Из темноты кондиционированного салона на Жеку уставилась пара внимательных, цепких глаз. В них не было магии, только холодный, расчетливый интеллект. Лицо мужчины было бледным, неподвижным, словно маска из дорогого фарфора. Он сидел, не шелохнувшись, положив руки в перчатках на трость с серебряным набалдашником.
— Любопытно, — голос из салона звучал тихо, но перекрывал шум дождя. — Мой помощник едва не лишился рассудка от страха, а вы, молодой человек, копались в нестабильном эфире голыми руками.
Жека вытер руки ветошью. — Просто физика. У меня… сопротивляемость высокая. С вас пять тысяч. За вредность и срочность.
Ассистент побледнел еще больше, услышав такую наглость, но мужчина в салоне лишь едва заметно улыбнулся уголком рта.
— Сопротивляемость… — повторил он, пробуя слово на вкус. — Корд обещал мне чудо техники, а в итоге меня спасает человек с гаечным ключом и высокой сопротивляемостью. Какая ирония.
Вампир (а это был он, сомнений не осталось) сделал ленивый жест пальцем. Ассистент тут же подскочил, выхватил бумажник, отсчитал купюры и дрожащей рукой протянул Жеке.
— Благодарю, — кивнул вампир. — Как ваше имя, мастер?
— Евгений.
— Валериан. Глава клана Ночи. Я запомню вас, Евгений. Редко встретишь профессионала, который способен исправить ошибки гениев.
Стекло поползло вверх. Лимузин плавно тронулся и растворился в пелене дождя.
Жека остался стоять на обочине с деньгами в руке.
— Ну что? — Лилит высунулась из «Форда», жуя жвачку. — Живой? Крови не попил? — Нет, — Жека посмотрел на удаляющиеся красные огни. — Но, кажется, я только что починил машину самому опасному упырю в городе.
— Зато заплатил! — хохотнула Лилит. — Поехали за шаурмой, я голодная как цербер.
Жека усмехнулся, пряча деньги в карман.
Глава 2
Отладка
Офис Виктора Корда находился на восемьдесят восьмом этаже башни «Этернити» и больше напоминал операционную, чем кабинет живого человека. Стены из смарт-стекла, меняющего прозрачность по желанию хозяина, белый полимерный пол, в котором можно было увидеть свое отражение, и ни одной лишней детали. Ни бумаг, ни ручек, ни фотографий семьи. Только огромный голографический стол в центре и панорамный вид на ночной город, сияющий тысячами огней.
Корд любил высоту. Сверху люди казались муравьями, а их проблемы — статистической погрешностью.
Он стоял у окна, дирижируя пальцами в воздухе. Перед ним висели сложные схемы эфирных потоков, которые он перекраивал одним движением руки.
Двери бесшумно разъехались, впуская гостя. Корд не обернулся. В этом здании только у одного человека (или не совсем человека) был доступ «Ультра», позволяющий входить без стука и предварительной записи.
— Твое «будущее» пахнет паленой резиной, Виктор, — голос гостя был тихим, шелестящим, но от него по идеально настроенному климат-контролю кабинета пробежала рябь. — И оно только что чуть не убило меня на Третьем транспортном кольце.
Корд смахнул голограммы в сторону, словно надоедливых мух, и повернулся.
Граф Валериан выглядел безупречно, как и всегда. Длинное кашемировое пальто, трость с серебряным набалдашником, темные очки. Но Корд, чьи глаза были модифицированы имплантами, видел микроскопические частицы гари на лацкане графа и легкую, едва заметную дрожь в его ауре. Вампир был в бешенстве.
— Валериан, — Корд улыбнулся своей фирменной улыбкой «с обложки Forbes». — Я вижу, ты уже опробовал «Химеру». Как динамика? Разгон до сотни за 2.8 секунды, как я и обещал?
