Избранное - Кира Алиевна Измайлова

как понял — без иностранного языка («простите, Марина Николавна!») в чужом мире прожить можно, а вот без простейших знаний по естественным наукам — уже вряд ли. Да и историю неплохо бы знать, а то так вот вляпаешься… Тут кто-то добавил, что неплохо бы и руками что-то уметь делать, шить там или хоть дрова колоть, потому как никому не известного «изобретателя» могут и на костре спалить за колдовство, и дискуссия разгорелась с новой силой.

К сожалению, сейчас Марине Николаевне могла пригодиться разве что история. И то новейшая. Ну и педагогика с психологией, куда же без них…

— Директор обещал открыть для вас камин, — продолжал министр.

— Я бы предпочла поехать на поезде, — сказала Марина Николаевна, и Фадж вытаращился на нее.

— Но зачем?! Целый день пути…

— Я хочу посмотреть, как старосты справляются со своими обязанностями, — пояснила она, по-прежнему пребывая в ужасе от того, что целый поезд с несовершеннолетними детьми больше восьми часов остается без пригляда взрослых.

Машинист с помощником и пожилая ведьма-продавщица — это хорошо, но первые двое не могут оставить кабину, а внимания одной женщины, как ни была бы она опытна, не хватит на три сотни человек! А старосты — такие же ученики. Вдобавок, если Марина Николаевна верно поняла, факультеты враждуют, так что объективного поведения от старост ждать не приходится.

Да, она помнила об отличиях системы воспитания, о том, что у англичан такое в порядке вещей, а еще о том, что поезд вроде бы заколдован, чтобы никто не выпал на ходу, но… Взять происшествие пару лет назад — дементоры осматривали поезд! Ведь чудом никто не пострадал, но и то, наверно, многим снились кошмары. Это ведь даже не таможенники, которые бесцеремонно выворачивают сумки и обыскивают карманы, а инфернальные твари…

«Ты чересчур идеалистична, — говорила ей дипломная руководительница, — в школе тебя сожрут, не дети, так коллеги».

Не сожрали, Марина Николаевна сама ушла, поняв, что на борьбу с бюрократией уходит больше времени, чем на преподавание. И сама стала винтиком этой самой бюрократической системы, такая вот ирония судьбы! А куда было деваться с ее образованием? Переводчиков пруд пруди, и уж не школьного уровня, репетиторов тоже…

И вот — очередная попытка. А вдруг получится? Но тут… Марина Николаевна взялась за голову, когда попыталась разобраться. Ни единой системы, ни методики преподавания, ни общей программы, каждый учит, во что горазд! По той же защите преподаватели меняются, что ни год, у каждого свой учебник, никакого плана. Ну куда это годится?

— Хорошая идея! — сказал Фадж, подумав. — Поезжайте. Присмотритесь повнимательнее, кто там заводилы, на кого следует обратить особое внимание! Особое внимание, вы понимаете?

— Разумеется, сэр, — учтиво ответила Марина Николаевна.

Да, она уже поняла, за кем нужно присматривать.

Именно после суда над ним она и оказалась здесь. Оставалось надеяться, что настоящей Амбридж сейчас еще веселее!

∗

Оказавшись в поезде, Марина Николаевна поняла, что всё намного хуже, чем может показаться с первого взгляда.

Пройдя по вагонам от хвоста экспресса до головного вагона, где располагались старосты, она застала там ссору в полном разгаре: разумеется, у ребят галстуки разных факультетов… Что не поделили, не вполне ясно, но к согласию прийти явно не смогут.

— Кхе-кхе, — негромко, но отчетливо произнесла она, постучав по дверному косяку: имелся в арсенале Амбридж такой характерный кашель, звучавший довольно противно, но действенный. — Позвольте поинтересоваться, что за шум, а драки нет?

— Сейчас будет! — ответил рослый рыжий парень в ало-золотом галстуке. — И вообще это не ваше дело!

— Извольте разговаривать вежливо с вашим новым преподавателем, мистер… — Марина Николаевна сделала выразительную паузу.

— Уизли. Рон Уизли, — нехотя ответил тот.

— Замечательно. Я вас запомню, — пообещала она. — Остальные старосты — извольте представиться.

— Гермиона Грейнджер, — сказала кудрявая симпатичная девочка, с виду — типичная отличница. Странно, что она угодила в напарницы к такому типу.

— Драко Малфой, мадам, — вежливо произнес белобрысый парень, глядя с явным удивлением. Ах да, он же знает Амбридж! — А это Панси Паркинсон.

— Эрни Макмиллан.

— Ханна Эббот.

— Падма Патил.

— Энтони Голдстейн.

Представились и остальные, и Марина Николаевна постаралась запомнить всех с первого раза, ну да это не сорок впервые увиденных учеников! Больше всего ее интересовали пятикурсники — именно на пятый курс перешел знаменитый мальчик-который-выжил, головная боль всего магического мира.

— Думаю, некоторые из вас знают меня, — произнесла она, дождавшись тишины. — Мое имя Долорес Амбридж, заместитель министра. В этом году я исполняю роль Генерального инспектора Хогвартса, а также стану вашим новым преподавателем Защиты от темных искусств.

Мертвая тишина была ей ответом, только Малфой с Паркинсон довольно заулыбались. Ну да, слизеринцам бояться особенно нечего… как они полагают.

— А теперь к делу, — Марина Николаевна решительно вошла в купе и остановилась над Макмилланом. Тот поспешно вскочил, освободив ей место. — Во-первых, я вижу старост пятых, шестых и седьмых курсов. А где старосты школы?

— Э… они патрулируют поезд, мэм, — подала голос Патил, похожая на индианку девушка.

— А, значит, поцелуи в тамбуре теперь так называются, — кивнула Марина Николаевна. — Замечательно. Почему же вы все здесь, а не следуете их примеру… кхе-кхе… в патрулировании поезда? В прямом смысле слова, мистер Уизли, хихикать будете дома!

— Ну мы… это… поочередно, — выдавил Гольдстейн.

— Еще более замечательно. Может мне кто-нибудь перечислить обязанности старост? Нет-нет, старшие, молчите, я хочу послушать пятый курс. Вот вас, Уизли.

— Это… следить за дисциплиной. В школе — не допускать колдовства в коридорах и смотреть, чтобы вечером никто не бродил после отбоя.

— Что ж, более-менее внятно, — кивнула Марина Николаевна. — Еще что-то?

— Мы можем конфисковывать волшебные предметы, запрещенные для использования в школе, — выпалила Грейнджер. — И снимать баллы за нарушение дисциплины, но только с учеников своего факультета.

Судя по выражению лица Малфоя, это его очень огорчало.

— Еще что-нибудь?

— Мы должны сопровождать первокурсников по гостиным и сообщать им пароли, — добавила Патил.

— Итак, основная задача старост — следить за дисциплиной, — подытожила Марина Николаевна. — И, насколько я вижу, вы с ней откровенно не справляетесь. Поэтому извольте немедленно прекратить посиделки и отправиться патрулировать поезд! Надеюсь, ваших сил и авторитета будет достаточно для того, чтобы пресечь драку в третьем вагоне… думаю, она еще не закончилась, а если закончилась, подлечите участников и запишите их имена. Успокойте и подбодрите детей, которые едут в первый раз, кое-кто уже плачет.

Эббот и Патил закивали, глядя на нее со странным выражением на лицах.

— Также вам следует убрать какое-то вонючее болото в коридоре второго, отклеить второкурсника от потолка, вставить выбитое окно в коридоре, прибрать в сортире,