после каждого слова, – и понимаю… что у тебя сейчас важные дела. Возможно, ты не захочешь обременять себя этими безделушками… но я могу доверять только тебе.
Ли Янь ничего не знала об их приключениях и недоуменно моргала, а Чжоу Фэй все поняла. Она завернула вещи У Чучу в шелковый платок, спрятала в складки одежды и кивнула:
– Спасибо. Можешь быть спокойна: я сохраню их. Ценой своей жизни.
Чжоу Фэй уже собиралась уходить, как ее окликнули:
– Постой, Фэй! Мне нужно тебе кое-что сказать!
Обернувшись, она увидела Ма Цзили. Вечно улыбающийся распорядитель из храма Горных Вершин вдруг стал хмурым и даже не ответил на поклоны столпившихся вокруг юных учеников.
– Что, дядюшка Ма, решили идти с нами? – удивилась Чжоу Фэй.
– Знал бы, что так выйдет, ни за что бы не взял тебя с собой, – сказал он укоризненно, оставив вопрос без внимания.
Чжоу Фэй удивленно вскинула бровь.
– Раз старейшины решили, мне нечего добавить, – озабоченно продолжил Ма Цзили. – Фэй, помнишь мои слова?
Языком молоть он любил. Чжоу Фэй пришлось напрячь память, чтобы понять, что именно из его болтовни она должна была запомнить, и неуверенно пробормотала:
– Э-э… помню. В храме Горных Вершин вы говорили «быть достойными Неба, земли…»
– Не это, – нахмурившись, перебил он. – На днях я рассказывал тебе о своем покойном отце. Уже забыла?
Чжоу Фэй на мгновение задумалась, затем, поправив растрепанные волосы, усмехнулась:
– А, вспомнила. Что-то о том, что если все станут опорными столбами, костер разводить будет нечем, да?
Вокруг все замерли.
Чжоу Фэй, едва получившая именную бирку, смогла дать отпор самой Коу Дань – неважно, силой или хитростью. Уж если она годится лишь на растопку, то что говорить об остальных? Обладай Ма Цзили выдающимися способностями, он бы вряд ли так и остался в храме Горных Вершин принимать у вчерашних учеников экзамен. Оттого и столь громкие слова из его уст, несмотря на возраст и опыт, звучали неуместно.
Но Чжоу Фэй не обиделась. Она повидала немало талантов: Дуань Цзюнян, Цзи Юньчэнь и другие. Все они прославились еще в юности, и что с ними стало? Выходит, участи столбов не позавидуешь, дрова так дрова.
– Дядюшка Ма, как же без дров? – спокойно сказала она. – Крышу держать, конечно, важно, но опорные столбы плохо горят: логово врага ими не подожжешь. А разве я не за этим иду?
– Да какие из тебя дрова? – покачал головой Ма Цзили. – Дрова спокойно гниют в поленнице и не жалуются. Фэй, ты выросла на моих глазах, и я не могу смотреть, как ты губишь себя. Послушай старейшину Линя, уходи поскорее… Многие даровитые мастера гибнут из-за своей безрассудной храбрости. Она же погубила и моего отца…
– И моего деда, – добавила Чжоу Фэй.
Ма Цзили замер.
– Благодарю вас, дядюшка Ма. Вы правы, но не только ваш отец погиб из-за безрассудной храбрости. И не только мой дед: дядя, Меч Гор и Рек двадцать лет назад… разве их не постигла та же участь? Отдать жизнь за благое дело – далеко не худший исход! – Чжоу Фэй с нарочито важным видом поклонилась Ма Цзили как младшая старшему.
Когда Фэй, пробираясь сквозь дебри сомнений и трудностей, наконец отбросила лень и своенравие, она перестала быть той капризной девочкой, что когда-то дулась на мать. Ма Цзили смутно уловил в ней что-то знакомое – тень Ли Чжэна в молодости. Лишь когда она слегка вскидывала брови и приподнимала в улыбке уголки губ, в ней еще угадывались свойственные юности дерзость и заносчивость.
– К тому же вовсе необязательно, что умру именно я, – сказала Чжоу Фэй. – Если понадобится подкрепление, на вас вся надежда, дядюшка Ма. Берегите себя.
Она ушла, даже не оглянувшись. У юных учеников, прослышавших, что на Сорок восемь крепостей напали люди самозванца, кровь кипела – им тоже хотелось поскорее ринуться в бой. Но Чжао Цюшэн строго-настрого запретил им покидать заставу, что вызвало у юнцов, раздосадованных собственным бездействием и бессилием, бурю негодования. Только вот никто из них так и не осмелился лично явиться в зал старейшин с прошением.
А Чжоу Фэй осмелилась и, более того, добилась своего!
Юные бойцы, невольно приосанившись, сгрудились за ее спиной, будто признавая барышню Чжоу своей предводительницей.
Откуда-то послышался тихий смех:
– Хорошо сказано!
Подняв голову, Фэй увидела Се Юня: этот трусливый негодяй повис на ветке большого дерева, словно летучая мышь. Скрестив руки на груди, он смотрел на нее с лукавой улыбкой.
У Фэй нестерпимо зачесались кулаки – будто сыпь какая выскочила!
Се Юнь же перевернулся, спрыгнул с дерева и с легкостью ветра приземлился в нескольких чи от нее. Не дав ей и рта открыть, он тут же заговорил:
– Чтобы срезáть головы, нужно хорошо знать и себя, и противника. Пока ты спорила со старейшинами, я успел обежать все Сорок восемь крепостей. Всего на заставе три рубежа. Не считая Чернильной реки, во внешнем круге тридцать шесть сторожевых постов, шесть из них подверглись нападению прошлой ночью, один пал. Старейшина Линь в срочном порядке устроил засаду, вражеские войска понесли потери, им пришлось отступить. Все эти тридцать шесть постов хороши по-своему: одни удобно оборонять, другие недосягаемы для противника. У вражеского военачальника есть Коу Дань, так что он наверняка осведомлен обо всех уязвимостях заставы и при осаде будет бить целенаправленно, но мы можем попытаться предугадать его действия. Ну что, пропащая Чжоу, все еще не нуждаешься в сопровождении принца?
Чжоу Фэй обдумала его слова и, решив, что с местью лучше не торопиться, временно отложила взбучку:
– Ты сбежал с Чернильной реки и исчез, откуда знаешь, что я собираюсь делать?
Се Юнь посмотрел ей прямо в глаза, сверкнув ослепительной улыбкой, обнажившей ряд ровных белых зубов:
– Сердца, что бьются в такт, в словах не нуждаются.
У Чжоу Фэй едва пар из ушей не пошел – похоже, она поторопилась с отсрочкой.
Се Юнь мастерски считывал настроения по лицам и, заметив искры гнева в ее глазах, чтобы не раздуть из них пожар, мгновенно натянул на себя маску человека строгого и благонравного. По пути он подробно объяснил расположение сторожевых постов и их связи с поселениями в окрестностях:
– Если бы нападал я, выбрал бы юго-западный склон. Конечно, сторожевые посты там расположены чаще – чем ближе к Чернильной реке, тем их меньше. Но…
– Где мало постов – на скалы все равно не взобраться, а где их много – местность пологая, – подхватила Чжоу Фэй. – Природу силой не одолеть, а с многочисленным войском частые сторожевые посты не преграда.
– Верно! Я же говорил, что наши сердца… – заметив, как пальцы Чжоу Фэй коснулись ножен, Се
