чужими, вместо собственных по-мужски крупных кистей Марина Николаевна видела небольшие дамские ручки с изящными, пусть и пухлыми пальчиками с недешевым маникюром, ухоженные, явно никогда не знавшие домашней работы.
Теперь уж она не выдержала, откинула розовое атласное одеяло и вскочила. Тело ощущалось тоже как-то странно, и Марина Николаевна подошла к роскошному трюмо в другом углу комнаты, посмотрела на себя в зеркало… и осела на пуфик.
Отражение очень походило на нее: большие карие глаза чуть навыкате, широкий рот, скулы тоже широкие, цвет волос и прическа (насколько можно было судить спросонья) тоже почти такие же. Только Марина Николаевна была на две головы выше (от чего страдала в юности, не имея возможности носить каблуки) и заметно стройнее. Хотя, подумала она, повертевшись перед зеркалом, ей ведь всегда хотелось иметь бюст! Вот, получила. А пресс можно подкачать, не настолько там много жира…
«О чем я думаю?! — спохватилась она. — Какой бюст?! Какой пресс? Где я и почему я — не я?!»
И тут она вспомнила такую модную у молодежи тему о «попаданцах»: какой-нибудь студент-неудачник или отставной военный неожиданно перемещался в иной мир, неважно, волшебный или с уклоном в научную фантастику, где становился непревзойденным бойцом, любовником и волшебником!
Волшебником… Мысль словно споткнулась обо что-то, и в голове всплыло: «Министерство магии. Отдел магического правопорядка».
«Я сошла с ума», — подумала Марина Николаевна.
Тут она вспомнила несколько книжек, которые перелистала, чтобы знать, чем именно увлекается племянница и ее сверстники. Так вот, обычно попаданцы либо перемещались в чужой мир в собственном теле, но быстро обретали всевозможные бонусы в виде магических способностей, либо вселялись в кого-то покрасивее…
— Нет, милочка, на красавицу ты по-прежнему не тянешь, — вздохнула Марина Николаевна.
— Что есть, то есть, — философски отозвалось зеркало. — Что это вы, хозяйка, среди ночи прихорашиваться взялись? У вас же отпуск.
— Не спится, — ответила она, решив ничему не удивляться. Вполне вероятно, она сейчас едет в фургоне скорой психиатрической помощи или уже лежит в палате.
— Зря. От недосыпа цвет лица портится, — крякнуло зеркало. — И розовый цвет не спасет. Я вам сколько раз говорило, он только подчеркивает недостатки! И старит вас… Уж послушали бы старого специалиста!
— Мы непременно обсудим это, только утром, — заверила Марина Николаевна и отошла к окну, чтобы выглянуть наружу.
Снаружи было темно, но обычно несколько окон точно светятся, виден свет и на лестничных пролетах. Но нет! Только тусклый уличный фонарь еле-еле коптил внизу.
«Если здесь есть волшебное зеркало и я смогла зажечь свет, значит… значит, я действительно попала, — с неожиданным хладнокровием подумала Марина Николаевна. — В волшебный мир. Лучше бы уж в техногенный! Наверно, на кнопки нажимать проще, чем колдовать, привычнее, во всяком случае…»
Впадать в панику она не собиралась, это противоречило ее натуре. Если она внезапно сошла с ума, то ее с большой долей вероятности вылечат. А нет — тогда она останется в мире грёз, где пока было достаточно уютно. Ну а если перемещение в самом деле состоялось, тогда и вовсе нет смысла бить кулаками по стене и просить вернуть тебя назад. Родители волноваться не станут, их давно нет, как и тети, двоюродная сестра живет за тридевять земель, пишет раз в полгода, племянница — тем более. Тишка умер, а единственный кактус… ну, может, продержится, пока квартиру не вскроют, а это рано или поздно произойдет, если Марина Николаевна несколько дней не появится на работе и не будет отвечать на звонки. А там, глядишь, соседка его заберет, она растения любит…
Она посмотрела на то, что приняла за карандаш. Это была палочка, не очень длинная, из светлого дерева. Очевидно, волшебная, раз уж с ее помощью удалось зажечь свет! Только как его погасить?
— Нокс, — само явилось слово, и стало темно.
«Восхитительно, — подумала Марина Николаевна. — Значит, колдовать я умею. Выяснить бы еще, кто я такая! Ведь зеркало меня узнало, значит, я не очень отличаюсь от прежней хозяйки. Я попала в ее тело? А куда ее память подевалась? Ну, напрягись! Как тебя зовут?»
Тут ее осенило, она снова зажгла волшебный огонек и принялась осматриваться. Так, трюмо, старомодный комод… А в соседней комнате что?
Там она обнаружила то, что искала — массивный письменный стол. Корреспонденция была разложена аккуратными стопками по датам — входящие, исходящие, — что сразу понравилось Марине Николаевне.
«Читать чужие письма нехорошо, — подумала она, сев в удобное кресло, сразу подладившееся под ее фигуру и вроде бы даже заурчавшее, — но теперь они, по сути, мои?»
Она взяла верхний конверт с солидной сургучной печатью (уже взломанной), глубоко вздохнула и вынула из него лист плотной желтоватой бумаги (или это и не бумага вовсе?), на котором витиеватым старомодным почерком был выведен приказ о назначении старшего заместителя министра магии на должность Генерального инспектора, а также преподавателя защиты от Темных искусств, по совместительству.
— Вот так карьера… — слабым голосом выговорила Марина Николаевна и посмотрела все-таки на имя, которое ей предстояло носить. И осознала, что приказ написан на английском, а год на дворе — 1995-й.
И зовут ее теперь Долорес Джейн Амбридж.
Могло быть и хуже.
∗
«Дорогая Долорес, — говорилось в другом письме, уже не официальном, — учитывая то, какую важную миссию вам придется выполнять в Хогвартсе, я полагаю, вам действительно следует отдохнуть, набраться сил и как следует подготовиться к новому учебному году. Ваше прошение об отпуске удовлетворено. Искренне ваш, Корнелиус Фадж».
— Да. Вот уж в чем, а в переписке с министрами никогда замечена не была, — сказала себе Марина Николаевна и зарылась в письма, чтобы выяснить, в чем же состоит эта важная миссия в школе чародейства и волшебства, каковой являлся Хогвартс!
Ага, вот и газета…
«Вчера вечером Министерство магии приняло неожиданную меру, издав декрет, предоставляющий ему беспрецедентный контроль над Школой чародейства и волшебства Хогвартс.
«В последнее время министр с растущим беспокойством следил за деятельностью Хогвартса, — сообщил нам младший помощник министра Перси Уизли. — Нынешнее решение принято в связи с озабоченностью родителей, считающих, что школа движется в нежелательном направлении».
За последнее время это не первый случай, когда министр Корнелиус Фадж использует новые законы для совершенствования образовательного процесса в Школе волшебства. Не далее как 30 июля был принят Декрет об образовании № 22, согласно которому в случае, если нынешний директор не в состоянии подыскать кандидата на преподавательскую должность, Министерство само подберёт подходящего человека.
«Именно так и получила назначение в Хогвартс профессор Амбридж, — заявил вчера вечером Уизли. — Дамблдор
![Кира Измайлова - С феями шутки плохи [litres]](/uploads/posts/books/41625/41625.jpg)
