никого не нашёл, и в результате министр назначил Амбридж. Выбор чрезвычайно удачный. Коренным образом изменится обучение защите от Тёмных искусств, а кроме того, министр будет обеспечен текущей информацией о том, что на самом деле происходит в Хогвартсе».
— То есть мне вменяется в обязанности стучать на коллег, — заключила Марина Николаевна. — Очевидно, место популярное, раз желающих не нашлось!
Она вернулась к газете.
«Этой последней функции Министерство придало официальный характер своим Декретом об образовании № 23, учреждающим должность Генерального инспектора Хогвартса.
«Это очередной решительный шаг министра в его стремлении остановить то, что многие считают упадком Хогвартса, — заявил Уизли. — Инспектор уполномочен инспектировать работу коллег-преподавателей, с тем чтобы поддерживался высокий уровень учебного процесса. Этот пост был предложен профессору Амбридж в дополнение к её преподавательским обязанностям, и мы рады, что она согласилась».
Родители учеников Хогвартса восприняли этот шаг с энтузиазмом.
«Узнав, что деятельность Дамблдора поставлена под объективный контроль, я испытал большое облегчение, — заявил вчера вечером в своём уилтширском особняке мистер Люциус Малфой. — В последние годы те из нас, кому небезразличны судьбы детей, были обеспокоены отдельными эксцентричными решениями Дамблдора, и мы рады услышать, что Министерство намерено отслеживать ситуацию в школе».
К числу этих эксцентричных решений, безусловно, относятся спорные кадровые назначения, о которых уже писала газета; так, были зачислены в штат оборотень Ремус Люпин, полувеликан Рубеус Хагрид и страдающий паранойей бывший мракоборец «Грозный Глаз» Грюм».
— Да что тут за зоопарк такой? — пробормотала Марина Николаевна, но все-таки дочитала:
«Широко распространены слухи, что Альбус Дамблдор, в прошлом глава Визенгамота и президент Международной конфедерации магов, уже не в состоянии выполнять обязанности руководителя престижной школы Хогвартс.
«Считаю, что назначение Генерального инспектора первый шаг к тому чтобы Хогвартс получил директора, которому мы можем полностью доверять», — заявил вчера вечером осведомлённый сотрудник Министерства».
— Час от часу не легче! — Марина Николаевна в сердцах отшвырнула газету. — И что прикажете со всем этим делать? Ладно… сперва попробуем понять, что вообще тут творится.
По счастью, Долорес хранила свою корреспонденцию в идеальном порядке, и вскоре Марине Николаевне удалось более-менее вникнуть в суть происходящего. Ее даже не удивляло, что она спокойно читает на английском (причем достаточно архаичном), хотя помнит его неважно: преподавала-то французский — до тех пор, пока не поняла, что с нее хватит, и не устроилась через знакомых в администрацию. И дослужилась на текущий момент до помощника заместителя главы администрации городского районного отдела образования. Не министерство, конечно, но, если Марина Николаевна верно поняла, то этих вот волшебников было так мало, что лучшая британская школа вмещала примерно столько же учеников, сколько обычная районная в ее городе. И это только семь классов… то есть курсов, а не одиннадцать! Да и классы небольшие…
— Ничего, — сказала она себе, — если ты на практике в институте пережила пятые классы, то и теперь справишься. Знать бы еще, что это за защита такая… И как вообще учат в этой школе!
«Как там в книжках было? — попыталась припомнить Марина Николаевна. — Если кто-то попадает в чужое тело, то получает его умения. Это вроде бы имеется, свет, например, — Долорес явно делала всё машинально, это память тела. А вот как быть с обычной памятью? Я же не знаю, как всё это работает! Ау, Долорес!»
Та не отозвалась.
«Долорес Джейн Амбридж, — мысленно отчеканила Марина Николаевна самым жестким тоном, на какой только была способна, и зачем-то поднесла волшебную палочку к виску, будто стреляться собиралась, — немедленно к доске!»
На этот раз получилось. Конечно, сама Долорес не явилась, но перед Мариной Николаевной открылись… вернее, разверзлись такие бездны ада, что она еще некоторое время после «сеанса связи» хватала ртом воздух, пытаясь прийти в себя.
Долорес Амбридж была карьеристкой самого гнусного пошиба, из тех, о ком говорят — без мыла в задницу влезет, по головам пойдет и ни перед чем не остановится ради своей цели. Полукровка (так тут называли детей волшебников и обычных людей), но амбициозная до крайности, она презирала отца, бывшего кем-то вроде технического работника в том же Министерстве. (Тут Марина Николаевна припомнила начальника отдела технического обеспечения у себя на службе и содрогнулась.) Мать и брата-сквиба (этот уродился не волшебником) Долорес вообще предпочла забыть навсегда, когда те вернулись в обычный мир. Ну а окончив школу, двинулась вверх по карьерной лестнице с невероятным упорством: придя в Министерство на должность младшего стажера в Секторе борьбы с неправомерным использованием магии, еще до тридцатого юбилея она стала главой отдела, а потом перешла в куда более престижный Отдел магического правопорядка, тоже начальником. А там уж рукой было подать до должности заместителя министра и места в судебном составе Визенгамота (что-то вроде Верховного суда, видимо)…
— Неплохая карьера в твои годы, Долли, — вслух произнесла Марина Николаевна, подсчитав, что эта дамочка моложе ее лет на пять. Правда, выглядела она, судя по фотографиям, намного хуже. — Выходит, нас… перемешало, что ли? Память твоя при мне, а тело… серединка на половинку. А если тебя выкинуло ко мне…
И тут она захохотала во весь голос, вспомнив, что послезавтра грядет министерская проверка, а отчет еще и наполовину не готов! И когда Долорес столкнется с гневом Анны Владиславовны, начальницы РОНО, здешний министр покажется ей котеночком, вроде этого вот, с фарфоровой тарелочки! Ну, это если раньше Долорес не упекут в психбольницу: оказаться в окружении одних только простых людей, не волшебников, без палочки — серьезный стресс! А кругом еще снуют автомобили, самолеты над головой гудят, телефоны трезвонят…
«А может, и вывернется, — подумала Марина Николаевна. — Такие умеют приспосабливаться… Если моя память тоже при ней, то сообразит! Больничный возьмет, например, отсидится, а потом… потом узнает много нового и интересного об отчетности, методической работе, повышении квалификации и так далее. И если сумеет вписаться в коллектив и подмять его под себя… не завидую Анне Владиславовне и остальным! Боюсь, как бы через пару лет она там не заняла министерское кресло…»
— Ладно, — сказала она вслух, — судя по всему, Долли, ты та еще сука, похуже моего начальства, и репутация у тебя соответствующая. Посмотрим, что можно из этого выжать! Сколько у нас там отпуска?
Министр был щедр — почти целый месяц! Впрочем, возможно, он просто не желал видеть Амбридж слишком часто…
«Как говорится, за ночь перед экзаменом можно выучить китайский, — подумала Марина Николаевна и вернулась в спальню. — А за месяц… Я успею вникнуть в курс дел!»
![Кира Измайлова - С феями шутки плохи [litres]](/uploads/posts/books/41625/41625.jpg)