— Динамика потрясающая, — холодно ответил вампир, проходя к креслу, но не садясь в него. — Особенно тот момент, когда двигатель решил, что он — солист хора в Ла Скала, и начал извергать фиолетовое пламя. Мой водитель до сих пор заикается.
Корд нахмурился. Он подошел к столу и коснулся сенсорной панели. — Это невозможно. Двигатель «Химеры» оснащен тройным контуром защиты. Рубины-стабилизаторы должны были поглотить любой избыток маны. Ты, наверное, перегрузил систему кондиционером на святой воде? Я предупреждал, что это экспериментальная опция.
— Я не трогал ничего, кроме бокала с кровью первой группы, — отрезал Валериан. — Твоя техника подвела, Виктор. Снова. Вы, технократы, так спешите обогнать время, что забываете завязать шнурки. Если бы не случайность, я бы сейчас развоплотился посреди пробки. Представляешь заголовки? «Глава Ночного Клана сгорел в чудо-машине за тридцать миллионов». Акции твоей компании рухнули бы быстрее, чем мое терпение.
Корд пропустил угрозу мимо ушей. Его мозг уже работал в режиме отладки.
— Случайность? — переспросил он. — Что ты имеешь в виду? Сработала аварийная капсула?
— Нет, — Валериан снял очки, сверкнув рубиновыми глазами. — Сработал сантехник.
Корд моргнул.
— Прости, кто?
— Сантехник. Или механик. Какой-то смертный в грязном комбинезоне, который проезжал мимо на ржавом ведре. Он остановился, залез руками в кипящий эфирный котел, выдернул какой-то провод и… всё заработало.
Виктор Корд рассмеялся. Это был короткий, сухой смешок.
— Валериан, я ценю твой юмор, но это физически невозможно. Температура распада маны в ядре «Химеры» — около двух тысяч градусов по шкале Цельсия, плюс ментальное давление, способное расплавить мозг обычного человека за секунду. Смертный превратился бы в овощ, едва открыв капот.
— Однако он не превратился, — Валериан подошел к Корду вплотную. От вампира веяло могильным холодом. — Он сунул руки в поток. Я видел искры на его коже. Они гасли, Виктор. Они просто гасли, касаясь его. Он назвал это «высокой сопротивляемостью».
Улыбка сползла с лица Корда. В его глазах зажегся тот самый фанатичный огонь, который пугал инвесторов больше, чем убытки.
— Гасли? Ты уверен?
— Абсолютно. Он починил твой хлам за две минуты, взял с меня пять тысяч рублей и уехал.
Валериан брезгливо стряхнул невидимую пылинку с плеча Корда.
— Я жду компенсации, Виктор. И новую машину. Нормальную. Бензиновую. Без этих твоих фокусов. А этот экземпляр… забирай. И разберись со своими формулами, пока они не убили кого-то важнее меня.
Вампир развернулся и направился к выходу, стуча тростью по полимеру.
— Имя! — крикнул ему в спину Корд. В его голосе впервые прозвучало нетерпение. — Как его звали?
Валериан остановился в дверях. Он медленно обернулся и, скрыв насмешку за непроницаемыми очками, ответил:
— Разве твоя всемогущая система не может вычислить одного смертного в грязной робе? Ищи сам, Виктор. Считай это тестом на профпригодность твоей хваленой службы безопасности.
Двери бесшумно закрылись за его спиной, оставив Корда наедине с уязвленным самолюбием.
* * *
Как только двери за вампиром закрылись, Корд бросился к столу.
— Система! — рявкнул он. — Загрузить телеметрию объекта «Химера-01» за последний час. Приоритет красный.
Воздух над столом задрожал, формируя трехмерную модель черного лимузина. Рядом побежали графики, цифры, диаграммы.
Корд жадно вглядывался в данные. Вот пик. Перегрев ядра. Критическая ошибка совместимости контуров. Уровень маны зашкаливает. Система орет об угрозе взрыва. А потом…
График рухнул вниз. Вертикально. Не плавное
