Пьер Корнель - Театр французского классицизма

Скажите тем, кто дал вам порученье:
Угрозы их для нас — одно лишь развлеченье,
И их повесток мы хранить не станем!

Вот!

Так это не письмо! Она повестку рвет!
«Приди, о дочь моя!»[139] Любовь ты заслужила!
Кровь Шикано течет в твоих, малютка, жилах!
Открыта пред тобой прекрасная стезя!
Но все ж повестки рвать, дитя мое, нельзя.

Скажите им, что я их не боюсь нисколько.
Пусть пишут! Мы прочтем — и улыбнемся только!

Ну, ну, не горячись!

Прощайте!

Так. Сейчас
Составим акт.

Нельзя ль простить на первый раз?
Она неопытна! Все это — от волненья!
Повестку склею я при вас в одно мгновенье.

Не надо.

Сможем мы прочесть ее вполне!

Да стоит ли труда! Есть копия при мне.

Вы — славный человек. Подружимся легко мы.
Но удивлен я тем, что мне вы незнакомы:
В суде я знаю всех.

Спросите у судьи:
Ему известны все достоинства мои.

Так кто же вас прислал?

Я к вам по порученью
Особы некоей. Она свое почтенье
Вам просит выразить и вас оповестить
О том, что вы должны ей нечто возместить.

Я? Разве я нанес кому-нибудь обиду?

Помилуйте! Вы так добросердечны с виду!

Чего хотите вы?

Они от вас хотят,
Чтоб взяли вы слова поносные назад
И при свидетелях признали их отныне
Почтенной дамою.

Ну, это — от графини!

Она вам шлет поклон.

Я — также.

Рад весьма.

Я от нее и ждал подобного письма!
Скажите, сударь, ей: я медлить не умею;
Она получит все, желаемое ею,
У пристава. И пусть не бьет тревогу зря.
Что ж пишут нам? Так, так. «Шестого января
Графиня де Пенбеш, беседуя с Жеромом
Из рода Шикано, зловредностью влекомым,
Им незаслуженно была оскорблена.
Задета честь ее, и требует она,
Чтоб при свидетелях и при судейском чине
Вышеозначенный признался, что графиня —
Особа здравая, вполне в своем уме
И вовсе нет причин держать ее в тюрьме.
Ле Бон». Вас так зовут?

Да, сударь, я не скрою.
Ле Бон и ваш слуга.

Но с подписью такою
Повесток никогда не присылал мне суд!
Как? Господин…

Ле Бон.

Вы, сударь, просто плут!

Я — честный человек. Шумите вы напрасно.

Разбойник! Негодяй! Теперь мне это ясно!

Бранитесь, в добрый час! Но знайте: по суду
За оскорбленье с вас потребую я мзду!

Мерзавец!

К доводам моим не будьте глухи.

Я заплачу тебе две звонких… оплеухи!

Пощечина! Ее мы в протокол внесем!

«Свидетельствую сим, что господин Жером
Из рода Шикано мне, приставу Ле Бону,
В законных действиях моих чинил препону
Посредством бранных слов…»

Не только слов!

«Пинок
Он мне нанес такой, что был им сбит я с ног.
Означенный Жером, на том не успокоясь,
Сорвал с меня парик и разорвал мой пояс.
За это отвечать он должен по суду».
Ну, сударь, что же вы? Я продолженья жду!
Возьмите палку! Вот моя спина.

Мошенник!

Еще удар — и мне, пожалуй, хватит денег.[140]

Я погляжу, какой ты пристав!

Ну, смелей!
Лупите! У меня одиннадцать детей!

Ах, господин Ле Бон! Прошу вас не сердиться!
Ведь даже и мудрец способен ошибиться!
Вы — пристав подлинный, и дорогой ценой
Готов я искупить поступок столь дурной.
Отец хоть не сумел оставить мне наследства,
Но жить меня учил, внушал мне с малолетства
Почтенье к господу, к мундиру и к чинам.
Возьмите!

Так легко не откупиться вам!

Не подавайте в суд!

Ого! А как же палка,
Пинок, пощечина?

И вам меня не жалко?
Я все беру назад!

Покорный ваш слуга!
Нет, мне пощечина как память дорога!

Как кстати, что вы здесь! Не проходите мимо!
Мне ваше мнение весьма необходимо!
Вот этот, с виду столь достойный господин
Мне только что нанес удар, — и не один!

Вам?

Мне. И от сего почтеннейшего мужа
Немало бранных слов услышал я к тому же.

А есть свидетели?

Пощупайте слегка;
Еще и посейчас горит моя щека.

Итак, я вас застал на месте преступленья.

Вот черт!

Оказано суду сопротивленье:
Повестку разорвав на несколько частей,
Сказала дочь его, что презабавно ей
Читать сей документ.

Строптивая девица!
Порвать повестку в суд! Велите ей явиться!

Я грежу наяву? Иль это все во сне?
Хоть бы один из них в суде встречался мне!