить подробный план! — огрызнулась я. — Вика стояла и ждала ответа, все смотрели, и мне нужно было что-то сказать!
— «Это мой друг» — три слова, никаких последствий.
— «Друг» у бассейна в пятизвездочном отеле? С которым я живу в одном номере? Вика бы это проглотила, ага, конечно.
— Лучше, чем твой новый дружок, которого придется изображать всю неделю.
— Ты уже согласился!
— Я еще не согласился, — поднял палец он. — Я подыграл. Один раз. Это не одно и то же.
Я замерла, чувствуя, как земля уплывает из-под ног.
— В смысле?
— В прямом. Я могу выйти завтра к бассейну и сказать твоим девочкам, что ты их обманула. Что это был розыгрыш. Или что ты перегрелась на солнце. Вариантов много.
— Ты не сделаешь этого.
— Почему?
— Потому что... — запнулась я, пытаясь найти аргумент. — Потому что это будет еще хуже. Для меня.
— И почему меня это должно волновать?
Я смотрела на него, а он на меня, и в его глазах не было сочувствия. Только холодный расчет и что-то похожее на любопытство. Будто он ждал, что я скажу дальше.
— Потому что ты не такой урод, — сказала я наконец. — Ты мог бы быть уродом сразу. Мог бы сдать меня там, у бассейна, и посмотреть, как я выкручиваюсь. Получить удовольствие. Но ты этого не сделал.
— Может, я просто отложил удовольствие на потом.
— Может. Но я так не думаю.
Артем не отводил глаз, и я заставляла себя не отворачиваться.
— Так тебе заплатить? За «это»?
Он фыркнул.
— Не все покупается деньгами, солнышко. Но, думаю, найдем вариант получше. Допустим, я соглашусь. Допустим, я буду играть твоего драгоценного Даниила Князева целую неделю.
— Спасибо, — выдохнула я. — Спасибо, я...
— Но у меня есть условия.
Конечно. Ничего не бывает просто так.
— Какие?
— Первое, — загнул он палец. — Каждое утро ты идешь со мной в спортзал. В шесть утра без опозданий и отговорок.
— В шесть утра? — Я не поверила своим ушам. — Мы на курорте!
— И что?
— Люди приезжают на курорт, чтобы спать до полудня, а не вставать в шесть утра!
— Люди приезжают на курорт отдыхать. Ты приехала с телохранителем, потому что неделю назад вляпалась в серьезные неприятности. Это разные ситуации.
Я открыла рот, чтобы возразить, но он не дал мне вставить слово.
— Самооборона, базовые приемы. Вот чем мы будем заниматься. Ты не умеешь защищаться, и это нужно исправить.
— Я умею защищаться!
— Правда? — Артем вскинул бровь. — Тогда почему в том клубе ты не смогла ничего сделать?
Я замолчала. Крыть было нечем.
— В шесть утра, — повторил он. — Каждый день. Это не обсуждается.
— Ладно, — сквозь зубы процедила я. — Что
