«испанскими» кольцами и вновь отправил их с посланиями в Большую степь.
Рано утром Эльсид стал строить свои войска в боевой порядок. Оказалось, что у него было очень много воинов-пращников, которых он выдвинул вперед.
– Что он делает? Мы же их атакуем и сомнем! – удивился Оксинта.
Массинисса промолчал, задумчиво глядя на манипуляции противника.
Конница нумидийцев построилась, и сигнальщики уже поднесли боевые рога к губам в ожидании приказа трубить атаку.
– Держи своих амазонок подальше! Будете моим личным резервом на крайний случай… – велел Массинисса Роксане.
Большое количество пращников-мавретанцев построились в зарослях густой травы так, чтобы не мешать друг другу, и принялись раскручивать свое оружие с камнями.
– Атакуем, пока они не начали обстрел! – велел Массинисса и повел свою конницу вперед.
Если бы конные нумидийцы добрались до пращников на дистанцию броска своих дротиков, мавретанцам было бы несдобровать. Однако те почему-то не очень опасались приближающейся вражеской конницы.
«Тут что-то не так!» – вовремя сообразил царь и крикнул:
– Сигнальщики – «Отбой»! Отходим!
Конница резко развернулась и стала отходить. Однако нервы пращников не выдержали, и те, что стояли в первых рядах, достали из густой травы спрятанные деревянные колья и оглобли. Из них мавретанцы быстро соорудили защитные приспособления от вражеской кавалерии. Защитившись ими от всадников, пращники могли бы беспрепятственно расстреливать их своими пращами.
Со стен Сиги ее защитники восторженно закричали, приветствуя хитрую задумку своих мавретанских союзников.
– Так вот что они придумали! – понял Массинисса и обрадовался, что успел спасти свое войско от этой неприятности.
Они потеряли лишь несколько воинов убитыми и раненными вражескими камнями, пущенными из пращей.
– И что теперь с ними делать? – задумчиво проговорил Массинисса. – За этой защитой они расстреляют нас прежде, чем мы приблизимся к ним на дистанцию броска дротика. Не говоря уже о том, что не сможем их порубить мечами, пока целы эти укрепления.
И тут к Массиниссе подъехала Роксана:
– Царь! Разреши, мы поможем нашей армии!
– Но как?
Царица похлопала по колчану со стрелами.
– А это для вас не опасно? – спросил царь.
– Ничуть! Наши луки бьют вдвое дальше, чем их пращи.
Расстроенные неудачной атакой нумидийские всадники увидели, как ведомые царицей капсские амазонки выехали вперед. Девушки дождались, пока перед их рядами упало несколько камней, выпущенных мавретанцами, поняли, какая дистанция безопасна, и с нее начали обстрел врага из луков. Мавретанцы были без доспехов, только с маленькими кожаными щитами, не спасавшими их от стрел. Амазонки выбивали их одного за другим, в то время как пращники не сумели ранить ни одну из девушек, так как их оружие просто не добивало до воительниц Роксаны. А когда кто-то из самых отчаянных выбирался из-за ограждения и пытался приблизиться к девушкам, те сосредотачивали на нем «огонь» сразу нескольких луков, и воин падал, утыканный множеством стрел.
Понеся большие потери, пращники бросили свои заграждения и стали отступать, несмотря на ругань царя Эльсида.
Под восторженные крики всей нумидийской армии лучницы-амазонки вернулись обратно.
– Рок-са-на! Рок-са-на! – стали кричать воины имя царицы.
Обрадованный Массинисса, не сдерживаясь, крепко поцеловал подъехавшую к нему жену.
– Рок-са-на! Мас-си-нис-са! – послышались довольные крики, причем к грубоватым мужским голосам присоединились и звонкие девичьи.
Тем временем Оксинта встревоженно смотрел на море. Счастливый царь едва оторвался от губ Роксаны и, заметив взгляд телохранителя, посмотрел туда же.
– О боги! Этого еще не хватало! – вырвалось у него.
В гавань Сиги входили карфагенские корабли.
– Что это может означать? Сципион со своими войсками уже вернулся в Италию, а пунийцы решили отомстить нам за то, что мы ему помогли?! – проговорил Массинисса и расстроенно посмотрел на Оксинту.
В это время звонкие радостные кличи раздались за стенами города Сиги. Услышав их, войско мавретанцев торжествующе заголосило и стало готовиться к наступлению.
– Что ж, видимо, малой кровью не обойдемся! – доставая меч, проговорил Массинисса. И, посмотрев на Роксану, добавил: – Любимая, держись рядом со мной!
Царица кивнула. Посмотрев на пустой колчан, она тоже достала свой небольшой меч.
Мавретанцы не спеша стали надвигаться на армию нумидийцев, все время поглядывая на ворота Сиги, явно ожидая помощи гарнизона и прибывших им на помощь карфагенян. Но неожиданно в Сиге раздались крики ужаса и звуки быстротечных схваток. Воины, что стояли на городских стенах, стали спускаться вниз, послышались звон мечей и новые крики. А через какое-то время ворота распахнулись, и из них вышел… Гай Лелий! Следом за ним из города начали выходить и строиться для атаки на мавретанцев римские легионеры. А на стены Сиги вытащили связанных царевичей Верику и Вермину.
– Царь Массинисса! Город Сига захвачен! Рим дарит его тебе как нашему верному союзнику и признанному правителю объединенной Нумидии! – крикнул римский флотоводец.
– Гай Лелий! Дружище! Опять ты выручаешь меня! – растроганно проговорил Массинисса и выжидательно посмотрел в сторону Эльсида.
Мавретанский царь остановил свою армию, раздумывая и прикидывая расстановку сил.
Внезапно за спиной армии Массиниссы раздался топот множества лошадиных копыт. Царь оглянулся и увидел, что к нему скачут тысячи массесильских кочевников с оружием в руках, ведомые его воинами-«испанцами». Он обрадованно выставил руку с «испанским» кольцом, и возглавлявшие подкрепление всадники повторили его жест.
Теперь превосходство нумидийско-римского войска стало подавляющим. К тому же массесилы, вставшие рядом с массилами, стали кричать мавретанцам на их языке, что они принимают своим правителем Массиниссу и будут защищать свою землю от чужеземцев.
Эльсид понял, что проиграл, и печально склонил голову.
Затем он крикнул Массиниссе:
– Царь Нумидии! Я признаю тебя правителем всех земель Массилии и Массесилии! Я уведу свои войска. Только отдай мне моих внуков! Это все, что осталось у меня в память о моей дочери, которая была первой женой Сифакса.
Массинисса отправился к римскому построению, обнялся с Гаем Лелием и поинтересовался:
– А почему ты приплыл сюда на пунических кораблях?
– Это наши трофеи, согласно договору с Карфагеном. И я подумал, что Верике с Верминой будет приятней увидеть их, чем римские корабли! – подмигнул Гай Лелий царю. – Они могли подумать, что пунийцы воюют с тобой и пришли им на помощь. Так все и вышло.
– Поздравляю, Гай Лелий! Отменная военная хитрость! Знаешь, я хочу просить тебя…
– Да я уже понял!
Гай Лелий махнул рукой, и легионеры вывели из города обоих царевичей и развязали им руки. Подавленные и опустошенные, царевичи пошли к мавретанскому войску. А через некоторое время, сняв свои шатры, армия Эльсида стала уходить к мавретанской границе.
– Ну вот и все, верный союзник Рима, царь Нумидии Массинисса! Вот ты и получил свое царство! Правь на славу! Вот тебе экземпляр мирного договора с Карфагеном.
