26. День Насекомых
Алина
Экран вспыхивает. Включается запись. Снятая прямо из глаз робота. Я сразу узнаю угол обзора: оптика серии LX, широкоформатная, с усилителем света.
И первое, что видно — небо цвета ржавчины. Система Орикс. Меня уже выворачивает изнутри.
— Увеличь, Рорк, — хрипло произносит Теринн.
Кадр распахивается, захватывая больше пространства. И я вижу людей. Много. Толпа гражданских — женщины, старики, двое детей держатся за руки. Они бегут. Кто-то падает. Кто-то поднимается. Кто-то уже не может.
А следом за ними вереницей идут роботы LX-серии. Такие же, как Орфей.
Только не один… а сотни. Гонят мирных жителей. Безжалостно. Чётко. Без эмоций.
— Нет… — шепчу. Руки и ноги становятся ватными.
Запись продолжается. Роботы дают первый залп. Пули рвут стены домов, людей разрывает как тряпичных кукол. Кровь на камере — яркая, красная, липкая.
Запись обрывается. Но тут не один такой файл.
— Продолжай, Рорк, — глухо выдыхает Теринн.
Я хочу попросить остановить, но знаю, что должна увидеть. Теперь улица города. Снято с дрона типа Ки, с высоты. Дома полыхают. В дыму видны силуэты роботов, которые заходят в дома и стреляют внутрь, даже не глядя.
Тела горожан устилают улицы, те дети… лежат вместе, будто они пытались спрятаться друг за друга. Меня выворачивает. Я хватаюсь за край стола, чтобы не упасть.
На третьем видео то же. Жестокая расправа над беззащитными гражданскими. Внизу экрана пишется дата и название «Операция «День Насекомых».
— Нет… нет, нет… — я качаю головой. — Это не может быть правдой…
Но архив не врет. Заканчиваются видео, Рорк открывает документы. Приказы. Прямые командные цепочки. Уничтожение инфраструктурных объектов, геноцид гражданских. И самый ужасный приказ — снять поведенческие блокировки с партии роботов LX-серии. Поэтому они смогли стрелять в безоружных.
И все приказы за подписью «Ортекс Вега» — генерального куратора операций. И под визой корпорации «Кобальт».
Одобрено. Исполнено. Закрыть. Уничтожить свидетелей.
Сердце просто останавливается.
— Это геноцид, — произносит Альтор тихо и угрожающе. — Целенаправленное преступление против гуманоидной расы.
Он подходит ко мне, обнимает за плечи. От былой мягкости не осталось и следа. Он умеет быть собранным и смертоносно точным, когда этого требует ситуация.
— Конфликт в Ориксе… — Я медленно киваю, накрывая ладонь мужа своей. Сейчас мне любая поддержка пригодится. — Его описывали как столкновение колонистов с сепаратистами…
— Очевидно, это была ложь, — отрезает Теринн. — Это был захват планеты силами Ортекс Вега. «Кобальт» поставлял роботов. Они вырезали города… чтобы расчистить территорию.
— Для экспансии, — договариваю за него, и дрожу так сильно, что едва стою. — Они убивали всех… просто всех…
— И твои роботы были там, — жестко добавляет Альтор. — Они хранят в себе доказательства.
Теринн останавливает трансляцию на экране висит финальный отчёт
«Операция выполнена. Потери среди гражданских: 100%».
Альтор крепче сжимает меня в объятиях, и мне хочется уткнуться ему в грудь.
— Теперь ясно, почему «Кобальт» охотится на вас, — говорит он. — Судя по всему, эти архивы кто-то целенаправленно подготовил в надежде на обнародование. Возможно, они были вшиты во всех роботов, прошедших через конфликт в Ориксе.
— На Земле вышел закон об утилизации, — отвечаю я. Голос вдруг сипнет. — Я сбежала на Эрдар, именно чтобы спасти своих пациентов.
— И спасла куда больше, девочка, — мягко произносит Теринн. — Ты спасла правду и возможность восстановить справедливость.
— Они придут за мной, за нами, — говорю я почти шепотом. — Их надо остановить.
Теринн кивает.
— Мы должны обнародовать эти данные, — выговаривает он. — Я договорюсь со службой широкоформатного вещания. И архив об операции попадёт на все головизоры Вселенной.
Внезапно дверь в лабораторию открывается, и я вздрагиваю, слыша знакомый голос.
— Собираешься раструбить на весь мир о том, что твой сын и его аланир нашли свою судьбу?
27. Вторжение
Алина
В лабораторию заходит Рэйден. У меня от радости перехватывает дыхание.
На нём мягкие медицинские брюки, ноги босые, волосы рассыпаны по плечам, но взгляд светлый. Бинты пересекают грудь под разными углами.
Я любуюсь, хотя и не время. Даже так он невероятно красив. И опасно спокоен.
— Я не удивлён, — произносит он, кидая на Теринна короткий взгляд, поднимает угол губ. — Обнаружить вас всем составом в лаборатории. И да… Теринн, спасибо, что подлатал.
Отец Альтора бурчит что-то вроде «не благодари», но вслух это звучит как «живи уж, раз пришёл». Мне хочется растечься по полу от облегчения. Рэйден в порядке. Живой. Здоровый.
— Рэй… — шепчу, я высвобождаюсь из объятий Альтора и подхожу ко второму мужу. — Ты поправился.
— Почти, Алина, — говорит он и чмокает меня в висок. Потом поворачивается к Альтору. — А чего вы все такие напряжённые?
Теринн быстро вводит Рэя в курс дела, и он мгновенно серьёзнеет.
— Ты же понимаешь, что они на подходе, — говорит хрипло, и я вижу, как из его обнажённой спины появляются крылья. Альтор тоже достаёт свои. — Сколько у нас есть времени в лучшем случае?
— Минут… пять, — отвечает Теринн. — Это в случае, если они просто вырубили ретрансляторную вышку. А если везут глушилку с собой, они могут быть уже под нами.
Я холодею до кончиков волос, будто даже инеем покрываюсь. Дрожу.
