нервяк? Наоборот, мне уже гораздо лучше.
- Ты пытаешься показать, что тебе лучше, но по факту этого нет. Я ценю твои старания, правда, но у тебя хреново получается. Уж лучше честная истерика, чем этот никудышный МХАТ. Раньше ты не скрывала эмоции, была вся такая взрывная, энергичная, а сейчас из тебя как будто выжали весь воздух и теперь ты болтаешься по ветру как кусок целлофана.
- Я буду над этим работать, обещаю. Уже начала меняться, дальше станет еще лучше. — На деле же Кристина не совсем понимала, как ей себя вести. Еще пару недель назад муж упрекал ее за слезы и подавленное настроение, а теперь призывает не скрывать эмоций.
- Хорошо, - кивнул Саша.
- На работе все наладилось? — перевела она тему. — Ты перестал задерживаться. Наши дела идут в гору?
- Да, закрыли все долги, потихоньку выходим в плюс. Скоро лето, самый сезон на стеклопакеты, заказов стало втрое больше, чем в прошлом квартале. В общем, все неплохо, но это не значит, что я перестану задерживаться. Сама понимаешь, в бизнесе нельзя расслабляться. Немного передохну и снова начну вкалывать, чтобы у сына было все самое лучшее. Ладно, Кристин, спасибо за ужин, было вкусно, я пошел в душ, - как обычно скороговоркой завершил муж.
Тревога взорвалась шрапнелью где-то глубоко внутри. Что значит «снова начну вкалывать»? Действительно ли это касается работы или поздние возвращения домой будут снова связаны с любовницей? Кристина боялась об этом думать. Она желала сопернице исчезнуть навеки, испариться из Сашиной жизни и больше никогда не всплывать в контексте их семьи. Но, возможно, муж действительно говорил о рабочих моментах, а с любовницей уже разорвал все отношения. В противном случае сейчас он бы был с ней, а не дома. Утешившись этой мыслью, Кристина принялась убирать на кухне.
Саша вышел из душа на удивление в приподнятом настроении и предложил Кристине вместе посмотреть новый сериал. Девушка сразу почувствовала давно забытое ощущение бабочек в животе и с радостью согласилась. Она покормила, перепеленала и уложила Илюшу в кроватку, дождалась, пока тот засопит и заняла свое место на супружеской кровати, подложив подушку под спину. Была надежда, что Саша ее приобнимет‚ как делал раньше, но этого не случилось. Что ж, главное — они снова вместе, а остальное приложится.
Однако радоваться пришлось недолго. Не успело пройти и половины первой серии, как загорелся экран Сашиного телефона. Он взял аппарат, что-то там посмотрел, и затем положил обратно на тумбочку, но тут экран загорелся снова. Одно за другим ему приходили сообщения в Телеграме.
- Кристин, 2 минуты, ок? — С этими словами муж поставил сериал на паузу и быстро вышел из комнаты.
Вернулся он только через 20 минут. Настолько довольный, что улыбка не спадала с его лица.
- Хорошие новости? — спросила Кристина, пытаясь скрыть нервную дрожь по всему телу.
- Да. Наш менеджер прислал мне статистику по заказам. Там все идеально.
Саша щелкнул пультом, и сериал продолжился, но буквально через минуту экран его телефона снова осветил комнату. Кристина не выдержала и, когда муж взял его в руки, в наглую посмотрела, что там. Ее будто обдало ледяной водой — на экране снова была та самая светловолосая девушка. Ее легко было узнать по вытатуированной латинской надписи на ключице с левой стороны. Изображение демонстрировало ее аккуратную грудь с возбужденными торчащими сосками, плоский животик и эпилированную зону бикини. Вероятно, она снимала себя на селфи-палку.
«Занимаясь оральным сексом со мной, он параллельно смотрел видео с ней», - пронеслось в голове. От осознания этого стало дурно.
- Тебе обязательно везде сунуть свой нос, да?? — раздался раздраженный голос Саши. — Увидела, что хотела??
- Нет. Я никак хотела увидеть фотки какой-то левой девицы в телефоне своего мужа. Но тем не менее они там есть. Много фоток и, возможно, даже видео.
- И что?? Это заслуживает истерики?
Кристина выпрямила спину и удивленно заглянула мужу в глаза:
- Ты это серьезно? У нас грудной ребенок, я твоя жена, мы смотрим сериал в нашей спальне, и тут какая-то шалава присылает тебе свои сиськи и демонстрирует, как славно проэпилирована ее промежность. Действительно, в этом нет ничего такого!
- Кристин, тебе, видимо, не дано понять своим куриным мозгом, что фотки мне может прислать кто угодно. У меня есть аккаунты почти во всех соцсетях. Страницы открыты. Как, по-твоему, я запрещу всему миру присылать мне сообщения?
- Ты хочешь сказать, что понятия не имеешь, кто среди ночи присылает тебе голые фотографии?
- Понятия не имею, прикинь! Тебе тоже могут приходить дикпики от каких-то рандомных уголовников, что мне теперь, биться здесь в истерике? Это социальные сети, раздуплись! Я не могу запретить всем бабам фоткать сиськи и присылать их мне. Это технически невозможно. Есть вариант закрыть личку, но я директор фирмы, если ты не забыла. Потенциальные клиенты иногда обращаются ко мне напрямую. Не могут найти сайт, не видят телефоны в публичной группе, я хз, почему они пишут в личку, но тем не менее это происходит, и поэтому я не стану закрывать доступ. Это мои деньги и отказываться от них из-за твоей прихоти я не намерен.
Он щелкнул пультом и вновь включил сериал. Продолжил смотреть как ни в чем не бывало. Кристина в очередной раз поразилась, как ловко Саше удалось перекрутить ситуацию и даже выставить ее виноватой. Она стиснула зубы и бездумным взглядом уставилась в телевизор. Когда серия подошла к концу, а Саша начал засыпать, девушка тихонько вышла из спальни и направилась в детскую, где ее ждал дневник — единственное место, где она могла выговориться.
Глава 10
Кристина наливала в бутылочку заранее сцеженное молоко. Из-за дрожащих рук внушительная часть вылилась на поверхность стола. Такое бывало часто. Не успевала девушка начать отвыкать от постоянного нервного напряжения, как все начиналось по новой. Больше всего ей не давала покоя нелепость ситуации. И она, и муж прекрасно понимали, что ни для кого не секрет, где и с кем он проводит время после работы. Но оба при этом делали вид, что легенда о невиданном наплыве клиентов звучит вполне себе правдоподобно. Саша уверял, что он вынужден ночевать в офисе прямо на неудобном кожаном диване, а Кристина молча на это кивала.
Устраивать мужу истерики и задавать вопросы было заведомо гиблым делом. Во-первых, он все равно никогда не скажет правду, во-вторых, только сильнее
