Ознакомительная версия. Доступно 52 страниц из 341
Порой он мечтал о том, чтобы прикончить осточертевшего дядюшку, но понимал, что это чревато серьезными неприятностями, и потому просто ждал, надеясь, что старик и сам умрет достаточно скоро. И пока Жослен предавался мечтаниям о наследстве, граф мечтал о Граале. Он решил обшарить то, что осталось от замка, а поскольку шкатулка была найдена в замковой часовне, приказал дюжине монастырских крепостных, чье положение почти не отличалось от положения рабов, выломать древние плиты пола и исследовать подвалы. В подвалах, как он и предполагал, оказались захоронения. Тяжелые тройные гробы вытащили из ниш и вскрыли. Внутри внешнего гроба чаще всего находился свинцовый, который проходилось разрубать топорами.
Свинец складывали на повозку, чтобы отвезти в Бера, но всякий раз, как разламывали внутренний гроб, каковой обычно был сделан из вяза, сердце графа замирало в ожидании куда более ценной добычи. Внутри находились высохшие и пожелтевшие скелеты, они лежали, молитвенно сложив истлевшие до костей руки. Нашлись и кое-какие ценности: некоторые женщины были похоронены со множеством украшений. Граф срывал истлевшие саваны, не забывая обобрать с них кольца, бусы и ожерелья, но вот Грааля ни в одном из гробов не было. Были только черепа и обрывки кожи, темные, как древние пергаменты. У одной покойницы сохранились длинные золотистые волосы, и граф ими залюбовался.
– Наверное, была хорошенькая, – заметил он, обращаясь к брату Руберу.
Граф гундосил, хрипел и чихал каждые несколько минут.
– Она ожидает Судного дня, – сердито отозвался клирик, неодобрительно смотревший на разграбление могил.
– Должно быть, она была молода, – сказал граф, глядя на волосы мертвой женщины, но как только останки попытались вынуть из гроба, тонкие пряди рассыпались в прах.
В одном детском гробике находилась старая складная, на петлях, шахматная доска. Клетки, которые на шахматных досках графа в замке Бера были черными, здесь отличались от белых, гладких, наличием мелких ямочек. Граф был заинтригован этим, но гораздо больше его заинтересовала горсть старинных монет, заменявших шахматные фигуры. На них был изображен профиль Фердинанда, первого короля Кастилии, и граф подивился качеству чеканки.
– Им триста лет! – восторженно сообщил он отцу Руберу, после чего прибрал монеты и велел сервам долбить молотками очередной саркофаг.
Останки после обыска возвращали в деревянные гробы, гробы укладывали в саркофаги дожидаться Судного дня. Над каждым потревоженным и захороненным вторично покойником отец Рубер читал молитву, и тон его графу не понравился. Было ясно, что священник не одобряет его действий.
На третий день, когда все гробы были обшарены и ни в одном из них так и не нашлось исчезнувшего Грааля, граф приказал своим сервам копать под апсидой, на том самом месте, где некогда находился алтарь. Сперва казалось, что в твердом слое земли, покрывавшей скалу, на которой был возведен замок, ничего нет, и граф уже начал впадать в уныние, но тут один из сервов извлек из ямы серебряную шкатулку. Граф, которого пробирал озноб, одолевала усталость и донимала простуда, при виде потемневшего ларчика мигом забыл обо всех недугах. Выхватив у крепостного находку, он торопливо вынес ее на дневной свет и с помощью ножа сломал замочек.
Внутри лежало перо. Всего лишь перо. Пожелтевшее, оно, надо думать, когда-то было белым, и граф решил, что это наверняка перо из гусиного крыла.
– И зачем кому-то могло понадобиться хоронить перо? – с недоумением спросил он отца Рубера.
– Считается, что святой Север исцелил здесь крыло ангела, – объяснил доминиканец, вглядываясь в перо.
– Конечно! – воскликнул граф и подумал, что это объясняет желтоватую окраску, ибо перо, скорее всего, первоначально имело цвет золота. – Перо ангела! – произнес он с благоговением.
– Больше похоже на перо лебедя, – лаконично заметил отец Рубер.
Граф тщательно осмотрел почерневшую от пребывания в земле серебряную шкатулку.
– Вот это может быть ангел, – сказал он, указывая пальцем на тускло проступавшие завитки.
– Может быть, да, а может быть, и нет.
– Не много от тебя помощи, Рубер.
– Я еженощно молюсь за твой успех, – сдержанно промолвил брат, – но я также беспокоюсь о твоем здоровье.
– У меня просто заложен нос, – сказал граф, хотя и подозревал нечто более серьезное.
У него шумело в голове, болели суставы, но он твердо знал, что стоит ему найти Грааль, и от всех этих мелких неприятностей не останется и следа.
– Перо ангела! – с изумлением повторял граф. – Это чудо! Не иначе как знамение!
А потом произошло и еще одно чудо, ибо человек, откопавший серебряную шкатулку, наткнулся под слоем слежавшейся земли на каменную кладку. Услышав о находке, граф сунул серебряную шкатулку Руберу, побежал к алтарю и с трудом вскарабкался на земляной отвал, чтобы осмотреть стену собственными глазами. Виден был лишь небольшой кусок, сложенный из обтесанных камней, и когда граф, выхватив у серва лопату, постучал по кладке, по звуку стало понятно, что за стеной находится пустое пространство.
– Сломать! – возбужденно приказал он, указывая на стену. – Сделать пролом! Оно там! – Граф с торжеством взглянул на отца Рубера. – Я знаю! Сокровище там!
Однако отец Рубер не спешил разделить радость своего покровителя: его внимание привлек подъехавший к месту раскопок закованный в стальные турнирные латы графский племянник.
– В соседней долине зажгли сигнальный костер, – доложил Жослен.
Граф, хотя ему до смерти не хотелось отрываться от находки, кряхтя, взобрался по лестнице и устремил взгляд на запад, туда, где по блеклому небу медленно ползло на юг облако грязноватого дыма. Казалось, оно выплыло из-за ближайшего кряжа.
– Англичане? – вопросительно произнес граф.
– А кто же еще? – ответил Жослен.
Его ратники, уже в доспехах, готовые выступить, ждали у подножия тропы, ведущей к замку.
– Мы доскачем туда через час и застанем их врасплох, – сказал Жослен.
– Лучники… – предостерегающе начал граф, но оглушительно чихнул и долго не мог восстановить дыхание.
Отец Рубер посмотрел на графа с опаской. Похоже, старик подцепил лихорадку, причем виноват в этом был сам: вольно́ же ему было устраивать раскопки в этакую холодину.
– Лучники, – повторил граф, его глаза слезились. – Будь осторожен! С лучниками шутки плохи.
Раздраженный Жослен не сразу нашелся с ответом, но тут неожиданно на помощь ему пришел отец Рубер:
– Монсеньор, мы знаем, что они выезжают маленькими группами и оставляют часть лучников охранять свою крепость. Думаю, этих мерзавцев там не больше дюжины.
Ознакомительная версия. Доступно 52 страниц из 341
