class="p1">— Сейчас мне понадобится твоя помощь.
Тот с опаской посмотрел на собеседника.
— Ты собираешься делать то, что я думаю?
Дэймон радостно кивнул.
— А ты не боишься всеразрушающего гнева сеньора Грандеса?
— Конечно, нет, — презрительно скривился Дэймон. — Я еще женоподобных нарциссов не боялся. Тем более, в таком виде, он не опасен.
— Ладно, поверю на слово. Но, если что, я сразу сдаю, чья эта была идея, — выставил указательный палец Даниэль.
— Идёт.
Когда парни с усилием потащили Кристэриана в импровизированную комнату пыток, он совершенно не реагировал, продолжая безмятежно спать и не подозревая, какую участь ему приготовили друзья.
Самым тяжелым было опустить Кристэриана в воду, но подгоняемые желанием поиздеваться над товарищем, ребята справились и с этой не легкой задачей.
Едва почувствовав леденящую кровь, пронизывающий до костей холод, рыцарь с воплем попытался выскочить, но «сердобольный» Дэймон не дал ему этого сделать, погружая в воду до тех пор пока крики и ругательства Кристэриана не стали членораздельными и утратили эффект «заплетающегося языка».
Но стоило Дэймону отпустить своего пленника, как озверевший и окончательно протрезвевший Кристэриан выскочил из ванны и одним махом окунул туда с головой Дэймона. Затем взгляд растрепанного и все еще дрожащего от холода парня упал на медленно отходящего Даниэля.
— А ты куда собрался?!
Вид у Кристэриана был настолько разъяренный, что маг, забыв о запрете, выпустил в друга довольно сильный энергетический заряд, но полностью пришедший в себя рыцарь без труда увернулся, и заряд ударился в стену, разбив большую часть кафеля на ней.
Не успел Даниэль даже глазом моргнуть, как тоже оказался в злополучной ванне и, хотя воды там заметно поубавилось, парень все равно смог оценить на себе всю прелесть столь экстремально холодного купания.
Выбравшись, ребята стали орать друг на друга не своими голосами, обвиняя во всех смертных грехах.
Весь этот дикий шум разбудил троих спящих красавиц. Они в недоумении зашли в ванную, но, увидев незнакомцев, предпочли продемонстрировать свою врожденную застенчивость и, взвизгнув, убежали прочь.
Кристэриан в недоумении посмотрел им вслед.
— Кто это?
— Здравствуй, приехали! — поразился Даниэль. — Ты, вообще-то, с ними ночь провел, а может, и не одну.
— Серьезно? Ничего не помню, — потер шею Кристэриан.
— Пить надо меньше, — сердито посоветовал Дэймон, — А сейчас, бегом за вещами. Сегодня мы хотим выехать.
Кристэриан уныло побрел собираться. После того как он был полностью готов, маг поинтересовался, где находится звонок, чтобы вызвать дворецкого.
— Зачем он тебе? — удивился Кристэриан. — Хочешь выпить или быть может задержаться на часок-другой?
— Не суди по себе, — грубо отрезал Даниэль.
— Хочет-хочет, — уверенно подхватил Дэймон. — Я по глазам его блудливым вижу.
— Ой, ну, пошутил — я не могу! — еще больше рассердился Даниэль. — Как мы выйдем без него, можете сказать?
— Легко. Вас выведу я. — гордо сообщил Кристэриан, но его командир только иронично усмехнулся.
— Неужели? Еще полчаса назад ты даже на ноги встать не мог и мычал нечто непонятное, а сейчас знаешь, где выход в этом лабиринте? Что-то я в этом сомневаюсь.
— И очень зря, — хвастливо ответил Крис. — В отличие от вас, я не страдаю тяжелой формой склероза и прекрасно помню, как сюда шел.
— Ну-ну…
Но, несмотря на язвительные гримасы друзей, Кристэриан действительно без всяких видимых усилий вывел их к главному холлу. Перед самым выходом их окликнул дворецкий.
— Граф Грандес, а как же деньги?
Кристэриан небрежно махнул рукой.
— Расслабься, можешь не платить, для меня это было удовольствие, — заявил он и окончательно добил замершего от такой неземной наглости слугу, непринужденно добавив. — Там, кстати, в ванной, нужно будет провести небольшой ремонт. У вас вся плитка обсыпалась.
— Но… как…
— Не беспокойся, я за это не в обиде, — успокоил его Кристэриан. — Всякое бывает. Ладно, будь здоров!
Герои вышли из здания.
— Не перестаю поражаться твоей самонадеянности и неадекватности, — признался Даниэль. — Ты что, даже не расплатился?
— А зачем? Уверен, эти дамы и так остались довольны происходящим.
— Как знать, а вдруг ты ранил их чувства и растоптал детские мечты о прекрасном, — печально предположил Дэймон.
— Еще скажи — обесчестил — весело добавил Кристэриан.
Друзья расхохотались.
— Вспоминая ту «натуральную» блондинку необъятных размеров, думаю, что скорее, наоборот. — Даниэль был до сих пор под впечатлением от одной из ночных посетительниц друга.
— Это была мадам Мими и, между прочим, у нее очень тяжелая судьба — совершенно серьезно рассказал рыцарь — Вот только никак не могу понять, как она оказалась у меня в постели. Вроде бы, мы просто с ней сидели и общались. Она рассказывала о своей трагической жизни и все, больше я ничего не помню.
— Вероятно, ты по своей доброте душевной решил ее утешить, причем единственным известным тебе способом — предположил Дэймон — И, кстати, если это была мадам Мими, то о деньгах ты действительно мог не беспокоиться. Ты и так славно потрудился, мало кто бы решился на такой подвиг.
— Хочешь — верь, хочешь — не верь, а я считаю, что некрасивых женщин не бывает — искренне признался Кристэриан, но остальные, как всегда, расценили эти слова как лишний повод для издевки.
— Еще бы, учитывая, какое количество спиртного ты потребляешь — издал иронический смешок Даниэль — Даже не знаю, какой ты видишь Анну, если она и так привлекательна.
— Как оказалось, это ее единственное достоинство — обиженно процедил сквозь зубы рыцарь — Представляю, как она без меня развлекалась…
— Поверь мне, даже не представляешь. — усмехнувшись, слегка качнул головой темный эльф — Аннабель настолько распоясалась, что даже сожгла дерево Ирвина.
Дэймон всегда любил поиздеваться над проблемами друзей, а, вспоминая растерянные глаза хранительницы, смех начинал просто душить его.
— Сожгла дерево? — поразился Кристэриан — Каким это образом? Неужели Аннабель в мое отсутствие начала курить и забыла потушить сигарету?
— Почти. Не буду посвящать тебя в эту темную историю. Скажу только, что стрелок из Аннабель не самый удачный. В том смысле, что она попадает не туда, куда надо.
На губах рыцаря мелькнула горькая улыбка.
— С этим я согласиться не могу. Как минимум, один раз она попала точно в цель. Правда, результат оказался таким же разрушающим, как и в случае с деревом.
— Это тебя после борделя на такую романтическую чушь потянуло? — осведомился Дэймон, на корню убивая желание друга пожалеть самого себя из-за несчастной любви.
Скорчив недовольную гримасу, рыцарь ничего не сказал.
Герои потратили еще полдня на сборы, в течение которых Даниэлю пришлось выслушать многочисленные истерики Ирвина по поводу его драгоценного дерева и успокаивать его фразами вроде: «Родина вас не забудет, а я лично передам своим
