маги вне закона. Весело, ничего не скажешь.
Но теперь я хотя бы знал, с кем имею дело, а значит, смогу придумать, как с ними бороться.
Российская империя, город Новосибирск, усадьба рода Серебровых
— Дмитрий Игоревич, добрый день. Это Горохов, «Лаб-Снаб».
Дмитрий отложил бумаги. Пётр Николаевич Горохов — владелец компании, которая поставляла им лабораторные расходники для «Аргентума». Надёжный партнёр.
— Пётр Николаевич, рад слышать. Что-то случилось?
Горохов ответил не сразу. Дмитрий сразу почувствовал неладное — Пётр Николаевич всегда был прямым человеком, не склонным к долгим предисловиям.
— Дмитрий Игоревич, я… Мне очень неприятно это говорить. Но я вынужден разорвать наш контракт.
— Что? Почему? — Дмитрий выпрямился в кресле.
— Не могу объяснить. Просто так надо.
— Что значит «так надо»? Пётр Николаевич, мы с вами не в игрушки играем, у нас контракт. Вы ни разу не подводили, мы ни разу не задерживали оплату. Что происходит? — в голосе Дмитрия неожиданно для него самого появились стальные нотки.
Снова пауза. Потом Горохов заговорил тише, почти шёпотом:
— Мне… скажем так, порекомендовали прекратить сотрудничество с вашим родом.
— Не понимаю. Кто порекомендовал?
— Простите, Дмитрий Игоревич. Я бы рад продолжить работу, вы хороший клиент. Но… у меня семья. Бизнес. Я не могу рисковать, — не отвечая на вопрос, оправдывался Пётр Николаевич.
— Вам угрожают?
— Не прямо. Но достаточно ясно дали понять, что будет, если я не послушаюсь. Ещё раз простите. Надеюсь, вы понимаете.
— Понимаю. Это из столицы? Граф Белозёров?
— Не могу сказать, — вздохнул Горохов.
— Послушайте, Пётр Николаевич, позвольте нам помочь. У нас хорошие юристы, мы можем предоставить вашей семье охрану…
— Не нужно, пожалуйста. Удачи вам, Дмитрий Игоревич, — собеседник сбросил звонок.
Дмитрий положил телефон на стол и несколько секунд просто сидел, глядя в пустоту. Потом открыл список контактов и набрал номер «Химпрома» — второго крупного поставщика расходников в регионе.
— Добрый день, это граф Дмитрий Серебров. Соедините меня с директором.
Секретарша замялась.
— Одну минуту… К сожалению, Андрей Васильевич сейчас занят.
— Это срочно.
— Я передам, но… Ваше сиятельство, если честно… Алексей Васильевич просил передать, что в ближайшее время не сможет с вами сотрудничать.
— Он так и сказал? — нахмурился Дмитрий.
— Да. Извините.
Дмитрий отключился, не прощаясь. Позвонил третьему, последнему крупному поставщику лабораторного оборудования и услышал то же самое. Им настойчиво рекомендовали не сотрудничать с «Аргентумом» и обещали большие проблемы, если рекомендация не будет выполнена.
Дмитрий откинулся в кресле и потёр виски.
Три крупнейших поставщика в регионе. Все три отказались работать с Серебровыми.
Мелкие поставщики не смогут покрыть нужды завода. У них просто нет таких объёмов. А без реагентов, колб, фильтров, и прочего производство встанет.
Это уже не мелкие уколы. Это серьёзная, продуманная атака на бизнес.
Столичные. Больше некому. Белозёров и его люди решили задавить Серебровых экономически.
Дмитрий достал телефон и набрал номер сына.
Российская империя, город Санкт-Петербург, гостиница «Астория»
Я стоял перед зеркалом и завязывал галстук, когда раздался звонок от Дмитрия. Я включил громкую связь.
— Слушаю?
— Юра, у нас проблемы, — по голосу я сразу понял, что проблемы серьёзные. Дмитрий не склонен к драматизму.
— Рассказывай, — произнёс я, закончив с галстуком.
Он изложил ситуацию.
Я слушал, глядя в окно на вечерний Петербург. Огни фонарей отражались в мокром асфальте. Красивый город. Город, где мои враги чувствуют себя хозяевами.
— Это Белозёров, — сказал я, когда Дмитрий закончил.
— Я тоже так думаю. Больше, наверное, и некому. Что будем делать?
Я ненадолго задумался и ответил:
— Во-первых, ищи поставщиков за пределами региона. Из-за доставки расходники обойдутся нам дороже, но это лучше, чем ничего. Обеспечь охрану, лучше всего наших гвардейцев. Или поговори с Курбатовыми — они часто предоставляют свою гвардию как частную военную компанию. Во-вторых, свяжись с Некрасовым — пусть оформит несколько подставных фирм. Будем закупать через них, чтобы не спалиться с объёмами.
— А если и там давить начнут? — осторожно спросил Дмитрий.
— Не успеют. Столичные влиятельны, но не всемогущи. За пределами своего региона их возможности ограничены, — уверенно произнёс я.
Дмитрий тяжело вздохнул.
— Юра, может, стоит как-то с ними договориться? Ты ведь сам говорил — они хотят, чтобы мы работали с субсидиями по их схеме. Если согласимся…
— Нет.
— Но…
— Нет, отец. Если мы прогнёмся сейчас — они будут давить дальше. Единственный способ — показать, что нас не сломить. Да и о чём вообще речь? Ты хочешь воровать государственные деньги и отказывать нуждающимся в лечении?
— Ты прав, сын. Конечно, я не хочу ничего подобного, просто… не хочется ввязываться в очередную войну. Тем более сейчас, — сказал Дмитрий, наверняка имея в виду, что Татьяна беременна.
— Мне тоже не хочется. Но выбора у нас нет.
— Надеюсь, они поймут, что нас не продавить и получится договориться.
— Надеюсь. Созвонимся, — сказал я.
Сбросил звонок и посмотрел на часы. Через полтора часа начинается приём у Баума. Белозёров как раз будет там — князь обещал его пригласить.
Что ж, пора увидеться лично.
Глава 6
Российская империя, город Санкт-Петербург, особняк князя Баума
В каждом окне особняка ярко горел свет. У парадного входа выстроилась небольшая пробка из дорогих автомобилей, в которой пришлось постоять и нам.
Лакеи в ливреях помогали гостям подниматься по мраморным ступеням. Музыка доносилась даже сюда, на улицу — негромкая, изысканная, под стать обстановке.
Я вышел из машины и одёрнул пиджак. На мне был тёмно-синий смокинг с чёрными лацканами. Портной, когда подгонял его под мою фигуру, клялся, что это последний писк петербургской моды. Надеюсь, не соврал.
Роман пожелал мне удачи и поехал на парковку. Брать с собой охрану считалось дурным тоном, даже оскорблением для хозяина дома. Подразумевалось, что организатор вечера должен обеспечить безопасность каждого гостя.
— Граф Серебров, добро пожаловать! — Баум заметил меня ещё у входа и поспешил навстречу.
Мы обменялись рукопожатием. Князь находился в превосходном расположении духа.
— Пойдёмте, представлю вас гостям! Многие уже наслышаны о вас и горят желанием познакомиться лично.
Он взял меня под руку и повёл в главный зал.
Мой первый официальный выход в свет в статусе графа. И я сразу почувствовал разницу.
Взгляды. Десятки взглядов — заинтересованных и любопытных, подозрительных и настороженных. Люди провожали меня
