Ознакомительная версия. Доступно 31 страниц из 205
Внезапно он содрогнулся.
– Именно это и надлежит делать, господин Утред! Бить ребенка, чтобы заставить его слушаться! Ребенок учится переносить боль, когда его бьют, и это беременное дитя должно усвоить свой долг. Такова воля Божья! Да славится Бог!
* * *
На прошлой неделе я услышал, что Эркенвальда провозгласили святым. Священники явились в мой дом близ Северного моря, нашли там меня, старика, и сказали, что всего несколько шагов отделяет меня от пламени ада. Мне всего лишь нужно раскаяться, сказали они, и я отправлюсь на небеса, чтобы жить вечно в блаженной компании святых.
Но я предпочту гореть до тех пор, пока само время не обратится в пепел.
Вода капала с лопастей весел, от капель по морской воде разбегалась рябь. Море было словно выложено плитками света, которые медленно двигались, разделялись, сливались вновь и скользили.
Наш корабль стоял на этом движущемся свете. На борту царила тишина.
Небо к востоку походило на расплавленное золото, вылитое вокруг громады просвеченных солнцем облаков; остальное небо было голубым. Бледно-голубым к востоку и темно-голубым к западу, где ночь быстро отступала к неведомым землям за далеким океаном.
На юге я видел низкий берег Уэссекса. Он был зеленым и коричневым, без деревьев. До него было не так далеко, хотя я не стал бы подходить к нему ближе, потому что в море, по которому скользил свет, скрывались мели и отмели.
Наши весла бездействовали, ветер не дул, но все равно мы неустанно двигались на восток, подхваченные приливом и сильным течением реки. Это было устье Темеза – широкое пространство воды, ила, песка и ужаса.
Наш корабль не имел названия. На его корме и носу не были укреплены головы чудовищ. То было торговое судно, одно из двух, захваченных мной в Лундене, – широкое, медлительное, неуклюжее, вместительное. У него имелся парус, но он был свернут и привязан к рею, а рей покоился на подпорках.
Мы дрейфовали с отливом в сторону золотого рассвета.
Я стоял, положив правую руку на рулевое весло, в кольчуге, но без шлема. К моему поясу были пристегнуты оба меча, но их, как и кольчугу, скрывал грязный коричневый шерстяной плащ.
На скамьях сидели двенадцать гребцов; Ситрик стоял рядом со мной, а еще один человек находился на носовой площадке. Как и на мне, на всех остальных не было заметно доспехов и оружия. Мы выглядели настоящим торговым кораблем, дрейфующим вдоль уэссекского берега в надежде, что на северном берегу устья нас не видят.
Но нас видели.
И за нами крался морской волк.
Он шел на веслах к северу от нашего судна, слегка отклоняясь к юго-востоку, ожидая, когда мы повернем и попытаемся спастись вверх по реке, против течения. Чужой корабль отделяло от нас около мили, и я видел короткую черную поднятую линию его форштевня, увенчанного головой чудовища. Корабль не торопился. Мы не гребли, и его капитан принял нашу пассивность за признак паники. Он думал, что мы обсуждаем – что же нам делать. Весла его корабля медленно погружались в воду, но каждый удар посылал далекое судно вперед, чтобы отрезать нам путь в море.
Финан, сидевший на одном из весел у кормы корабля, обернулся через плечо.
– В команде человек пятьдесят? – спросил он.
– Может, больше, – ответил я.
Он ухмыльнулся.
– Намного больше?
– Возможно, их около семидесяти? – предположил я.
Нас было сорок три человека, и все, кроме пятнадцати, прятались там, где на судне обычно складывают товары. Спрятавшиеся прикрылись старым парусом, отчего казалось, что мы везем соль или зерно – груз, который надо защищать от дождя и брызг.
– Если их семьдесят, бой будет редкостным, – с наслаждением проговорил Финан.
– Боя вообще не будет, – ответил я. – Потому что они не будут знать, кто мы.
И я был прав.
Мы казались легкой добычей – горстка людей на толстопузом судне. Морской волк встанет с нами борт к борту, дюжина человек перепрыгнет на наш корабль, а остальная их команда будет просто наблюдать за побоищем. По крайней мере, я надеялся, что так и произойдет. Конечно, наблюдающая команда будет вооружена, но они не ожидают битвы, зато мои люди будут к ней готовы.
– Помните, – громко сказал я, чтобы прятавшиеся под парусом тоже меня услышали, – мы убьем всех!
– Даже женщин? – спросил Финан.
– Кроме женщин, – ответил я.
Я сомневался, что на борту далекого корабля окажутся женщины.
Ситрик, сидевший на корточках рядом со мной, прищурился, глядя на меня снизу вверх.
– А зачем убивать всех, господин?
– Чтобы они научились нас бояться, – ответил я.
Золото в небе светлело и угасало. Солнце поднялось над темной грядой облаков, и море мерцало еще ярче. На переливающейся, медленной текущей воде виднелось длинное отражение вражеского корабля.
– Весла правого борта! – крикнул я. – Табань! Да понеуклюжей!
Гребцы ухмыльнулись, намеренно вспенивая воду неловкими ударами, которые медленно повернули нос нашего судна вверх по течению, как будто мы пытались спастись. С нашей стороны это было бы вполне разумным, если бы мы и вправду были так невинны и беззащитны, как выглядели. Тогда нам следовало бы грести к южному берегу, вытащить судно на сушу и бежать, спасая свою жизнь. Но вместо этого мы повернули и начали грести, борясь с отливом и течением. Наши весла сталкивались, заставляя нас казаться неумелыми, испуганными дураками.
– Он заглотил наживку, – сказал я гребцам.
Но теперь, когда нос нашего судна смотрел на запад, они и сами видели, что враг начал грести всерьез. Викинг шел прямо за нами, его весла поднимались и опускались, как крылья, белая вода вздымалась и опадала под его форштевнем, когда каждый удар весел посылал корабль вперед.
Мы продолжали изображать панику. Наши весла стукались друг о друга, поэтому мы не гребли, а просто месили воду вокруг неуклюжего корпуса. Возле нашей короткой мачты кружили две чайки, их печальные крики разносились в прозрачном утреннем воздухе. Далеко к западу, там, где небо потемнело от дымов Лундена, лежащего за горизонтом, я видел крошечную темную черточку и знал – это, должно быть, мачта еще одного корабля. Корабль шел к нам, и наш преследователь наверняка тоже видел его и гадал, дружеское это судно или вражеское.
Не то чтобы это имело значение, потому что викинг за пять минут захватил бы наше маленькое торговое судно, на котором так не хватало людей, и имел бы в запасе еще почти час до того, как отлив и усердная гребля привели бы находившийся на западе корабль к месту, где мы бултыхались. Викинг быстро приближался, его весла работали в унисон, но такая скорость означала, что чужие гребцы не только окажутся не подготовленными в схватке, когда доберутся до нас, но и устанут. Венчавшая высокий нос вражеского корабля гордая голова изображала орла с открытым клювом, выкрашенным красным, как будто птица только что рвала кровавую плоть жертвы. Под этой резной головой на носовой площадке сгрудилась дюжина вооруженных людей. Им предстояло перебраться на наше судно и перебить нас.
Ознакомительная версия. Доступно 31 страниц из 205
