CXXV
В челнок, припасов начисто лишенный, Я чернь бессмысленную поместил И по морю без кормчего пустил Плыть наобум, хоть мнит себя ученой: В посудине, на гибель обреченной, Дно в дырах и дощатый сгнил настил, И как гребец веслом бы ни частил, Всем предстоит хлебнуть воды соленой. А я, в виду возни их бестолковой, Усядусь на высоком берегу И смехом им воздам за злую травлю, За скупость, за обман, за мой лавровый Осмеянный венок, и, сколь смогу, Тревог и злоключений им доставлю.
CXXVI
На смерть Петрарки Учитель мой, и ты достиг чертога, Куда стремятся души, кои к свету Призвал Господь, когда покинут эту Юдоль, в которой суетного много. И вот теперь туда твоя дорога, Где уповал ты видеть Лауретту, Там и мою прекрасную Фьямметту Ты можешь встретить у престола Бога. Ты будешь с Чино и с Сеннуччо вместе, И с Данте тоже вечный мир вкушать, Какого не постигнуть в дольней шири. О, если хочешь мне добра и чести, Возьми меня туда, где созерцать Смогу я ту, кого любил в сем мире.
Из «Декамерона»
День первый
Мне собственная прелесть так мила, Что, верно, в целом мире Я б ни в кого влюбиться не могла. $$Я в зеркало смотрю и вижу там Картину, мне несущую усладу: Ни новым бедам, ни былым тщетам Не вырвать у меня сию отраду; На чем еще остановиться взгляду В огромном этом мире, Чтоб я однажды полюбить могла? $$На неземную эту красоту Я никогда дивиться не устану, — Наоборот, ее тем больше чту, Что силы нет, лишь в зеркало я гляну, Противиться блаженному дурману, Как знает всякий в мире, В ком вспыхнуть страсть подобная могла. $$И в отраженном лике столько чар, Он так влечет к себе неудержимо, Что в сердце разгорается пожар, И я дрожу, нема и недвижима; Я вся предвестьем неги одержима, И нет в подлунном мире Такой, что с ней сравниться бы могла.
День второй
Кому и петь о счастье, как не мне, Чьи все сбылись желания вполне? $$Приди ж, Амор, источник всех отрад, Всех чаяний, восторгов и свершений; Споем с тобою хором, Но не о горьких вздохах, что стократ Любви томленье делают блаженней, А об огне, которым Горю, объята негой и задором, К тебе взывая с Богом наравне. $$Однажды опалив меня, Амор, Ты юношу стараньями своими Представил мне тогда же, Чьи красота, отвага, ясный взор Столь совершенны, что вовек ни с чьими И не сравню их даже; О нем, мой властелин, в любовной блажи Пою с тобой на пару, вся в огне. $$Амор, я знаю, так устроил ты, Что он мне люб и я ему желанна, И оттого ликую; Мои все сокровенные мечты Исполнились, и верю неустанно, Что, жизнь пройдя земную, Мы, Божьей волей, в дверь войти иную Достойны будем с ним вдвоем вдвойне.
День третий
Печаль моя лихая Всех горше на земле, И я люблю, увы! вотще вздыхая. $$Творец и повелитель сферы звездной Затем создал меня Чарующей, прелестной, грациозной, Чтоб о себе напомнить, ввысь маня Отнюдь не мощью грозной, А красотой сердца людей пьяня; Но, скорый суд чиня, Они меня отвергли, Презрительным насмешкам подвергая. $$Я девочкой влекла того, который Мне волнами тепла Окутал сердце, упоенно взоры Мои ловил, и слушать без числа Его похвал повторы Я рада всякий день и час была: И я его ввела В кружок друзей сердечных; Но днесь – о горе! – лишена дружка я. $$Позднее на моем пути случился Спесивец молодой, Что рыцарством и доблестью кичился, Но, к ревности подвигнут клеветой, Вконец ожесточился: Мой дух, увы! подавлен немотой И грустью омрачился — Ведь, знаю, в мире много Других, кому могла быть дорога я. $$Кляну недобрый час, когда надела На волосы фату, А не рекла: девичьего удела Я не сменю на жалкую тщету И горечь без предела Той доли, что в награду обрету; Мне жить невмоготу, О роковая свадьба, Уж лучше бы могилы тьма глухая! $$О мой любимый, с кем отрадно было В земной пуститься путь, Кого беда предстать поторопила Пред очи Вседержителя, ах! будь Великодушен к той, что не забыла Тебя назло судьбе; вдохни мне в грудь Огонь твой, что задуть Бег времени бессилен, И да звучит мне зов твой, не стихая.
