выдохнула я, хватаясь за сумку. В сумке действительно лежал скальпель. Мало ли что.
— Я? — женщина улыбнулась. — Я — магистр Тенира, глава призывательной комиссии. А ты, я так понимаю, наша новая попаданка?
— Чего-чего? — переспросила я. — Какая ещё попаданка?
— Попаданка. Девушка из иного мира. Мы тебя призвали.
— Призвали? — я почувствовала, как во мне закипает злость. — Как собаку? Без спроса? Зачем?!
— По древнему пророчеству, — начала вещать призрачная дама. Она говорила спокойно и размеренно, будто объясняла ребёнку таблицу умножения. — Девушка из другого мира должна спасти нашу академию от неминуемой гибели. И стать женой ректора.
У меня отвисла челюсть.
— Женой? — переспросила я. — Я? Спасать академию? Вы вообще в курсе, кто я такая? Я судмедэксперт! Я с мёртвыми работаю! Я трупы режу! Я с ними разговариваю! Какая из меня жена?
— Тем лучше, — спокойно ответила призрачная. — У нас тут скоро столько мёртвых будет, если ничего не сделать. Ваши навыки пригодятся.
— Что? — переспросила я. — Каких мёртвых?! Что значит «скоро будет»? Вы меня пугаете!
Но призрак уже таял в воздухе.
— Скоро всё узнаешь, — донеслось откуда-то из-под потолка. — Жди. За тобой придут. И помни: пророчество не обмануть. Ты — наша надежда.
И исчезла.
Я осталась одна в этом каменном коридоре.
— Вот это я попала, — сказала я в пустоту. — Буквально. Попаданка. Жена ректора. Спасительница академии. Агата, ты точно допрыгалась.
Я огляделась. Коридор уходил в обе стороны. В одну сторону — темнота, хоть глаз выколи. В другую — вдалеке виднелась дверь, и оттуда пробивался свет.
— Ладно, — вздохнула я. — Сидеть здесь глупо. Надо идти к свету. Вдруг там люди? Или хотя бы не люди, но кто-то, кто объяснит, что происходит.
Я поправила куртку, одёрнула порванные джинсы и решительно направилась к двери.
И тут я услышала шаги.
Кто-то шёл с той стороны. Тяжёлые, уверенные шаги. Звук шагов отражался от каменных стен и приближался.
Дверь распахнулась.
На пороге стоял он.
Высокий. Очень высокий. Под два метра, не меньше. Чёрные, как смоль, волосы, острые, будто вырезанные из камня черты лица, и глаза… глаза горели золотом. Настоящим золотом, как у кота, только в сто раз страшнее и ярче.
На нём была чёрная мантия, расшитая серебряными нитями, высокие сапоги до колен, и на поясе — меч. Настоящий боевой меч, а не декоративная игрушка.
Выглядел он так, будто только что сошёл с обложки фэнтези-романа. Или из очень страшного сна.
— Ты, — сказал он, глядя на меня с таким выражением, будто я была тараканом, случайно заползшим на его парадный мундир.
— Я, — согласилась я, стараясь не пялиться на его глаза. Получалось плохо. — А ты?
— Лорд Рейнар Драгонвей, — ответил он ледяным тоном. — Глава тайной канцелярии.
Я моргнула.
— Тайной канцелярии? А ректор где? Мне тут призрачная дама сказала, что я должна спасти академию и стать его женой. Хотелось бы взглянуть на жениха, прежде чем подписывать брачный контракт.
Рейнар скривился так, будто съел лимон вместе с кожурой.
— Ректор занят. И вряд ли он захочет на тебя смотреть.
— Почему это?
— Потому что ты — ошибка призыва, — отрезал он. — Нам нужна была другая. С магией. С родословной. Красивая. А ты… — он обвёл взглядом мою толстовку с принтом «Мёртвые — лучшие слушатели», порванные на колене джинсы и растрёпанный пучок, из которого выбились пряди русых волос. — Ты даже на попаданку не тянешь.
Я почувствовала, как во мне закипает злость.
— Во-первых, не тебе решать, на кого я тяну, — сказала я, уперев руки в бока. — Во-вторых, меня никто не спрашивал, хочу ли я быть попаданкой. В-третьих, где мой чемодан? У меня там сменные носки и зарядка для телефона.
— Чего? — не понял Рейнар.
— Не важно. Короче, я хочу домой.
— Домой нельзя, — устало ответил он. — Портал был одноразовый. Ты здесь навсегда.
У меня внутри всё опустилось.
— Навсегда? — переспросила я тихо.
— Навсегда.
— А… пророчество? Академия? Спасать?
— Пророчества часто врут, — отрезал Рейнар. — А если и не врут, то ректор сам разберётся. Я здесь по другому делу. Меня вызвали зафиксировать аномалию призыва. Свою работу я сделал, отчитаюсь начальству. А ты… — он задумался. — Ты мне не нужна. И ректору, судя по всему, тоже.
— Обидно, знаешь ли, — буркнула я. — Сначала призывают, потом говорят, что ты ошибка, и отправляют восвояси. Только восвояси нет.
Рейнар вздохнул. Похоже, он устал. Под глазами у него залегли тени, кожа была бледной, а золото в глазах горело тускло, будто свеча на последнем издыхании.
— Ладно, — сказал он. — Раз уж ты здесь, надо тебя куда-то деть. Тут есть кухня. Столовая для студентов и преподавателей. Повар нужен.
— Повар? — опешила я. — Я? На кухне?
— А что? Не умеешь готовить?
— Умею, — вдруг сказала я, сама себе удивляясь. — Ну… картошку почистить могу. Яичницу пожарить. Пирожки… пирожки я, в принципе, умею. По рецепту бабушки.
Рейнар снова скривился, но в этот раз как-то иначе. Задумчиво.
— Пирожки, — повторил он. — Хорошо. Иди на кухню. Тебе там всё покажут. Жить будешь в комнате при кухне. Жалованье — три медяка в месяц.
— Три медяка? — возмутилась я. — Это вообще деньги?
— На хлеб хватит, — бросил он и развернулся.
— А на масло? — крикнула я в спину.
Он остановился, но не обернулся.
— Масло будешь зарабатывать, — донеслось уже из коридора.
Дверь за ним закрылась.
Я осталась одна.
---
— Ну и тип, — раздалось у меня в голове. — Самовлюблённый дракон. И явно не в духе. Терпеть таких не могу.
Я замерла.
— Кто здесь? — спросила я, оглядываясь.
Коридор был пуст. Ни призрачной дамы, ни дракона, никого.
— Здесь, — ответил голос. Мужской, низкий, с лёгкой хрипотцой и явной иронией. — В твоей голове. Будем знакомы.
— В моей голове?! — я схватилась за виски. — Как это — в моей голове?!
— А вот так. Сижу тут. Уютно, кстати. Тепло. И просторно. Давно не было так просторно.
— Ты кто?!
— Я — Корнелий. Древний лич, маг смерти, и,
