победные улыбки. Можно было забыть и о ранах с повязками, и о наполовину сгоревшей коже, и о и о вражде пиратов и короля, и о потере судна, как одного, так и другого. И даже о необитаемых портах.
- Давай отдохнем на берегу, - попросила Кристина, придерживая весло-мачту. - Один день. Так, словно ничего этого в мире нет.
- Так, словно мы нашли амарант? - спросил Венто таким же пересушенным голосом, как и она. Он взял на себя обязанности кормчего.
- Можно и так, - кивнула Кристина с улыбкой.
- Но мы же его не нашли.
- А найдем?
Венто пожал плечами. Слегка поморщился - бок не мог не болеть.
- Постараемся, сеньорита. Постараемся.
Кристина не знала точно, "постараемся" ли найти амарант или "постараемся" отдохнуть. Обхватив мачту крепче, чтобы самодельное крепление не развалилось от порывов сирокко, она решила так и спросить:
- Постараемся найти амарант или отдохнуть?
Венто ответил не сразу. Кри оглянулась. Лицо его не выглядело ни здоровым, ни довольным ее вопросами.
- Внимание на рангоут, - не замедлили дать ей указание. - Если мы будем отдыхать, то амарант не найдем.
Кристина послушалась, но не поняла:
- Это как?
- Амарант растет в Новом Свете. Туда же держит курс "Маргари". Но без пропускных документов нам не проскочить Гибралтар. Из Кадиса, наверняка, прислали дополнительные патрули. Если "Отважный" появится первым...
- Без тех документов, которые ты украл у Летиции?
- У Летиции? - в свою очередь удивился Венто.
Шлюпку наклонило вбок, и мачта опасно накренилась. Кристине пришлось сосредоточить все свое внимание на ней. На Искателя Ветра она смотреть больше не могла. Береговая линия становилась все четче. Второго дыхания просто обязано было хватить!
А между тем, Кри казалось, что она задыхается. И голос Венто, подумалось ей вдруг, звучал чересчур тускло.
- Летиция выдает себя за знатную донну. Ее подобрали с захваченного тобой корабля.
Венто не отвечал. Кристина в беспокойстве оглянулась: глаза его сузились в щелочки, пират казался очень сосредоточенным, а между тем, лицо казалось того же цвета, что и пряди пепельных волос, снова выбившиеся на лоб.
- Венто! - воскликнула Кри.
- Рангоут, - требовательно пробормотал он, стискивая зубы.
Волны словно обрели силу. Их медленно, но верно выталкивало к земле.
- Еще недолго, - сказала Кристина ободряюще.
Венто промычал что-то. У нее самой вдруг в голове начало мутиться. А сирокко вдруг решил стихнуть. И парус опал, словно подбитая птица. И снова выглянуло солнце, обжигая опаленное лицо, как оказалось, еще и шею, и ноги.
"Маргари" идет к Гибралтару. Летиция знает, что они хотят проскочить патруль. "Отважный" не даст им этого сделать. Иначе Энрике не будет Энрике. Он захватит пиратов. И все равно встретится с Венто.
Больше Кристине думать не хотелось. Если бы можно было прорваться через этот пролив и просто плыть к амаранту...
Штиль остановил лодку совсем близко.
- Венто? - оглянулась Кри, стараясь не морщиться от лучей солнца. Блики плыли то ли по морской глади, то ли просто в ее собственных глазах?..
- Дай... весло, - попросил Венто, протягивая руку.
Нельзя погибнуть так глупо вот так, у самого берега. Непослушными руками Кри вытащила весло из самопального рангоута и протянула пирату. Шпагу папы Мигеля пристроила к поясу. Благо, пояс всегда был при ней... как и шпага. Хоть и неудобно.
Венто греб с одной стороны. Но шлюпка все же с ленцой послушалась его, и вскоре беглецы без сил выползли на берег, покрытый мелкими камнями вперемешку с песком.
Из шлюпки, на борту которой значилось имя судна: "Отважный".
Кристина не потеряла сознания, хотя ей очень даже хотелось: казалось, эта высохшая соль на губах, эти настырные волны, протягивающая бессильные пошевелиться ноги по острым камешкам из раза в раз, эта опаленная кожа, ноющая от малейшего соприкосновения даже с воздухом, эта каменная усталость и это полнейшнее равнодушие к жизни... навсегда выветрили из нее счастье до последней пылинки. И даже сдвинуть голову, чтобы посмотреть, что с Венто, она не могла. Так она лежала и тусклым взором видела расплывающийся в дымке позднего полудня берег. Такой же, как на Холме Святой Марии.
И морская пена накатывала воспоминаниями, испаряясь с такого родного песка с ракушками. Зачем бежать куда-то и пытаться что-то найти, если все оно призрачно, и рано или поздно ты вернешься туда, где был в самом начале, а на память о путешествии - только раны и ссадины?..
Кри с безразличием погрузила пальцы в песок. Получилось. Значит, она не потеряла способности двигаться.
Перед глазами всплыл "Горизонт". И как папа Мигель считает пиренейских козликов в облаках. А мама Карла на него ворчит, но на деле именно таким она его и любит. Даже запахло орчатой, корицей и паэльей. И этот дымок на закате... от него сделалось почти безмятежно на сердце.
- Счастье - не значит смеяться каждую минуту... - пробормотала она слова папы Мигеля. - И настоящий фехтовальщик умеет вставать и бороться дальше...
Она должна была встать
