со спальней, в которую я заглянул одним глазком, потому что мне банально было не до нее. Я влетел в дверной проем, готовый увидеть самую страшную тайну имперской пограничной службы.
Наира стояла посреди комнаты. Она уже успела переодеться и теперь стояла, вытянув руку вперед. Глаза эльфийки были широко распахнуты, а указательный палец упирался в сторону небольшой тумбы под широкой плазменной панелью, вмонтированной в стену.
— Это что… ИГРОВАЯ ПРИСТАВКА⁈ — громко и максимально возмущенно спросила она, не отрывая взгляда от матово-черного прямоугольника, мирно покоящегося на тумбе рядом с двумя геймпадами.
Я остановился в дверях. Посмотрел на плазму, потом на приставку, потом на Наиру.
Что?..
Я моргнул несколько раз, пытаясь осознать масштаб эльфийской трагедии. Настроившись морально на расчлененку или на государственную измену, и теперь перестроить ход мыслей на новые рельсы было, мягко говоря, непросто.
— Ну… — я почесал затылок, искренне не понимая, какая реакция от меня сейчас требуется. В смысле да, это приставка. Лежит себе и лежит. — Да?.. — неуверенно выдавил я.
Эльфийка медленно повернулась ко мне и, клянусь богом, если бы возмущение можно было конвертировать в электричество, но от Наиры можно было бы запитать половину континента.
— И ты все это время молчал⁈ — она всплеснула руками. — Молча тут рубился вечерами все три года и ни разу мне об этом не сказал⁈
Я стоял и хлопал глазами, ощущая себя так, словно попал в театр абсурда. Жизненный опыт и знания о женском поведении и психологии просто подняли белый флаг и капитулировали.
Мы живем у гигантской ямы, из которой лезут демоны. Минут двадцать назад чудом унесли ноги от огромного ублюдка с оленьим черепом вместо лица и спаслись в бетонной коробке только благодаря толстой стальной двери. И вот теперь, отмывшись и отдышавшись, она стоит здесь и предъявляет мне претензии за то, что я не делился с ней видеоиграми.
— Я просто напомню, что мы три года не общались, — осторожно заметил я, пытаясь воззвать к здравому смыслу. — Устав, строгий запрет на контакты, помнишь?
— Да плевать на устав! — она топнула ножкой и в этот момент стала похожа на обиженного подростка, а не на эльфийского снайпера-дозорного. — Ты просто в одно рыло тут хреначил в приставку и не хотел делиться! Я все поняла! Вот истинная причина твоего молчания! Тебе просто было удобно прикрываться инструкциями, чтобы не пускать меня к джойстикам!
Нет… нет-нет-нет. Она ведь несерьезно. Так ведь?
Ведь так?
Или действительно абсолютно серьезно считает, что здоровый лоб-дворянин три года играл в молчанку со скучающей соседкой исключительно ради монополии на игровую консоль?
Нет, наверное, я все же уснул и смотрю дивный абсурдный сон. Если бы сейчас из-за угла вышел Ночес, сел за стол и начал раскладывать пасьянс, сетуя на плохую погоду, я бы удивился гораздо меньше, потому что логика эльфийки сделала настолько крутой вираж, что спорить с ней было не просто бесполезно, но и опасно для собственного рассудка.
— Значит так, — Наира решительно шагнула к тумбе и схватила джойстик. — Твоя ретроградная амнезия тебя не спасет, — она махнула рукой на консоль, — Включай немедленно! Я вызываю тебя на дуэль в «Смертельную Битву»! Только не говори, что у тебя ее нет, на таких моделях это базовая комплектация!
Она плюхнулась на пуф, который лежал в углу, и требовательно уставилась на меня.
Я тяжело выдохнул.
Спорить не было сил и, к тому же, если это поможет разрядить обстановку после пережитого стресса, то почему бы и нет? Я прошел к тумбе, взял второй контроллер и нажал кнопку, которая, судя по логике, должна была отвечать за питание.
Игровая приставка запустилась вместе с экраном, выдав логотип местной фирмы производителя.
Пока загружалось меню, я успел оценить качество техники. В моем мире, когда я еще жил с женой в городе, Игорек сутками просиживал штаны за «Денди», а потом за «Сегой», в которых картинка состояла из пикселей размером с кулак, а джойстиками можно было забивать гвозди.
Контроллер, который я взял в руку, ощущался так, словно его отливали специально под мои кисти. Эргономичная форма, легкость и приятный шероховатый пластик без длиннющих проводов. Экран на стене вообще поражал воображение: он был тончайшим и выдавал глубокую и яркую картинку. Можно сказать, почти что реалистичную. Технологии этого мира явно шагнули куда дальше, чем я мог себе представить.
И отсюда же встал вопрос, о котором я как-то не задумывался все это время: а какой вообще год на дворе?
Ведь этот бункер местами напоминал мне технологически отголоски шестидесятых годов двадцатого века с ретранслятором и факсом, но вот автоматические турели и контактные мины вкупе с консолью и экраном… это совершенно иной уровень технологий.
В списке игр действительно нашлась нужная. Логотип в виде стилизованного дракона, пылающего огнем, вспыхнул на экране под агрессивные ритмы тяжелого рока.
— Ну все, пощады не проси, — хищно оскалилась Наира, активно щелкая крестовиной на геймпаде.
Экран выбора персонажей пестрел какими-то колоритными уродами, ниндзя, киборгами и магами. Я понятия не имел, кто все эти люди и нелюди. В былые времена я разве что в «Тетрис» иногда рубился, или в «Волк и яйца».
Игорек меня пытался пару раз привлечь к этому делу, но по молодости мне было не до того, а когда попозже у него появился компьютер, то я себя чувствовал настолько отсталым стариком, что как-то даже… не срослось в общем.
Наира выбрала какую-то ловкую девицу с веерами, снабженными лезвиями. Я, особо не мудрствуя, просто нажал кнопку случайного выбора, и мне выпал… дряхлый скелет в сомбреро и пончо, вооруженный бутылкой текилы и маракасами.
Под «качающейся» из стороны в сторону в пьяно-боевой стойке фигуркой скелета было имя: Оскар Рубио.
Сегодня Бог Случая был явно в хорошем настроении. Голос диктора из динамиков раскатисто проревел: «РАУНД ПЕРВЫЙ. БОЙ!»
Я уставился в экран. Картинка была до одури реалистичной. На прорисованных до мелочей бойцах блестел пот, а ткань одежды реалистично развевалась от движений. Наира тут же пошла в атаку: ее персонаж метнулся через весь экран, крутясь в воздухе, и обрушил на моего тщедушного бедолагу град ударов веерами.
Я приготовился по-стариковски хаотично давить на все кнопки подряд, надеясь хоть как-то отбиться, но не тут-то было.
Если душой я был старым дедком, то вот тело, разум и реакция у меня были готовы к подобным испытаниям!
И то, что случилось дальше, можно объяснить только «мышечной памятью», не иначе. Большой палец левой руки скользнул по крестовине: назад, вниз, вперед. Указательный палец правой
