неопытными работниками, а также то, что он в прошлом безупречно и добросовестно выполнял служебные обязанности в органах МВД СССР.
Военная Коллегия Верховного Суда СССР, соглашаясь с мнением Военной прокуратуры Советской Армии, 29 июля 1953 года отменила свой приговор в отношении Бежанова и дело прекратила с полной его реабилитацией.
Ознакомлением с судебными материалами по делу Бежанова и его объяснением, представленным в КПК, установлено, что независимо от прекращения уголовного дела вина Бежанова в этом деле есть и заключается она в том, что он, будучи начальником оперативного сектора МВД Федеральной земли Тюрингии, в период с июля 1945 года по сентябрь 1946 года плохо контролировал работу подчиненных ему работников по оперативноследственной работе, которые допускали грубейшие нарушения социалистической законности, производили необоснованные аресты лиц немецкой национальности и заведомо искусственно создавали уголовные дела.
Так, в 1946 году сотрудником оперативного сектора капитаном Шершаковым было заведено провокационное дело, по которому он давал задания агенту-провокатору склонять немцев к вступлению в фиктивную антисоветскую организацию «Берфильд», и, когда такая «организация» была создана, «участники» ее были арестованы, а впоследствии их были вынуждены освободить как незаконно арестованных.
В феврале 1946 года заместителем начальника 4-го отдела оперсектора, которым руководил т. Бежанов, капитаном Жигаревым (осужден) была заведена агентурная разработка «непримиримые», по которой из агентуры была создана фиктивная организация «Движение сопротивления», и в нее вербовались немцы. Когда же один немец по фамилии Бетцель отказался вступить в эту «организацию», агентурой, по заданию Жигарева, было произведено провокационное убийство Бетцеля, и на труп убитого была положена написанная работниками спецсектора[1343] записка провокационного характера — «так будет со всеми изменниками немецкого народа».
Установлено также, что в январе 1946 года по указанию Бежанова бывшим сотрудником оперсектора капитаном Мкртычевым был незаконно арестован румынский подданный Маргулис по обвинению в шпионаже. При допросе его Бежанов лично применял к нему меры физического воздействия, но, не добившись от него никаких показаний, вынужден был освободить его. После освобождения Маргулис был завербован Бежановым в качестве закордонного агента и дважды направлялся по заданиям в западную зону Германии.
По указанным фактам фальсификации дел Бежанов дал на суде следующие показания.
«Случаи, когда мои сотрудники составляли провокационные дела, по которым проходили немцы, якобы выступающие против СССР, были. Таких дел было 7–8 из 9 тысяч. Я объясняю это неопытностью оперативного состава. По делу Бетцеля: однажды Жигарев пришел ко мне на доклад и представил шесть планов, в том числе план убийства Бетцеля. Когда я ознакомился с этим планом, я, возможно машинально, делал исправления грамматических ошибок, но Жигареву я запретил осуществлять этот план. Я признаю себя виновным, что немецкий подданный Маргулис был арестован по моему распоряжению без достаточных оснований к этому. Как мотив для ареста было записано, что Маргулис занимается шпионажем. В процессе допроса я Маргулису нанес удар по лицу. Я виноват в том, что дважды посылал его в американскую зону» (л. д. 38, п. 42).
В своих объяснениях в КПК т. Бежанов сообщил, что подчиненные ему работники действительно допускали фальсификацию уголовных дел и что за это был привлечен к судебной ответственности сотрудник оперсектора Жигарев. Он также сообщил, что лично он непосредственно участия в создании провокационных дел не принимал.
Проверкой также установлено, что т. Бежанов, находясь на ответственной работе в Германии, злоупотреблял своим служебным положением: пользуясь тем, что большое количество трофейного имущества не было взято на учет Советскими властями, в целях личного обогащения приобрел большое количество ценных вещей, а также незаконно брал ценности из имущества, подлежащего сдаче государству, и разными путями переправил их в г. Нальчик на свою квартиру.
Так, за короткий промежуток времени т. Бежановым было вывезено из Германии и обнаружено у него на квартире при обыске более 3 тысяч метров различных тканей, 8 столовых и чайных сервизов, состоящих из 1476 предметов, 315 антикварных изделий — статуэтки, вазы, 90 серебряных изделий, 22 меховых пальто и других изделий, 41 ковер и ковровых дорожек, 359 дамского белья, свыше 150 пар обуви, 323 пары дамских чулок, 60 дамских платьев, 17 мужских костюмов, 13 художественных картин, 6 радиоприемников и радиол, 4 аккордеона и другое имущество. Все это имущество было изъято при аресте Бежанова и сдано государству.
В своих объяснениях в КПК т. Бежанов пишет:
«В части моего обвинения в привозе из Германии большого количества вещей — я как на следствии, так и на суде не отрицал фактов и в настоящее время в Комитете Партийного Контроля вновь подтверждаю свою вину и даю суровую партийную оценку своим поступкам. Совершенно чистосердечно заявляю, что в этом вопросе поведение мое как коммуниста заслуживает самого сурового порицания».
Выводы: Таким образом, т. Бежанов виновен в том, что, работая начальником оперативного сектора МВД Федеральной земли Тюрингии (Германия), в период с июня 1945 г. по сентябрь 1946 года плохо осуществлял контроль за работой своих подчиненных в оперативно-следственной работе, следствием чего стали возможны факты грубейших нарушений социалистической законности, выразившиеся в необоснованных арестах лиц немецкой национальности, в применении к ним мер физического воздействия и заведомо искусственном создании дел по обвинению немецких граждан в преступлениях, направленных против Советской Армии.
Кроме того, он виновен в том, что, используя свое служебное положение, вывез из Германии в Москву такое большое количество ценных вещей, которое не требовалось для его семьи, что свидетельствует о его непартийном поведении в этом вопросе.
В связи с изложенным вношу предложение рассмотреть этот вопрос на Комитете Партийного Контроля при ЦК КПСС[1344].
Ответ[ственный] контролер КПК при ЦК КПСС
Судаков
РГАСПИ. Ф. 589. Оп. 3. Д. 8133. Л. 46–49. Заверенная копия.
№ 28. Письмо министра внутренних дел СССР С.Н. Круглова в Президиум ЦК КПСС о выделении органов государственной безопасности из МВД в самостоятельное ведомство. 4 февраля 1954 г.
4 февраля 1954 г.
№ 320/к
Совершенно секретно
В ПРЕЗИДИУМ ЦК КПСС
товарищу МАЛЕНКОВУ Г.М.
товарищу ХРУЩЕВУ Н.С.
Министерство внутренних дел СССР представляет предложения о выделении органов государственной безопасности из Министерства внутренних дел СССР.
Существующее организационное построение Министерства внутренних дел СССР и его органов громоздко и не в состоянии обеспечить должного уровня агентурно-оперативной работы в свете задач, поставленных перед советской разведкой Центральным Комитетом КПСС и Советским Правительством.
В целях создания необходимых условий для улучшения разведывательной и контрразведывательной работы считаем целесообразным выделить из Министерства внутренних дел СССР оперативно-чекистские управления и отделы и на их базе создать Комитет по делам государственной безопасности при Совете Министров СССР.
I.
В состав Комитета по делам государственной безопасности включить:
1) Главное управление по разведке в капиталистических странах
