За это время мы с О'Шархом почти не пересекались. Он даже в столовой не смотрел в мою сторону. Ходит мрачный. Конечно, не мечтал он об Истинности со мной. И я не мечтала об истинности с этим своенравным ящером.
Поэтому ритуал расторжения Истинности по соглашению сторон идеален. Не будет последствий. Мы сможем зажить свободной жизнью и не бояться, что не удастся завести семью с кем-то другим. А резиденцию, я уверена, он получит от деда и без Истинности.
Вроде прекрасная идея, но не приносит мне радости.
Я всё ещё не могу простить ему содеянное. Конечно, он будет пытаться оправдать себя, но я точно знаю: кроме Рензора, в той стороне никого не было. Я специально проходила опушку леса под таким углом, когда было всё видно. Никого там быть не могло! Ну не могло же проклятье идти зигзагом! Или должен там был стоять кто-то очень сильный, с магией огня или на крайний случай с нейтральной магией. Чтобы отзеркалить проклятье и видоизменить его.
А может, не стоит противиться Истинности?
Нет, вероятно, Рензор пожалел о содеянном. Возможно, даже не очень расстроился из-за нашей связи. Значит, пришло время двигаться дальше, забыть о случившемся, все равно уже ничего не изменить.
Но я ведь не хочу быть просто аксессуаром!
Зажмуриваюсь, не зная, какое решение принять. Мне так хочется уже перестать враждовать с этим ящером, что даже факт Истинности воспринимается как к "лучшему".
«Если бы не его слова»,– язвит голос разума.
Прячусь в библиотеке за фолиантами. Изучаю способ создать ритуал по Соглашению, не прибегая к инструкциям. На всякий случай. Все-таки отказываться от этой идеи я тоже не буду. Может, всё не так плохо?
Где-то там слышу знакомый голос. И сердце учащает свой ритм.
Подскакиваю на стуле и, отправив виток воздуха, подслушиваю, о чем Рензор говорит.
– ...и что делать с этой убогой теперь, – недовольно роняет О'Шарх, шелестя страницами.
– Как-то быстро ты получил ее признание, узнал такой секрет. Я думал, она будет отрицать, оправдываться, а она возьми да с лёгкостью восприми то, что ты узнал вот в такой ситуации, – отвечает Арсалан. – Но всё равно, мужик, не завидую я тебе.
– Я предлагаю от нее избавиться, – весёлый голос Винсента. – Может, проклянем? Чтоб уж наверняка. Или поджарим.
– Я не стану втягивать в это моего дракона, – отрезает Рензор. – Конечно, все мои проблемы оказались из-за нее, но поджарить мы всегда успеем эту бестолочь.
– Ренз, да если бы не дело случая, она бы не призналась. К тому же она знает, что организатор подпольных игр ты. Кстати, что тебе дядя Нокс сказал?
– Сказал, что не отчислит меня только из уважения к родителям. Наш с ним маленький секрет. А с этой убогой... Я разберусь, – голос Рензора звучит зловеще.
А у меня холодок бежит по коже. Это они меня обсуждают?! Это я убогая бестолочь? Меня поджарить?! Разобраться он решил со мной?!
Ах ты, ящерица подлая. Я пригрела на груди ящерицу!
Неужели он собирается принять Истинность только потому, что я знаю, что он организатор игр? Вернее, я не знала этого, но теперь знаю. Ах ты, хитрая ящерица!
– Ренз, так как ты намерен добиться ее признания для общественности? Ты знаешь ее главную тайну.
– Просто сделаю так, что она проболтается мне об этом снова во всех красках. Мне ведь нужны доказательства того, что она выдает себя не за ту, кем является. А пишущий артефакт передам ректору и отцу. Нам на хрен не нужны такие родственные связи в будущем, поэтому будем избавляться, – холодно отвечает О'Шарх.
И сердце сжимается от тех слов, которые я слышу от О'Шарха. Нет, раньше я бы фыркнула и даже не придала значения, но сейчас…
Яростно листаю страницы со всевозможными общепринятыми ритуалами по магическому ГОСТу.
Тяжёлые шаги ящера вынуждают отвлечься.
– Привет, Эсти, – как-то подозрительно мягко произносит О'Шарх над моей головой.
– Чего тебе? – бормочу я рассерженно, впиваясь взглядом в его глаза. К сожалению, в них не отражается даже привычного раздражения и пренебрежения.
Вот и как мне теперь угадывать, что это злое создание задумало?!
Его дружки, видимо, тактично оставили нас наедине в библиотеке.
– Пятнадцатое июня, – торжественно заявляет Рензор. – Как тебе дата?
Опешив, пытаюсь сообразить, что в эту дату происходило в истории. Но ничего не приходит в голову.
– В истории она не фигурирует нигде, – хмурюсь я, ожидая подвоха.
– Разумеется. Специально подобрал свободную от прошлых событий дату. Но она войдёт в историю как свадьба этого века.
– И кто эти счастливчики со свадьбой века? – вяло интересуюсь
Рензор хмыкает и загадочно улыбается. Подмигнув мне, он уходит.
И тут до меня доходит...
Что ж, Рензор О'Шарх, я стану твоим сущим кошмаром! Вот увидишь. Ты сам попросишь пощады и согласишься на ритуал по разрыву Истинности по-хорошему.
Итак, что там парни, а в частности драконы, ненавидят больше всего?
Глава 28
– О, парни ненавидят, когда девушка навязывается, – с удовольствием перечисляет Селина. Сидя на подоконнике комнаты, она обводит губы алой помадой и громко чмокает ими.
– А ещё терпеть не могут розовый и все девчачьи цвета, – добавляет Корнелия, критично рассматривает свои вещи в шкафу и вздыхает. – Всё не то...
– Кора, что случилось? – беспокоюсь я.
– Мне нечего надеть, – мрачно изрекает подруга и с отчаянием смотрит на меня.
– Тебя укусила Селина? – округляю глаза. – Иначе как мне расценивать твою тревогу? Ты же никогда не считала это проблемой.
– Теперь считаю.
– О, записывай дальше, Эсти, – щебечет сводная сестра, – они ненавидят, когда их называют пусичками и прочими уменьшительно-ласкательными. К слову, парни не торопятся переводить отношения в степень серьезных. А ещё ненавидят, когда во всеуслышание девушка кричит о том, что они пара. Кстати, ты поставишь меня соавтором своей работы?
– Какой работы? – не понимаю я, тут же оборачиваясь к сестре.
– Ну ты явно пишешь научную работу про взаимоотношения. – Селина теперь старательно подводит глаза.
Решаю, что не буду даже спорить с ней.
– В общем, если он не заинтересован в серьезных отношениях с девушкой, – добавляет Корнелия, прикладывая к себе свое единственное зелёное платье, и придирчиво рассматривает свое отражение в зеркале.
– А если, наоборот, заинтересован? – любопытствую
