поговорим спокойно? Это и в твоих интересах».
Какого хрена⁈ Это уже поломкой не объяснишь, даже если очень захочешь!
— Не вздумайте, повелитель! — переполошилась Мурасака, запрыгивая на подлокотник дивана. — Это ловушка!
— Какая ещё ловушка⁈ — оторопело спросил я, опуская руку с зажатым в пальцах пультом. — Ты о чём, вообще⁈
— Ангел не может войти в дом демона без приглашения. Как и демон — в дом ангела. Не впускайте его!
— Да кого⁈
— Кем бы он ни был!
Так, спокойно… Рассуждай здраво, без паники. Мурасака явно знает, что говорит. Ангел — значит, ангел. Но, как минимум, вломиться в квартиру никто не должен: я ведь не собираюсь никого приглашать. Это уже охренеть, как здорово!
Я медленно опустился на диван, не сводя глаз с телевизора. Откашлялся.
— Хочешь поговорить? Давай. Я весь внимание.
На экране возникла новая надпись:
«Предпочитаешь общаться так? Это неудобно. Пригласи меня».
— Обойдёшься. Если есть, что сказать — выкладывай. На зрение не жалуюсь, могу и почитать.
«Как хочешь. Предлагаю тебе остановиться. Никто не может заставить человека стать демоном, если он не желает. Я даю тебе выбор. Откажись от того, что требует Раум, и тогда мы оставим тебя в покое».
Чёрт, прямо караоке какое-то! Разве что музыки и микрофона не хватает. Вот только караоке — это весело. А то, что происходит сейчас, — вообще нет!
— И устроите Конец Света? — сказал я. — Так себе перспектива.
«Тебе-то какое до этого дело? Ты больше не человек, апокалипсис тебе ничем не грозит».
— Это, конечно, здорово. Вот только как насчёт моих родных? Друзей?
«Нет у тебя друзей».
— Это громкое заявление.
«Ничего страшного с ними не случится. Что плохого, если они начнут молиться?»
— За дурака меня держишь? Я читал Апокалипсис. И фильмы видел. Конец Света это не петарду взорвать над ухом. Болезни, камни падают с неба, огонь, саранча, войны — и это я даже трети не назвал. Так что не ссы мне в уши!
«Если не послушаешься, твои близкие пострадают. Сейчас. Ты готов пойти на это?»
— Ангелы не могут убивать людей. Так что не бери меня на испуг.
«Не должны. Это всего лишь рекомендация. И ты это отлично знаешь. К тому же, есть вещи, которые ненамного лучше смерти».
— Не слушайте его, повелитель! — злобно зашипела Мурасака. — Он всё брешет! Нельзя верить ангелам!
— Вот и мне так кажется, — кивнул я. — Видишь, приятель, не мне одному кажется, что Конец Света допускать нельзя.
«Будешь слушать этих мелких бесов? Они никто. Подумай, Марбас. Даю последний шанс».
— Пожалуй, откажусь. А угроз твоих я не боюсь. Мои новые друзья не хуже тебя, знаешь ли. Кем бы ты там ни был.
— Правильно, повелитель! — воскликнула Мурасака. — Пошли его прямо в его тощую ангельскую задницу!
«Так и думал, что ты откажешься. Поэтому подстраховался. Твой племянник у нас. Мы его забрали. Что с ним станет, зависит от тебя. Хочешь рискнуть ради амбиций своих новых друзей? Уверен?»
Я невольно подался вперёд, почувствовав, как внутри всё похолодело, а сердце забилось в груди быстро-быстро.
— Что ты сказал⁈
«Ты меня отлично понял. Пока мы не закончим то, что делаем, парень побудет у нас».
На экране появилась фотография Вадика.
— Не обращайте внимания, повелитель! — фыркнула Мурасака. — Он взывает к тому человеческому, что в вас осталось. Плевать на шкета. Вы выше этого!
— Заткнись! — сказал я, вскочив с дивана.
— Повелитель! Вы ведь не поддадитесь⁈
Картинка сменилась очередной надписью:
«Ты меня слышал, Марбас. Либо отступишься, либо твой племянник станет первой жертвой».
Телевизор выключился.
Я несколько секунд смотрел на чёрный экран, ощущая себя опустошённым. До сих пор я опасался за себя. Меня уже пытались прикончить и было ясно, что на этом покушения не закончатся. Но я никак не ожидал, что ангелы возьмутся за мою семью. Видимо, мне, и правда, пора избавляться от стереотипов.
Вытащив телефон, я набрал Софию.
— Что вы делаете, повелитель? — спросила Мурасака.
— Помолчи, а!
Сестра взяла трубку почти сразу. Даже четырёх гудков ждать не пришлось.
— Привет. Спасибо, что выручил с Вадиком. Буду должна. Только не взыскивай слишком много, ладно?
Так, похоже, либо с племянником всё в порядке, либо София ещё не дома.
— Ты где? — спросил я.
— На работе, ясное дело. Где ещё мне быть? Встреча только что закончилась. А что?
— Да я хотел кое о чём спросить твоего сына и забыл. Сейчас вот вспомнил. Не дашь его номер?
В трубке раздался смешок.
— Серьёзно? Андрюха, ты меня поражаешь. То тебя не заставить с ним увидеться, то вот это вот. О чём хоть речь?
— Да так, это между нами, мальчиками.
— Блин, надеюсь, это важно, потому что я собиралась перекусить. Ладно, сейчас скину тебе телефон, лови.
— Спасибо. Но это не в счёт долга.
— Да уж поняла. Всё, давай.
Через несколько секунд мобильник пикнул, оповещая о пришедшем в мессенджер сообщении. Открыв его, я скопировал номер и перешёл в контакты. Так, хоть бы ответил! Если нет… Чёрт, да не знаю я, что тогда делать, если честно! Но делать что-то, по-любому, придётся.
Мурасака наблюдала за мной, не моргая. Ей явно было, что сказать, но она терпеливо молчала. То ли подчинилась просьбе заткнуться, то ли чувствовала, что сейчас я не в настроении выслушивать тирады на тему того, что мне пора забить на презренных людишек, даже если они моя родня.
Введя номер, я нажал набор и застыл в ожидании с прижатым к уху телефоном. Два гудка, три, четыре, пять… Блин! Восемь, девять… Ну, давай же!
Когда женский голос оповестил меня, что абонент не отвечает, я сбросил вызов.
Похоже, не шутил телевизор! Проклятье!
Я заметался по комнате. Нужно сообщить Софии. Наверное. Но что конкретно ей сказать? Пока она не убедится, что сын исчез, всё будет звучать полным бредом.
Стоп! У меня ведь, и правда, есть новые друзья. Если они хотят, чтобы я потрудился, починяя врата, пусть напрягутся!
Набрав номер Елиздры, я сел на краешек дивана.
— Натолкайте мне в задницу конфет и назовите пиньятой! — раздался в трубке знакомый насмешливый голос. — Какие люди! Чему обязана? Только не говори, что соскучился. Я, конечно, прелесть, но у нас не те отношения.
— Кажется, моего племянника похитили. Ангелы, мать их!
— С чего ты взял? — спросила девушка.
На этот раз голос звучал серьёзно.
Пришлось вкратце объяснить ситуацию.
— Вот уроды! — проговорила Лиза, когда я закончил. — Не
