европейская публика восторгается, как стадо овец! — резко выкрикнул барон.
Эрцгерцог удивлённо поднял брови.
— Но результаты говорят сами за себя.
— Я тридцать лет практикую целительство, ваша светлость, доверьтесь моему опыту, — отрезал Хаммерстайн.
Фон Лехнер задумчиво помолчал и медленно встал с кушетки.
— Что ж, барон. Благодарю за консультацию. Но, пожалуй, я попробую обратиться к кому-то другому.
— Что? — Хаммерстайн опешил.
— Поймите меня правильно, я очень дорожу здоровьем. Мне нужен целитель, который идёт в ногу со временем. Без обид, барон, но ваш подход кажется мне… устаревшим, — ответил эрцгерцог.
Он взял пальто и направился к выходу. Хаммерстайн стоял неподвижно, глядя ему вслед.
Дверь закрылась.
Генрих прорычал что-то невнятное и пнул кушетку. Она откатилась и с грохотом врезалась в стену.
Устаревший⁈ Он, лучший целитель Австрии, признанный мастер ауральной хирургии⁈
Вот, значит, каким его теперь считают…
И всё из-за этого проклятого русского.
Сначала симпозиум. Потом дуэль. Унизительное извинение на камеру, которое Генрих был вынужден записать и выложить на сайте симпозиума. Хорошо хоть, доступ к сайту ограничен, и только участники могут туда зайти… Но всё равно!
А теперь ещё и пациенты уходят, потому что он не использует методику Сереброва.
Хаммерстайн тяжело опустился в кресло. Его руки дрожали от ярости.
В дверь постучали.
— Приём на сегодня окончен! — рявкнул барон.
Дверь всё равно открылась. В кабинет вошёл незнакомый мужчина — среднего возраста, неприметной внешности, в сером костюме.
— Я сказал — приём окончен!
— А я не лечиться пришёл, барон, — мужчина улыбнулся и закрыл за собой дверь.
— Тогда что вам нужно? — Хаммерстайн нахмурился.
— Я бы хотел обсудить, так скажем, трудности международных отношений. Особенно что касается одного целителя из Российской империи, — с улыбкой ответил человек.
Генрих внимательно посмотрел на незнакомца.
— Кто вы?
— Моё имя не имеет значения. Важно то, что я представляю группу единомышленников. Людей, которые, как и вы, недовольны русским выскочкой в европейской медицине.
— И чего вы хотите? — буркнул барон.
Мужчина подошёл ближе и сел в кресло напротив Хаммерстайна. Без приглашения, как будто имел на это полное право.
— Граф Серебров — проблема. Для вас, для нас, для многих. Он лезет туда, куда его не звали. Заводит связи, заключает сделки, переманивает пациентов. Если его не остановить, через несколько лет он обретёт большое влияние в Европе.
— И что вы предлагаете? — уже чувствуя интерес, спросил Генрих.
— Сотрудничество. У вас есть репутация, связи в медицинском сообществе, доступ к информации. У нас есть… другие ресурсы. Вместе мы сможем сделать то, что по отдельности невозможно, — улыбнулся незнакомец.
Хаммерстайн молчал, обдумывая услышанное.
Здравый смысл говорил — откажись. Это явно что-то незаконное, возможно, опасное. Связываться с такими людьми — это рисковать всем.
Но гнев говорил другое.
Серебров неоднократно унизил его, запачкал репутацию, которую барон строил десятилетиями.
За это нужно отомстить любой ценой.
— Допустим, я заинтересован. Что конкретно вы предлагаете? — медленно произнёс Генрих.
Мужчина улыбнулся шире.
— Я знал, что мы поймём друг друга, барон. Позвольте, я расскажу подробнее…
Российская империя, город Новосибирск, усадьба рода Серебровых
Звонок раздался посреди ночи.
Я взял телефон, ещё не до конца проснувшись. На экране высветилось: «Матвей Курбатов».
— Слушаю.
— Юрий Дмитриевич, у нас проблема. — голос Матвея звучал напряжённо.
— Что случилось? — спросил я. Сон мгновенно схлынул.
— Мы нашли вход в подземный комплекс под храмом. Там… там что-то есть. Какая-то древняя, очень сильная энергия, — ответил Матвей.
Я сел на кровати, включил лампу.
— Что конкретно вы видели?
— Два дня назад обнаружили скрытый проход за алтарём. Камень отодвинулся, когда Иван случайно коснулся одного из символов. Там была лестница вниз. Мы спустились.
— И что там?
— Целый лабиринт в несколько этажей. Мы исследовали несколько уровней, на третьем нашли большой зал с каменным постаментом в центре. А за ним — коридор. Не просто тёмный — там темнота… как будто живая. Она двигается, пульсирует. И от неё исходит энергия. Непонятная, ни на что не похожая, — рассказал Матвей.
Вот дерьмо. Неужели это Пустота?
— Надеюсь, вы не приближались к этому коридору? — спросил я.
Курбатов замолчал. Пауза затянулась.
— Матвей⁈
— Иван зашёл.
— Один?
— Да. Мы пытались остановить его. Но он… он как будто не слышал. Просто шагнул в темноту и исчез, — ответил Матвей.
Твою мать.
— Когда это произошло? — вскакивая с постели спросил я.
— Два часа назад. Мы ждали, звали его. Но не рискнули пойти следом. Я… простите, ваше сиятельство, я не знаю, что делать, — признался Матвей.
Если там действительно Пустота, то Ивану уже ничем не поможешь. Но я не могу быть в этом уверен, пока не увижу своими глазами. Вполне возможно, что это нечто другое.
Может быть, у моего друга есть шанс.
— Я отправляюсь к вам, — твёрдо произнёс я. — Ждите, и пусть никто больше не входит в тот коридор.
— Понял, граф. Конец связи, — ответил Курбатов.
Я сбросил звонок и начал одеваться.
«Хозяин. Ты думаешь, они нашли врата Пустоты?», — подал голос Шёпот.
«Возможно. Рагнар говорил о том, что в том храме когда-то были врата. Но к ним ведь нужен ключ, так? А этот ключ был уничтожен», — ответил я, уже закидывая вещи в сумку.
А если там действительно врата — нужно понять, что с ними делать. Закрыть? Уничтожить? Или… использовать?
Рагнар молчал. Он вообще молчал с тех пор, как я получил фотографии из храма. Словно ждал чего-то.
Я набрал телефон Демида Сергеевича.
— Да, господин? — хрипло ответил он.
— Капитан, соберите мне отряд. Лучшие гвардейцы, два боевых мага и ещё один целитель. Вылетаем в Афганистан через два часа.
Демид Сергеевич немного помедлил и произнёс:
— Так точно. Люди будут готовы. Я могу узнать…
— У Курбатовых трудности, надо помочь. Выполняйте приказ, — ответил я и положил трубку.
Теперь надо связаться с Воронцовым, чтобы помог организовать коридор через границу. Может, и с транспортом поможет — вряд ли я смогу быстро найти рейс или частный самолёт в Афганистан.
Я вернулся в кабинет и достал из сейфа артефакт из метеоритного железа. Защитные чары уже восстановились, а защита мне может очень пригодиться.
«Ну что, готов отправиться в храм Пустоты?» — спросил я Шёпота.
