говорю, данная тема меня особо не касается.
Клею теперь, наверно, тоже.
— На рынке двоих сборщиков поймали на занижении сбора! — тоже не слишком ко мне, потому что на подобное должен отреагировать старший по рынку. — Договаривались со знакомыми торговцами и давали им меньший налог, потом деньги между собой делили.
Ну, такое будет постоянно твориться. все хотят побольше денег получать. Хотя бывшие воины в Асторе очень честные и принципиальные люди, но паршивая овца всегда найдется. Особенно, когда большие суммы денег через твои руки каждый день проходят. Поэтому старшему над рынком лично выдан артефакт правды и магический камень, что проводить регулярные опросы.
— Уволили с рынка?
— Конечно, с позором! — отвечает он мне. — Еще бока намяли серьезно, что всех нас опозорили. И звание наше.
— А с торговцами как поступили? — интересно мне.
— Вычли налог в четырехкратном размере, забрали имуществом и с рынка выгнали, — уверенно доносит мне старший.
— Правильно поступил. Все должны знать, что за попытку обмана будет, — одобряю я его решение.
Лжи не чувствую, поэтому дальше не вникаю. И так пару часов всех слушаю, потому что самое удобное место для меня здесь получается.
Цементом, железом и тканями очень интересуются на юге, но купцы из Бейств просят скинуть оптовые цены.
— Цемента самих не хватает, наверно, какая тут скидка? Ткани можно подвинуться на одну восьмую часть, хотя и так цена самая низкая против ручной работы. Железо наше вообще не имеет конкурентов по качеству, поэтому скидки не будет! — решаю я все очень быстро.
Вечером уже в доме у меня встреча с Дропером и Аписом, разговоры чисто наедине про наши тайные и относительно законные дела. То есть совсем незаконные, но никто из нас угрызениями совести не мучается, все люди взрослые и жизнь понимающие.
— Значит, ситуация вполне контролируемая, вопрос только с тем, что знает и сколько смог навербовать тот второй доверенный посредник? — подвожу я итог.
— Да, Ольг, никаким переворотом или чем-то подобным в городе даже близко не пахнет. Но вот нанять меткого стрелка, чтобы высадить тебя или кого-то из Капитанов наши враги все же могут, — признает подобное положение вещей Апис.
— Я могу поставить сам в домах бывших начальников Гвардии и Стражи подслушивающие устройства, — вспоминаю я про артефакты скрытого глаза. — Тогда все их разговоры наши люди смогут слышать. Но вообще тогда долго придется подслушивать и людей отвлекать постоянно. Еще артефакты будут быстро разряжаться, придется проникать в дома и снова их заряжать. Наверно, проще будет сначала с вторым посредником порешать, правду ли он станет говорить — сами поймете. Если не сдастся и не согласиться на нас работать — тогда его в Быстрицу с камнями на ногах, чтобы никогда не всплыл. Потом уже придется с моими артефактами связываться.
Потом добавляю, немного подумав:
— Всегда так бывает, вроде ничего серьезного у противников не может получиться. А потом раз — и внезапный ход от них, после чего нужно или самим спасаться, или долго и мучительно решать серьезные вопросы. Так что лучше руку полностью держать на пульсе того брожения, которое происходит в домах бывших Капитанов. Еще нужно понимать, что они никогда не смирятся со своим поражением. Требуются серьезные доказательства насчет планирования будущего бунта, чтобы еще раз пройтись и отнять оставшееся добро. Или придется делать то, чего я вообще не хочу, — намекаю я на физическое устранение главных заговорщиков.
Прямо не говорю, потому что убивать Капитанов, даже бывших — очень плохое дело для всего Астора. Одни только подобные подозрения и слухи испортят жизнь всему новому Совете надолго. Может даже навсегда.
После моих заместителей встречаю Трона и Крипа, Клоя уже и так хлопочет на кухне, готовит поздний праздничный ужин. Посидели очень хорошо, мои замы по мастерским выдали мне полный отчет по работе, по деньгам и по имеющимся проблемам. Которые оказались не слишком серьезными, чтобы пришлось вмешиваться уже лично мне.
— Орния завтра придет! — сообщила мне Грита, когда мы уже ложимся спать. — Заходила уже сегодня, но ты был занят, хочет про агентство и строительства торгового дома во дворе трактира рассказать.
— Ну и хорошо, — обнимаю я Гриту, но внутри все же мешает проснувшаяся совесть, что сплю сам с ее же лучшей подругой.
«Это для дела! — успокаиваю я сам себя. — Клее нужна моя близость и поддержка, а она сама мне тоже близка».
Потом делаю давно напрашивающийся вывод:
«Отсутствовал в Асторе целый месяц, но пока никаких серьезных проблем не появилось, одна рутинная мелочевка. Дропер и Апис со всем вполне справляются и без меня, отличных я себе вырастил заместителей. Водера завтра увижу, он уже две осьмицы, как вернулся с Севера».
Глава 19
На следующий день первым делом с утра встречаюсь с Водером на производстве. Постоянная охрана промзоны Аписом увеличена, двое моих людей стоят на воротах, еще двое все время патрулируют периметр в дневное время, пока идет работа. Ночью на воротах никого не остается, но тогда пара охранников бродит внутри периметра, постоянно проверяя замки на кузницах и складе металлов.
Я сказал сюда ставить именно бывших гильдейцев, которым ночь не особо мешает проявлять свою привитую лесным образом жизни высокую бдительность. Тем более масляные лампы со всех сторон немного освещают подступы к промзоне.
Не думаю, что в Асторе вообще найдутся смельчаки пытаться на холодном оружии с бывшими гильдейцами поиграть в ночи. Даже вообще бесшабашные астрийцы не рискнут получить три ладони стали в живот от лесных убийц.
— Все правильно сделано! — хвалю я своего заместителя. — Ведь здесь теперь одного нашего металла на тысячи тайлеров лежит. Не говоря уже про крайне дорогие инструменты и всякие изделия наших кузниц, еще нового штамповочного цеха. Могут незаметно пробраться на территорию и украсть лихие людишки! Поэтому патрулирование обязательно, пусть здесь все время охранники дежурят.
Для массовой штамповки изделий из железа и всяких прочих сплавов теперь построен отдельных цех прямо на месте вывезенных каталонских горнов. Люди Водера используют в нем новые водяные колеса, еще раз серьезно улучшенные, то есть упрощенные самим Водером, которые теперь производятся в моих мастерских для ускорения общего процесса. Так что молоты бьют, штампы-прессы формируют и давят заготовки топоров, лопат, вил, всяких прочих изделий массового производства.
Теперь вся подобная продукция, зарекомендовавшая себя, как особо качественная, влет
