стараются взобраться вверх по лестнице силы. Само их существование подтверждает двойственность Пути, в то время как яогуаи убивают, пожирают и насильно взбираются на верх, линшоу плывут по течению.
Удивительно, что он говорил об этом так, словно я подобрал на улице щенка. Однако, что поразило меня больше всего, так это то, с каким спокойствием отшельник принял то, что я назвал учителем. То ли это слово пролетело у него мимо уха, то ли Яо Ху постепенно привыкал к моему присутствию. В любом случае, пока он был готов делиться информацией, я буду цепляться за любой подвернувшийся случай, поэтому незамедлительно спросил:
— То есть, они не идут по Пути силы, как яогуаи?
Яо Ху качнул головой.
— Линшоу часто выбирают себе спутника. Так же, как и свет оттеняет тьму, они пытаются отыскать полную противоположность себя. Иногда можно встретить линшоу в компании яоугаев. Иногда более слабые духовные звери становятся компаньонами более сильных, а иногда… — он сделал длинную паузу, — они берут себе в спутники особенно сильных практиков. Ты правда ничего в себе не заметил?
Я положил ладонь на грудь, будто пытался физически ощутить меридианы, и молча покачал головой. Лис нахмурился и бросил короткий взгляд на зверя, как вдруг случилось неописуемое.
В мою грудь проникла невидимая рука и сжала сердце с такой силой, что оно перестало биться. Я вдохнул полной грудью, но воздух отказывался проникать в лёгкие, отчего в глазах замелькали чёрные точки. Ощущение такое, словно у меня случился сердечный приступ, и умирающий без кислорода мозг начинал творить с телом ужасные вещи.
Сердце запустилось, когда левое уха зверька едва заметно дрогнуло. Он расправил его словно корабельный парус и продолжил спать дальше. Когда второе ухо поднялось, я подумал, что мне пришёл конец. Страх надвигающейся смерти заключил меня в свои холодные объятья и не позволял пошевелить даже пальцем.
Яо Ху, с интересом наблюдающий всё это время за процессом, спокойно взял меня за запястье, приложил два пальца, будто пытался нащупать пульс, и едва слышно цокнул:
— Успокойся, ты не умираешь. Просто дыши.
— Что со мной происходит? — процедил я сквозь плотно сомкнутые губы, не в силах их разжать.
— И ты называешь себя практиком? Ты ведь самостоятельно сумел совершить прорыв, а всё ещё ведешь себя как обычный крестьянин. Твои меридианы пробудились, так пользуйся ими и разберись, что с тобой происходит.
Лис был прав, я всё ещё думал как обычный человек и воспринимал окружающий мир сквозь привычные пять чувств. Если вдруг станет холодно, попытаюсь найти источник проблемы. Во рту окажется горький вкус? Выплюну и посмотрю, что стало причиной. Шорох в кустах? Проверять, пожалуй, не стану, но буду знать откуда исходит опасность. С духовной энергией всё обстояло точно так же.
Невидимая рука всё ещё сжимала сердце, отчего было тяжело дышать. Однако воздух всё же проникал в легкие, и, разобравшись в себе, я осознал, что пока ещё жив. Ощущение было такое, будто грудная клетка процентов на двадцать уменьшились в объеме, отчего возникало головокружение, рябило в глазах, но в целом жить было можно.
Медленный вдох и выдох.
Я сложил ладони у нижнего ядра и спокойно закрыл глаза. Пальцы Яо Ху всё ещё касались моего запястья, а затем раздался хлёсткий удар бамбуковой палки по моей ноге, за чем раздался повелительный голос отшельника:
— Не молчи, озвучивай всё, что ощущаешь.
— Меридианы работают, — начал я неуверенным голосом. — Энергия циркулирует, заторов нет.
— Смотри глубже, Рен, ты должен знать собственную систему, как обратную сторону своей ладони. Изучай себя, а затем отыщи проблему и реши её!
— Легко сказать, знал бы где… — я резко стиснул зубы от прилетевшего удара бамбуковой палки и решил больше не умничать. — Энергия делает полный круг, поступает с каждым вдохом и выходит с выдохом. Ядра всё еще не активны… Они… Стоп, кажется, что-то обнаружил.
— Не спеши, помни о значении своего имени. Терпение. Твоя сила заключается именно в нём, — холодно произнёс отшельник и, судя по звуку, взмахнул палкой у моего левого уха.
— Где-то… Где-то… Вот! Кажется, здесь! Усиленные поток энергии на выдохе.
— Он идёт через твою точку канала Ду позвоночника. Следуй за потоком, Рен, он сам по себе не усиливается.
И я последовал. Озвучивать всё вслух, как просил меня отшельник, оказалось не так просто. Да и как возможно описать словами те ощущения, в которых и сам пока не можешь разобраться? Поэтому пришлось замолчать и, как учил меня Лис, не сопротивляться и следовать за потоком, будто за движением реки.
Каждый раз, когда при выдохе энергия покидала моё тело, я ощущал заметную слабость. Она не просто сковывала, а отбирала кусочек силы, лишь для того, чтобы частично восполнить её при следующем вдохе. От подобный качелей туда-обратно тяжело было сконцентрироваться на потоке, но с помощью наставлений Яо Ху всё же сумел за ним последовать и отыскать источник проблемы. И естественно, этот источник мирно сопел на столе.
— Это зверь! Линшоу! Энергия уходит зверю! — произнёс я одновременно напряженно и восторженно.
— Хм, — только и прохрипел отшельник.
— Что значит «хм»⁈
— Это значит, что в пещере ты каким-то образом вступил в контакт с этим духовным зверем.
После слов отшельника в голове стали возникать картины и образы нашей первой встречи. Кровь, много крови. Загадочные практики из секты собирали стадо тулонов, которых к тому времени уже контролировало это существо. Двое из них пытались на меня напасть, да что уж там, откровенно старались убить, а потом… Потом в груди возникло такое чувство, будто из меня вырвали весь воздух и духовную энергию.
Она вышла через тело существа, и ублюдков отбросило на несколько десятков метров с такой силой, что я отчётливо слышал хруст их костей. Неужели это и был наш первый контакт? Линшоу воспользовался моим телом как аккумулятором духовной энергии и теперь занимается тем же самым? Медленно, но верно выкачивает из Ци, не в силах напитаться самому? Звучит вполне разумно, вот только главная проблема заключалась в том, что это делало меня слабее, а я только вошёл в роль и вкусил собственной силы.
Нет, так дело не пойдёт.
— Как мне оборвать эту связь? Учитель, должен же быть способ! — встревоженно воскликнул я, резко открывая глаза.
— Я тебе говорил не называть меня так! — ответом мне стал рёв человека и удар бамбуковой
