девушка повернулась ко мне, как всегда покорно принимая указания и еду.
Ее руки дрожали, когда поставила миску и кувшин с водой у своей импровизированной кровати. После она попросту легла и отвернулась, завернувшись в одеяло.
— Все в порядке, Лиззи?
— Да, все отлично, — сдавленно ответила девушка.
Только сейчас, спустя три дня я окинул взглядом камеру иным взором, осмотрел спутавшиеся волосы девушки и наконец-то полностью осознал в какое дерьмо мы вляпались. Оба. Я держал ее в подвале как зверя. Но обходился как с человеком. Это было ошибкой и это знал, не раз прокручивая в голове собственные принципы, которые в этот раз не сработали.
— Когда, Николас? Когда ты это сделаешь? — без тени упрека или страха в голосе спросила Элизабет, все так же отвернутая лицом к стене. — Я устала жить вот так…
— Я скоро вернусь и сделаю то, что должен, — ответил твердо, понимая, что затягивать больше некуда. — Исполню твою волю. Никто никогда не узнает, кем ты была.
В этот момент мисс Лочестер, которая уже больше походила на зверька, нежели юную леди, обернулась. Ее глаза блестели от слез.
— Спасибо тебе. И еще. Не убивай меня во сне. Говорят, души умерших во сне людей, навек остаются бродить среди живых, так и не осознав свою смерть. Я не хотела бы бродить привидением по этому подвалу вечность.
Девушка истерично рассмеялась в то время, как по ее щекам катились слезы. Не выдержав, я открыл камеру и порывисто шагнул к ней. Поднял ее с матраса и обнял. Сжал хрупкое тело, стал гладить девушку по голове, успокаивая.
— Я буду помнить тебя, как самое благородное и милое чудовище в своей жизни. Но ты и сама должна понимать — мы обязаны. Дальше будет только хуже.
Обнял ее лицо руками и в который раз залюбовался красотой девушки. Даже сейчас, заплаканная и растрепанная, в одной лишь простыне вместо изящного платья, она выглядела для меня как воплощение чертовой мечты. Наши лица были опасно близки, а дыхания смешались. Я видел по глазам Элизабет, что она чувствует то же, что и я. Думает о том же, о чем и я. Она обняла меня в ответ и мир покачнулся от нахлынувших эмоций. Стали слышны четкие щелчки ее магии, что источали женские руки на моих плечах. А сердце девушки грохотало, изъявляя потребность и волнение. Элизабет встала на носочки и потянулась ко мне за поцелуем.
— Нет. Нельзя. Я не могу. — Отшатнулся и сразу сделал несколько шагов назад, покидая камеру и запирая дверь на магический замок. А после выбежал из катакомб даже не удосужившись посмотреть в глаза той, которую мечтал поцеловать, но не мог.
Не мешкая, направился к выходу и покинув дом, с жаждой утопленника вдохнул морозный воздух на улице. До центра города идти было далеко, но эта прогулка определенно повлияла на меня благотворно. Дом мэра уже виднелся впереди, когда смог немного остудить пыл внутри. Мне следовало навестить давнего друга и узнать новости из первых уст. О Де Верах и Лочестерах вовсе думать не хотелось. Наверняка все обыскались Элизабет, думая, что та стала жертвой Бист Вилаха.
Я постучал в дверь и лакей, увидевший гостя, сразу провел меня в кабинет своего хозяина. Разрешение войти получили мгновенно. Теодор сидел в кожаном кресле за своим столом и нервно курил трубку, читая новостную сводку газеты. Но когда я вошел, закашлялся.
— Где тебя носило, Николас! Мы были в особняке, а тебя и след простыл. Слуг нет. Никто даже не открыл! Служанка лишь доложила, что был там одну ночь. Ты знаешь, что мисс Лочестер пропала?! Знаешь, что чудовище убило этой ночью пятерых?! И еще неизвестно скольких мы найдем в виде останков. Бедные Лочестеры, они надеются, что их дочь жива, но…
— Постой, что ты сказал? Бист Вилах жив?
Я не мог сказать «на воле», поскольку это бы мгновенно аукнулось последствиями, но удивление было вполне искренним. Ведь я думал, что отныне горожане в безопасности. А оказалось, что чудовищ… двое? Очевидно. Это так. Или же больше? Целых пять человек за одну ночь.
— Я гнал монстра до самого утеса у границ города. Там сбросил его в море. Он погиб, — быстро соврал я, не моргнув и глазом. — Даже не сумел рассмотреть как положено бедолагу, так размозжило его череп о камни.
— Значит он был не один. И то, с чем мы столкнулись сейчас, это нечто совершенно иное. Ты бы видел останки. Горожане в ужасе. Комендантский час вновь в силе. Я отправил письмо Клариссе.
— О, нет, — простонал я, закатив глаза.
Друг поправил очки и недоуменно уставился на меня. Тео был черноволосым и худощавым, а его тонкие усы всегда подрагивали, выдавая нервозность. Сейчас они подрагивали особенно сильно.
— Это немыслимый прецедент, Николас. Прошу принять помощь Клариссы. Она лучшая ищейка из всех Миваров, каких я только знал. Именитая важная семья потеряла двоих дочерей. Элизабет была невестой Идриса. Этот брак был важен и выгоден обоим семьям. А теперь… Теперь мать Лиззи сокрушена, а ее отец и жених обыскивают все округи в поисках хотя бы останков Мисс Лочестер. Бенджамин Де Вер мне был необходим для защиты города и его не отпустил искать тело девушки.
Друг буквально вываливал горами на меня события нескольких дней, словно прошел год. Мне следовало срочно посетить какой-нибудь дом утех, чтобы сбить жар настигающего брачного периода, но, когда Тео закончил с распоряжениями и новостями, уже наступили сумерки. В который раз, отмахнувшись от зова природы, который редко кто из оборотней когда-либо игнорировал, поспешил с ним попрощаться.
— Мы найдем его, не сомневайся. Кларисса так точно отыщет, — направился уже было к выходу. Все мысли были лишь о Элизабет. Я жаждал поскорее увидеть ее и поделиться новостями. Она должна была знать, что не убивала всех.
— Неужели ты не спросишь ничего о юной мисс Лочестер, Николас? На празднике, поговаривают, вы мило общались?
— Мне безусловно жаль девушку, Тео. Ты знаешь, как я отношусь к такому, поэтому и не трогаю старых ран. Мы были мало знакомы, но безумно сочувствую ее родным. Выражу соболезнования при случае, как только они примут смерть дочери.
— Да, конечно, — поднялся друг с места, подошел и обнял меня, тоже с грустью вспоминая о том, что произошло с моей семьей. В то время мы были
