и позволяя ей глубже нырнуть в таинства возвышения. Она уже давно была на пике этапа конденсации звезд. Правда, разрешения на прорыв к ядру у нее не было. Да и она сама не планировала спешить, как и рисковать, прорываясь без разрешения. Зачем? Если сейчас можно заложить прекрасную базу для дальнейшего возвышения и продолжить наращивать силу.
Да и излишне нервировать совет не стоило. На нее и так смотрели косо за выбранный кровавый путь, хоть таких, как она в совете и было немало. Высшие исконно практиковали «темные таинства». И даже возможность поглощать силу из чистых артефактов, не изменила этих небольших слабостей у некоторых.
Глупцы считали красные кристаллы чем-то вроде мусора, что сводят с ума? Слабаков и глупцов, да. Они лишали тех рассудка. Но Елена давно перешагнула этот этап, строго контролируя все свои действия, мысли и эмоции. И кровавый путь чем дальше, тем больше открывал возможностей и тонких граней, что в чем-то даже превосходили «чистый путь».
Порождаемые осколками душ эмоции можно было пережигать, направляя в нужное русло, в развитие. Откат от этих осколков при длительном использовании был даже слабее, чем у обычных наград. А еще они куда лучше подходили для развития тела и культивации стихии крови, на путь которой она и встала.
Сила. Только сила имела значение. Личная, или та которую она набирала, плетя интриги и лавируя в политике нового, изменившегося мира, не брезгуя никакими средствами.
Глава 5
Когда вас снова прерывают
Место действия: Паутина миров
Время действия: 21 июня 2060 года
Пальцы касались посоха звука, передавая в него ци через множество открытых недавно звезд, в попытке ощутить ту стихию, чтобы была сокрыта внутри артефакта. Я ее ощущал. Где-то там, глубоко. И считал, что она может стать ключом к моему возвышению, к преодолению барьера в развитии, в который я уткнулся.
Да, внутри меня сейчас пылали ровно сто шестьдесят звезд. Позавчера и вчера я плотно занялся их открытием, понимая, что хоть могу и не спешить, но пути по которым меня может отправить небесный закон сложно предугадать, а потому сильнее становиться все же надо.
За два дня я открыл пятьдесят одну звезду, о чем сейчас вспоминал с содроганием. Работа была проведена колоссальная, в первую очередь не по количеству, а по сложности. Теперь в каждом моем ребре, кроме нижних, колеблющихся, сияло по три звезды, а не по одной или две. И все они создавали замкнутые контуры, превращая мою грудную клетку в один огромный резонатор.
Для этого пришлось досоздавать узлы и в грудине, увеличивая их число с трех до шести. Но самой адской и откровенно опасной работой было создавать звезды в позвонках. Ведь узлы в ребрах должны были получать себе подпитку из телесных рек. Вот и выходило, что каждый позвонок грудного отдела, от первого до десятого, должен был иметь свою звезду. Этот шаг, звезда в каждом позвонке, был неизбежен для практиков, кто стремился к настоящей силе. Но все равно он был чудовищно опасен, ведь расстояние между звездами там было просто микроскопическим, превращая каждый шаг в адское испытание за свою жизнь. И все же я справился. Как и открыл еще пять звезд в голове.
Вот только даже они уже особо не радовали, ведь я, наконец-таки, застрял на своем первом реальном барьере в развитии. И это напрягало меня даже больше, чем то, что на пятьдесят звезд я истратил восемь сотен капель силы. Я застрял в стихии…
В перерывах между зажиганием узлов, а я естественно открывал их не махом, сотни и сотни осколков просветления были потрачены на попытку познать звук и пожирание. Я напрягал разум, тело, превращал все вокруг в мелкое крошево потоками вибраций, я долго медитировал, честно исполняя все предписания своего учения, правда и понимая, что пара дней это абсолютно не тот срок, за который чего-то можно было достичь. Но все, чего я добился, так это
Этот идущий смог познать следующую ступень концепта «стихия пожирания» (постижение: коснувшийся(1)) (ступень: 77)
Того, что пожирание шагнуло на еще одну ступень, также намертво замерев перед переходом на второй этап. И это ценой того, что я чуть не сжег себе меридианы, пытаясь вытянуть ци из камней второго этапа. Звук же и вовсе оставался на шестой ступени второго этапа, не реагируя ни на что.
Конечно, я мог уже зажраться, ведь мое текущее познание считалось просто отличным как для этапа звезд, так и даже для этапа ядра. Но я-то хотел прорваться дальше! На уровень Познавшего! Мои воспоминания слепило блеском яркого света Баренцова. И я хотел овладеть такой же мощью. Мощью, что позволит вывести на новый уровень и качество открываемых мной звезд. Пока что безрезультатно.
— ЫЫЫЫУ! — Приоткрыл я глаз, чтобы посмотреть на нарушителя спокойствия. Вокруг меня густые заросли на десятки метров были переломаны звуком и даже сожжены посохом огня. Использовать бесценный артефакт и десяток капель, чтобы просто сделать себе место под новую стоянку? Мы могли себе это позволить. Ведь с моей подачки, да и Нелл загорелась идеей, мы решили, наконец, добраться до того портала в конце долины. Охота нас пока что не интересовала от слова совсем. Это казалось чем-то сродни собиранию мусора на улице, когда у тебя в рюкзаке не потраченный миллион юнитов. Но на будущее мы хотели найти богатые места.
Четверка халифатских дронов и восемь ласточек, вкупе с одним коршуном, выдавали тягу, которой хватало едва-едва, чтобы меня куда-то унести. Но выдавали. Нелл же пряталась в кольце на время пары перелетов, что мы совершали утром, потом снова садясь медитировать. Ведь хоть утаскивать с собой кольцо в кувшин духов она и научилась, но вот с доспехом туда уже не помещалась. Я было один раз пошутил, что она потолстела, теперь не влезая в домик. Но та осталась индифферентна к подначке.
Тепловым зрением я сразу же заметил довольно теплое пятно, извивающееся на границе выжженной растительности. Правда почему хищный сом, похожий уже скорее на тритона, но все равно земноводный, светился, я плохо понимал. Впрочем, кто мешал ему стать теплокровным в результате возвышения?
Нелл тоже на добычу уже не смотрела, предпочитая не отвлекаться, да и сейчас она сидела в кувшине. А вот ее пауки… Эти твари стали больше, опаснее, приобрели специализацию. Нескольким она скормила стихиальные капли пожирания и яда. Так что четырехметровое земноводное
