её на руки, и он понёс её в спальню, не отрывая губ от её кожи.
Он был нежен, когда снимал с неё последнюю одежду. Он вошёл в неё — медленно, давая ей привыкнуть к каждому миллиметру, к каждому вздымающемуся ощущению. Она вскрикнула, вцепившись ему в плечи, и он замер, прижав лоб к её лбу, его дыхание было горячим и прерывистым.
— Ты… невероятная … — он не мог подобрать слов, просто смотрел ей в глаза, и в его взгляде была чистая, животная страсть.
Он вошел в нее резко. Ее нутро сжималось в унисон его толчкам. Марк чувствовал все: как её ноги обвивают его бёдра, как её пальцы впиваются в его спину, оставляя следы, которые завтра будут напоминать ему об этой ночи.
Он перевернул её на живот, и она покорно подчинилась, уткнувшись лицом в подушку. Его руки обхватили её бёдра, его губы прижались к её позвоночнику, и он снова вошёл в неё — теперь глубже, теперь уже без сдерживания. Её крик был приглушён тканью, её тело выгнулось.
— Скажи моё имя, — приказал он, и его голос дрожал. — Скажи, чья ты.
— Твоя, — выдохнула она, теряя контроль. — Только твоя, Марк...
Это стало для него сигналом, последней каплей, сорвавшей плотину. Его движения стали резкими, яростными, точными. Она чувствовала, как её собственное напряжение нарастает, как волна удовольствия готова обрушиться. И когда она наконец сорвалась в бездну, с криком, в котором смешались боль и невыразимое наслаждение, он последовал за ней, прижав её к себе так сильно, будто хотел вобрать в себя.
Они лежали сцепленные, дыша в унисон. А его губы шептали что-то на её коже.
Только когда их сердца перестали бешено колотиться, он осторожно перевернул её на бок, притянул к себе и накрыл одеялом. Его рука лежала на её животе, а дыхание ласкало её шею.
— Никогда, — прошептал он в темноте. — Никогда я не чувствовал ничего подобного.
Алиса не ответила. Просто прижалась к нему сильнее, закрыла глаза и растворилась в его тепле.
Глава 28. Ссора
Прошел месяц.
Марк и Алиса ужинали в ее квартире — она готовила пасту с морепродуктами, а он, сняв пиджак и закатав рукава, наливал вино. Вечер был тихим, уютным, пока Алиса не упомянула о новом заказе — переводе документов для крупной IT-компании.
— Кстати, о работе, — сказала она, помешивая соус. — Юра вчера звонил, предлагает помочь с переводом его каталога для выставки в Берлине. Гонорар хороший, да и проект интересный.
Имя «Юра» повисло в воздухе, словно похолодало. Алиса сразу же почувствовала изменение в атмосфере. Марк не ответил, лишь поставил бокал на стол с чуть более громким, чем нужно, стуком.
— Что? — спросила она, прекращая помешивать.
— Ничего, — он отвернулся, но его плечи были напряжены.
— Марк, — она положила ложку. — Давай не будем снова начинать про Юру. Это работа. Просто работа.
— Работа, — он повернулся к ней, и в его глазах горел знакомый огонь. — С твоим «другом», который смотрит на тебя как на свою личную музу.
— О Боже, — Алиса закатила глаза. — Мы уже это проходили. Он друг. И он платит деньги за профессиональную услугу. Или ты хочешь, чтобы я отказывалась от хороших заказов из-за твоей... паранойи?
— Это не паранойя! — его голос повысился. Он встал и начал мерить комнату шагами. — Это... Я вижу, как он на тебя смотрит. Как он к тебе прикасается. А ты... ты это поощряешь.
Алиса почувствовала, как гнев поднимается в ней горячей волной.
— Я что, по-твоему, флиртую с ним? — ее собственный голос стал громче. — Я просто живу своей жизнью, Марк! Работаю, общаюсь с друзьями. Или тебе нужна женщина, которая будет сидеть дома и ждать твоего звонка, не имея ни своей работы, ни своих интересов, ни своих друзей?
— Мне нужна женщина, которая будет со мной! — он остановился перед ней, его лицо было искажено гневом и обидой. — А ты... Ты постоянно отдаляешься. У тебя своя жизнь, в которую у меня нет доступа.
— А в твою жизнь у меня есть доступ? — сказала она, кинув лопатку в сковороду. — Ты знакомил меня со своими друзьями? Водил к себе домой? Нет! Ты прилетаешь ко мне, как в гостиницу, мы проводим вместе несколько дней, а потом ты исчезаешь в своем московском мире! А я должна сидеть и ждать, отказываясь от всего, что может вызвать твою ревность?
— Мой мир не для тебя! — вырвалось у него, и он тут же понял, что сказал что-то непоправимое.
Воздух в комнате застыл. Алиса смотрела на него с таким потрясением и болью, что у него сжалось сердце.
— Что? — прошептала она.
— Я не это имел в виду, — он попытался поправиться, но было поздно.
— Нет, ты именно это и имел в виду, — ее голос дрожал. — «Мой мир не для тебя». Спасибо за честность. Значит, я так и останусь твоей... тайной подругой? Утешением на время визитов в Петербург?
— Алиса, перестань, — он шагнул к ней, но она отступила.
— Нет, ты перестань! — в ее глазах стояли слезы, но она не позволяла им упасть. — Ты хочешь, чтобы я принадлежала тебе полностью. Но сам не готов делиться со мной ничем. Ты хочешь купить меня, как все в своей жизни? Мои чувства, мою преданность, мою свободу?
— Я никогда не пытался тебя купить! — закричал он.
— А что тогда все эти подарки? Дорогие ужины? — она замахнулась на вазу с розами, которые он прислал на днях, но вовремя остановилась. — Ты не понимаешь, Марк? Мне не нужны твои деньги! Мне нужен ты! Настоящий, а не тот, кто пытается контролировать каждый мой шаг!
— Я не контролирую! Я просто... — он замялся, не в силах подобрать слов.
— Боишься? — закончила за него Алиса. — Боишься потерять контроль? Потерять меня? Знаешь что? Может, тебе и не стоит бояться. Потому что то, что ты делаешь, именно к этому и ведет!
Они стояли друг напротив друга, оба тяжело дыша. Паста на плите давно подгорела, наполняя кухню запахом гари.
— Я не могу так, — наконец сказала Алиса, и ее голос был тихим и усталым. — Я не могу быть с человеком, который не доверяет мне. Который считает меня своей собственностью.
— И я не могу быть с женщиной, для которой я всего лишь... развлечение между серьезными проектами и встречами с «друзьями»! — бросил он в ответ.
Это было ударом ниже пояса. Алиса побледнела.
— Уходи, — прошептала она.
— Что?
— Я сказала, уходи! — ее голос сорвался на крик. — Сейчас же!
Марк посмотрел на нее, молча
