с присвистом. — Вы ссса всссё сссаплатите! Отродья! Рабы! Мой апа вам всссыпет! Мой апа могущественный нагг.
— Что, и правда такой могущественный? — насмешливо переспросил Дэасс у Ремлата, с сомнением разглядывая щупленького наг-ши.
— Не-е, — Рем махнул рукой. — Захудалый наместник пятисотого округа, а дитятко мнит о себе невесть что. Прямо-таки Большой Змей.
В прежние времена, ещё до межгалактической войны, в Наггеварской Империи насчитывался тысяча и один округ, а после победы конгломерата и Тигриморуннской республики над наггеварами число областей значительно сократилось, как и наггов-наместников. Остался всего четыреста один округ. Но за сто пятьдесят сэптимелей, благодаря правлению многоликого императора, Империя снова расширилась. Добавилось ещё сто, за счёт нахождения и освоения новых планет.
— А ты знаешь, кто перед тобой, недоносок⁈ — взревел Рем, с нарочитой свирепостью наступая на нагг-ши. — Сам Дэасс-наггир — третий принц-заламин императора.
— Простите, — залепетал несчастный узник, втянув голову в плечи. — Простите, заламин-наггир. Я не знал…
И враз пожелтел, жало скукожилось, а на острие выступила капелька яда.
— Оставь его, — скривился Дэасс и подтолкнул Ремлата к выходу. — Пошли.
— Пощадите! Снимите! Я во всём признался! Пощадите! — молил им вслед узник. — Шшшсссе…
— До вечера повисит, — ухмыльнулся Рем, запирая дверь темницы на засов и замок. — Будет ему наука.
— А что потом? — спросил заламин.
— Вечером прилетит его апашка и заберёт нерадивое чадо. Станет обучать на дому под присмотром насса-бибов из охраны.
Они поднялись по лестнице, обсуждая на ходу.
— Если Рамзес всё-таки слинял в соседнюю галактику, — задумчиво проговорил Дэасс, — то мы должны последовать за ним, осторожно, так, чтобы не вспугнуть. Пусть уверится в своей безопасности и утратит бдительность.
— Это Рамси-то? — хохотнул Рем. — Да к нему и на вялой змеюке не подползёшь.
— Тогда надо придумать как. Я во дворец, а ты думай, соображай и мне докладывай.
В последующие трое сэптимов Дэасс-наггир был очень занят. Отправлял статьи и отчёты в научные сообщества, подавал документы на соискательство в крупнейшие галактические университеты и в НИИ. Выслушивал доклады Ремлата. Один раз полукровка осведомился у него, не связывался ли Рамзес с объектом.
— Каким объектом? — не понял вначале Дэасс.
— С подружкой.
— С какой подружкой? — заламин-наггир нервно дёрнул жалом.
— С Мари.
— Ссс… С Мари? Нет.
И принц-заламин поспешил сменить тему. А ему так хотелось навестить Мари. Он даже выцарапал у службы безопасности триумвирата номер её коммуникатора, но персональные данные ему предоставить отказались наотрез. И не посмотрели, что он — дитя императора. Отказали. Под предлогом «межгалактической секретности и неприкосновенности личных данных без согласия и ведома свободного гражданина».
— Ссс, — засвистел от досады наггеварский змей. — Заливают!
Потом ему снова пришлось отвлечься на дело о сектантах… Захватила рутина…
А тут ещё малышка Исис приболела. Феруз-лали плакала зелёными слезами и места себе не находила. Дэасс поднял на уши весь дворец и адзифират, созвал консилиум из лучших придворных и столичных лекарей. В результате, махнул жалом на новомодные способы лечения и вызвал Медею. Она сразу исцелила его дорогую мими.
На четвёртый сэптим, когда кризис миновал, и малютка Исис очнулась, села в постели и попросила ассолин, Дэасс наконец вздохнул с облегчением. Вестей от Рема не поступало несколько часов, и принц-заламин решил съездить на побережье.
«Вот и наступил следующий раз, — думал он, в предвкушении оседлав фланоцикл. — Новые ассолины созрели».
Дэасс задрожал остриём и рванул на полной скорости к морю.
Глава 24
«Иногда думаешь — вот оно счастье! А нет, опять опыт».
«А следующего раза не будет», — грустно думала Вика, глядя на мелькающие за окном аэробуса кущи и вспоминая ночное приключение на острове, со Змеем.
Туристов везли на космодром, совмещая отъезд с последней обзорной экскурсией, а Дэасс так и не появился за трое суток, ни разу. Хотя эти дни выдались очень насыщенными и без него.
Начать с того, что Викин коммуникатор безнадёжно испортился, точнее сдох. То есть, не сам конечно сломался, а всё случилось из-за морской жабы. Когда Викину группу привели в морской заповедник.
И что Вику дёрнуло покормить эту губошлёпистую образину⁈
Тогда как другие туристы благоразумно и послушно потчевали разных милых зверушек кормом. Впрочем, ясно что.
Жалость!
Роковое Викулино сострадание ко всем обиженным и обделённым. А эта разнесчастная жабка размером с тумбочку сидела себе в уголке водяного садка-загона и грустно так взирала на посетителей, пока её бессовестные собратья по выживанию наслаждались сушёными мушками и водорослями. Ну, Вику и закусило от несправедливости. Отчего это другие нажрутся, а голодная, исхудавшая, всеми покинутая бедняжка так и будет чахнуть от недоедания? И неизбывная тоска жабьих глаз словно притягивала, как будто жаба почуяла слабину в девушке и умоляла отчаянно:
«Покорми меня, добрая чужестранка, покорми, век благодарная буду».
Викуся тотчас вообразила, что это какой-то заколдованный наггеварский принц и…
Покормила.
Скотина неблагодарная!
Этот «принц».
Он ей чуть руку не оттяпал. Ка-ак разинул свою жабью пасть и заглотил по плечо.
И хорошо ещё не всю Вику целиком!
Ну, кто предполагал, что на поверхности не вся жаба, а всего лишь голова. Под водой же обитало нечто огромное и раздутое, вроде бегемота. Викуле крупно повезло, что работники заповедника мигом среагировали на её вопли и оттащили, точнее вытащили из пасти жабоподобного монстра, как выяснилось, морского орча. И рука уцелела лишь потому, что у жабоида зубы отсутствовали, а всасывал он добычу какими-то склизкими отростками-засосками. Рука не пострадала, если не считать мерзкой слизи, которая въелась в кожу и два дня не отмывалась. До сих пор проступали зелёные пятна. Но Викулю заверили, что они постепенно и непременно ототрутся.
Да уж! Ототрутся!
А кто вылечит её нервы?
И ещё этот чешуйчатый смотритель всё шипел, голосил и тыкал в какую-то табличку, где якобы написано: «Морского орча не кормить!»
Ну, висела там какая-то табличка. Так Вика её не заметила. Потому как выцвела она под Радошем, и никто обновить не удосужился.
И в довершение, Викиному коммуникатору совсем не повезло. Эта гадкая жаба всё-таки стянула его с запястья и попробовала переварить. Передатчик конечно достали у животного из желудка и даже немного почистили от слизи, но после такого потрясения и жестоких процедур, устройство отказалось работать напрочь. Вика решила, что так или иначе отвезёт его на родину и
