Ознакомительная версия. Доступно 52 страниц из 341
Томас уже проделывал это раньше, много раз. Он освоил это ремесло в Бретани, стреляя из-за таких же живых изгородей и участвуя в истреблении множества врагов. Французы, узнав на собственной шкуре, что такое боевой лук, взяли за обычай высылать вперед арбалетчиков, но английские стрелы убивали их прежде, чем они успевали перезарядить свое мощное, но не скорострельное оружие, и всадникам оставалось только либо бросаться в атаку, либо отступать. Как бы то ни было, английские лучники господствовали на полях сражений Европы, ибо другие народы не овладели стрельбой из тисового лука.
Лучники, как и люди сэра Гийома, находились в укрытии, а ратники под началом Робби задержались на виду как приманка на возвышавшемся с севера от деревенской улицы кургане. Кто-то копал, остальные сидели на земле, как будто отдыхая. Двое следили за костром, дым которого приманивал врага. Томас с Женевьевой подошли к кургану, и, пока девушка ждала у подножия, лучник, поднявшись наверх, заглянул в яму, выкопанную сэром Гийомом.
– Пусто?
– Камешков уйма, – усмехнулся Робби, – но золотых самородков не видно.
– Ты знаешь, что делать?
Робби весело кивнул:
– Дождаться, когда их наступление расстроится, и атаковать.
– Только не ударь раньше времени.
– Мы не ударим раньше времени, – ответил за шотландца англичанин по имени Джон Фэрклот.
Ратник был старше Робби и годами, и опытом, и, хотя знатное происхождение давало шотландцу право командовать всадниками, у него хватало ума прислушиваться к советам бывалых, видавших виды воинов.
– Мы тебя не подведем, – весело заверил Томаса шотландец.
Лошади его ратников стояли наготове за курганом. При появлении врага ратники должны были быстро сбежать вниз и сесть в седла, а когда неприятельская атака захлебнется под стрелами, зайти в тыл противнику, поймав его таким образом в ловушку.
– Не исключено, что к нам в гости спешит мой кузен, – сказал Томас. – Ручаться не стану, но это вполне возможно.
– Мы с ним в ссоре, – промолвил Робби, вспомнив убитого брата.
– Робби, он нужен мне живым. У меня есть к нему вопросы, на которые я хочу получить ответы.
– Ладно, получишь свои ответы, а мне потом нужна его глотка.
– Сперва ответы, глотка потом, – отозвался Томас и обернулся: Женевьева позвала его от подножия кургана.
– Я что-то заметила, – сказала она, – там, под каштанами.
– Не смотреть в ту сторону! – крикнул Томас тем людям Робби, которые слышали эти слова, а сам, лениво потягиваясь, словно нехотя повернулся и устремил взгляд за речушку.
Сперва он увидел только двух крестьян, которые несли через брод связки кольев, и подумал было, что Женевьева их и заметила, но, посмотрев на другой берег, разглядел трех спрятавшихся за деревьями всадников. Очевидно, они считали себя надежно укрытыми, но в Бретани Томас научился замечать опасность в чащах и зарослях.
– Это их разведка, – сказал он шотландцу, – теперь ждать недолго, а?
Томас натянул лук.
Робби вгляделся повнимательней.
– Один из них, кажется, священник, – сказал он без особой уверенности.
– Просто на нем черный плащ, – предположил Томас, вглядевшись в том же направлении.
Трое всадников повернули и скоро скрылись за деревьями.
– А что, если это граф Бера? – спросил Робби.
– Допустим, это так. Ну и что?
Чувствовалось, что Томаса такая возможность не воодушевила. Очень уж ему хотелось схватиться с кузеном.
– Вот будет выкуп так выкуп!
– Это точно.
– Так ты не будешь против, если я останусь, пока он не будет выплачен?
Этот вопрос неприятно поразил Томаса. Он уже привык к мысли, что Робби уйдет из отряда и не будет больше баламутить людей своей ревностью.
– Ты хочешь остаться?
– Чтобы получить мою долю выкупа, – вскинулся Робби. – А что в этом такого?
– Нет-нет, – поспешил успокоить друга Томас. – Ты получишь свою долю, как же иначе.
Он подумал, что, пожалуй, уж лучше выплатить Робби его долю вперед из своего кармана и таким образом ускорить продвижение шотландца по его покаянной стезе, но сейчас было не время делать это предложение.
– Смотри не бросайся в бой слишком рано! – снова остерег он молодого человека. – Ну, с Богом, Робби!
– Нам давно пора как следует подраться, – сказал Робби, воспрянув духом. – Не давай своим лучникам убивать богатых всадников. Оставь нескольких и для нас.
Усмехнувшись, Томас спустился с кургана, нацепил тетиву на лук Женевьевы и направился с ней туда, где скрывался со своими людьми сэр Гийом.
– Ждать уже недолго, ребята, – сказал он, взобравшись на телегу, чтобы выглянуть через забор на дорогу.
Его лучники, затаившиеся за живой изгородью, уже наложили на луки первые стрелы с широкими наконечниками.
Томас присоединился к ним и принялся ждать. Ожидание затягивалось. Время, казалось, замедлилось, оно еле ползло, чуть ли не замерло на месте. Ожидание показалось Томасу столь долгим, что у него появилось опасение: а что, если враги догадались о засаде и двинулись в обход, чтобы ударить с тыла или с фланга? Кроме того, могло статься, что из городка Массюб, находившегося не так далеко, послали людей выяснить, с чего это в деревне разожгли сигнальный костер.
Сэр Гийом разделял его беспокойство.
– Ну где же они, черт возьми? – спросил он, когда Томас вернулся во двор и снова взобрался на повозку, чтобы посмотреть, что делается за рекой.
– Кто их знает.
Томас всматривался в даль, но не видел в каштановой роще ничего, что бы могло его насторожить. Листья уже начали желтеть. Две свиньи рылись среди стволов.
На сэре Гийоме был хоберк – длинная, до лодыжек, кольчуга, покрытый вмятинами от ударов нагрудник, подвязанный веревкой, и только один наруч на правой руке. Голову его защищал обыкновенный салад, что-то вроде железной шляпы с широкими наклонными полями, отводившими нанесенный сверху удар. Это была простая, дешевая разновидность шлема, защищавшая не так надежно, как более сложные и дорогие. Конники Томаса в большинстве своем были одеты в такие же доспехи, состоящие из разрозненных частей, случайно собранных на полях сражений. Полного комплекта стальных лат не было ни у кого, кольчуги зачастую были продырявленные и зачиненные вместо железных колец кожаными заплатами, и далеко не каждый мог похвастаться щитом. Щит сэра Гийома был сделан из ивовых планок, покрытых кожей; нарисованный на нем герб с тремя желтыми ястребами на голубом поле выцвел почти до неузнаваемости. Еще один щит, с эмблемой в виде черного топора на белом фоне, был только у одного воина, но он знать не знал, кому принадлежит этот символ. Ратник снял этот щит с мертвого врага в стычке под Агийоном, одним из главных опорных пунктов англичан в Гаскони.
Ознакомительная версия. Доступно 52 страниц из 341
