Натиск - Алексей Витальевич Осадчук

То ли ещё будет, когда из привезённых мной деталей ремесленники в ближайшие дни соберут первое в этом мире ярмарочное колесо. Не такое огромное, как в моём мире, конечно, — всего семь метров в высоту, рассчитанное на два десятка с лишним детских мест. Но по нынешним временам это развлечение небывалое.

Взрослые, кстати, тоже смогут покататься. Конструкция довольно крепкая. Впрочем, в будущем думаю замахнуться и на гиганта, как в моем мире. Только материалы придется использовать теневые и подключить к этому делу артефакторов.

Идея создать свой небольшой парк аттракционов пришла, когда я работал над выступлением перед королем. Вот и сделал пару набросков, а потом мы с мастерами, строившими мои фургоны, разработали чертежи. В общем, новинка моим жителям пришлась по душе. Ажиотаж вокруг качелей и каруселей невероятный… А ведь подобных задумок еще много.

Кому-то из моих ближников наверняка может показаться, что я неоправданно много времени и средств трачу на какую-то ерунду. Что ж, они вольны иметь свое собственное мнение. Но я смотрю на эту ситуацию под несколько иным углом.

Да, на севере Бергонии вот-вот начнутся боевые действия, но я был рад, что люди смогли немного отвлечься от мыслей о войне. Всему свое время. Как говорила моя приемная мать: «Смерть — она всегда рядом. Но пока мы живы — надо жить».

Постояв немного у окна, прислушиваясь к праздничному гулу, я вернулся к столу.

Там лежали бумаги. Письма. Несколько свитков с печатями. Бертран поставил рядом канделябр и исчез. Тихо, как тень.

Через минуту в дверь моего кабинета постучали.

— Войдите.

Ганс вошел и сразу закрыл дверь за собой. Поклонился.

— Садись и переходи сразу к делу, — сказал я, потирая виски. — Раньше начнем, раньше закончим. Но обсуждаем только то, о чем я тебя просил.

Он позволил себе короткий выдох и сел напротив. Между прочим, я заметил, что протез руки он уже не прячет. Ганс и раньше не особо комплексовал. Вернее, он делал вид, что старое увечье его не волнует. А сейчас же было видно, что реально справился со своими комплексами. Либо это должность его так изменила, либо у него вовсе нет времени на рефлексии. Предположу, что все сразу.

— Тогда по пунктам, ваше сиятельство.

— Давай.

Ганс развернул первую бумагу.

— Пункт первый. Войска.

— Сколько?

— Стрелков вместе с прибывшими — около пяти тысяч. Распределены бароном Рисом по самым важным направлениям. Часть в форте. Часть — по опорным пунктам, таким, как Гондервиль и Цитадель. Часть — мобильные конные группы.

— С расселением островитян были проблемы?

— Все как обычно, но мы справились, — буднично ответил Ганс, а потом добавил с тяжелым вздохом: — После долгой дороги все были истощены. Увы, но многие до нас так и не добрались. Большая часть погибших не перенесли морской путь. На суше уже было полегче, но и там были проблемы.

Я мрачно кивнул. Об этом мне уже докладывали. К слову, одна из погибших — племянница барона Риса. Малышка умерла на корабле. Надо будет поговорить с Иларом. Выразить ему и родителям соболезнования. А еще…

— Организуй мне встречу с преподобным Раймоном, — произнес я. — Хочу поговорить с ним, как лучше и правильней почтить память погибших. Кстати, я видел новый храм. Строительство идет полным ходом. Работы там еще много, но все равно впечатляет. Жрецы довольны?

— Более чем, — улыбнулся Ганс. — Раймон провел отличную работу среди паствы. Истинные и первородные, кстати, тоже начали посещать праздничные службы.

Увидев мое удивленное лицо, Ганс улыбнулся, а потом, посерьезнев, уверенно произнес:

— Общая поминальная служба по погибшим переселенцам, так и не добравшимся до нас, — это очень правильная и своевременная идея, ваше сиятельство. Народ одобрит. Так мы покажем новоприбывшим, что скорбим по ним, как по уже своим.

Я кивнул Гансу. Он правильно понял мою задумку.

— Хочу еще добавить, ваше сиятельство, — уверенно произнес Ганс. — Никто из островитян не жалеет о содеянном. Я уже имел возможность послушать об их житье-бытье на родине. Лорды относились к ним как к скоту. Так что, когда мы им объявили и разъяснили законы вашего сиятельства, они даже сперва не поверили, что такое бывает. Благо, барон Рис и другие старожилы подтвердили наши слова. В общем, вы можете всецело рассчитывать на поддержку островитян. Вас там чуть ли не боготворят. Новенькие истинные с нетерпением ждут обряда преображения. Будьте готовы — их там несколько сотен.

Я даже негромко крякнул, представив эту картину. Понадобится прорва энергии. Без погружения в Изнанку не обойтись.

Ганса моя реакция явно порадовала. Удовлетворенный произведенным эффектом, он улыбнулся и продолжил:

— Теперь горцы… Дружины кланов уже здесь. Почти все. Граф де Потье спуску им не дает. Муштрует ежедневно. В общей сложности, около шести тысяч пеших бойцов. Виконт де Англанд и его друзья тоже постоянно при графе. Как вы уже можете предположить, времени на всякие глупости у них сейчас нет.

— Это отрадно слышать, — кивнул я и уточнил: — Гастон Лафор готов к приему пополнения?

— Да, — кивнул Ганс и пояснил:

— Только он месяц назад отправился в «Крысобой», чтобы закончить приготовления с Урсулой Хуг. Там же сейчас и Жак Шамо, наш мастер баллист. Эфирель сообщили, что все трое уже на пути в Форт де Грис. Со дня на день будут здесь.

Очень хорошо. На этих троих у меня особые планы.

— Ясно, — кивнул я. — Дальше.

Ганс перевернул лист.

— Пункт второй. Снабжение.

Он произнес это слово так, будто перед этим съел зеленую сливу.

— Благодаря вам, рейды Паломников прекратились, — продолжил он. — После вашей зачистки никаких организованных атак мы более не фиксировали.

Я молча кивнул. Понимал, что будет продолжение, которое мне вряд ли понравится.

— Но количество купеческих караванов всё равно сократилось, — сказал Ганс. — Теперь причина другая.

Он положил на стол карту и ткнул пальцем в линию, обозначавшую старый имперский тракт.

— Граница. Там встали когорты Багряных, усиленные половиной легиона Золотого льва. По нашим оценкам, там около четырех тысяч бойцов, и их количество постоянно растет за счет наемников. Багряные не жалеют серебра и обещаний богатой добычи. Как только они окончательно там обоснуются, караванов нам не видать. Купцы