то, чего нет. Примите мои поздравления. Для начинающего детектива такой серьезный прорыв в первом же деле — это большой успех. Тем более для женщины. Признаюсь честно — я сомневался в вашей затее. Сильно сомневался. Но теперь вижу: вы были правы. Женский подход в некоторых ситуациях действительно незаменим.
— О. Спасибо, — смущенно затрепыхала ресницами Ирена.
Ликование рвалось наружу, словно перегретое шампанское из бутылки. Ирена, стиснув до боли подлокотники, медленно вдохнула. И позволила себе легкую, чуть кокетливую улыбку. Ровно такую, которая расцветает на лице воспитанной девицы, когда ей случается услышать комплимент. — Рада, что оказалась полезной.
*Тот самый колокольчик, которым призывали слуг. Системой проволочных стяжек был соединен с колокольчиком в комнате у прислуги. Дернешь один — зазвенит и второй.
Не допив кофе, Ирена со всей любезностью откланялась, рассыпая улыбки и благодарности. Ничего полезного Желязный ей сообщить не мог, а продолжать светскую болтовню было бессмысленно. И рискованно. Наверняка Желязный поинтересовался планами Ирены, это естественно и логично. Вот только никаких планов не было. Ирена понятия не имела, что делать дальше. Вообще. Совершенно. Мейбаумова ни за что не расскажет, где она спрятала бриллианты — какую бы милую дурочку Ирена из себя ни изображала. А значит, расследование зашло в тупик. Требовался новый подход, какие-то принципиальные изменения. Но какие именно? В чем?
Единственное, что смогла придумать Ирена — переодеться мужчиной, забраться к Мейбаумовой в спальню и выпытать, где бриллианты, угрожая несчастной женщине револьвером.
Совершенно дурацкая идея. Абсурдная, опасная и невыполнимая. Даже если решиться на эту глупость, первое, что сделает Мейбаумова — кликнет слуг. Которые в два счета скрутят налетчицу, вызовут полицию, и в камере окажется уже Ирена.
Но если не это — то что? Ирена не знала. Как и Сокольский. Желязный, судя по всему, тоже не знал — или просто не собирался делиться идеями.
В глубокой задумчивости Ирена спустилась по лестнице — и уткнулась носом в потертый серый пиджак.
— Ох, простите! — она отступила назад, смущенно потирая лоб. — Пан Здорек!
— Добрый день, — улыбнулся детектив, ответно склоняя голову в поклоне. — Не ожидал увидеть вас здесь. Что-то случилось?
— Да. То есть нет. Ничего плохого не случилось, я хотела сказать, — взяла наконец себя в руки Ирена. — Просто пришла к пану Желязному с докладом.
— Узнали что-нибудь интересное? — тут же оживился Здорек.
— Думаю, пан Желязный сам все расскажет. Попозже, — не слишком-то грациозно уклонилась от ответа Ирена. Но Здорек только кивнул одобрительно.
— Как скажете. Я в дела пана директора не лезу. Хотите кофе? За углом есть чудное кафе, там подают свежайшие пирожные собственной выпечки, — внезапно сменил тему он. Ирена озадаченно моргнула. С одной стороны — она совершенно не хотела кофе. Тем более в компании Здорека. С другой… В отсутствие Желязного Здорек мог рассказать что-нибудь важное.
— А вам можно уходить с рабочего места? — засомневалась Ирена.
— Ну я же не на фабрике работаю! У детективов нет твердого графика. Можем уходить, когда вздумается — по служебной надобности, естественно, — улыбнувшись, Здорек заговорщицки подмигнул Ирене. — А эта надобность, как вы понимаете, самая что ни на есть служебная. Мы же одно дело расследуем!
— Ваши аргументы неоспоримы, — рассмеялась Ирена. — Идемте в кафе. Но у меня есть одно условие.
— Готов на все, прекрасная пани. Чего желаете.
— Мы не будем пить кофе. Чай, лимонад, пиво — все, что угодно. Но не кофе.
— Вы любите пиво⁈ Боже! Да вы идеальная женщина! Как Венера Милосская — только с руками.
— И в каждой — бутылка пива, — фыркнула Ирена. — Ну что же. Показывайте ваше кафе.
Следуя за Здореком по залитой солнцем улице, Ирена украдкой разглядывала его — и удивлялась, как сильно меняет человека одежда. Теперь, в дешевеньком пиджаке, в запыленных, изрядно поношенных ботинках, Здорек совершенно не походил на Богуся. Да, типаж тот же — но повадка другая. И мимика, и жесты. Даже усы у Здорека оказались другими — без помады они не загибались воинственно вверх, а мягкой скобой обрамляли губы.
Если бы Здорек пришел в агентство таким… Возможно, Ирена действительно заинтересовалась бы им.
Хотя нет. Не заинтересовалась. Слишком уж молод. Может, когда-нибудь потом, лет через двадцать, она и последует впечатляющему примеру пани Леокадии — но не сейчас.
Здорек болтал о погоде, о местных кафешках, шумно и весело гневался на извозчиков, которые потеряли совесть — и лупят с несчастных сыщиков за проезд так, что никакого жалованья не хватает. Придержав перед Иреной дверь, он пропустил ее в кафе — действительно очень милое, выдержанное в модном ниппонском стиле. На темных стенах скалили пасти золотые драконы, под потолком горели алые круглые фонарики.
— Сюда, пожалуйста. Это самое лучшее место, — Здорек решительно направился в самый угол, к стене. Ирена послушно двинулась за ним, лавируя между столами.
— И чем же оно лучшее? — опустившись на атласный диванчик, Ирена с любопытством оглянулась. Справа сверкало в солнечных лучах огромное, в человеческий рост, окно, за которым зеленели кусты сирени. Если бы Ирена выбирала столик — определенно пошла бы туда.
— А вы посмотрите, — усевшись напротив, Здорек взмахом руки очертил пространство. Ирена с недоумением оглядела кафе. Деревянные столики на когтистых резных лапах, стулья и диванчики, обитые атласом. Судя по качеству, местным, но старательно имитирующим ниппонский орнамент — по лазурному фону сплетались в хороводах розовые и белые пионы.
Мило, конечно — но ничего особенного.
— Не понимаю.
— Смотрите внимательнее. Вы же сыщик.
Ирена, нахмурившись, снова оглядела зал.
Две дамы не первой свежести ковыряют ложечками пирожные.
Мужчина средних лет пьет кофе, рядом с чашкой сверкает раздутыми боками коньячный бокал.
Официант бесшумно скользит между столиками, балансируя на руке поднос. На нем лежит красная книжечка меню.
— Все равно не понимаю. Обычное кафе, обычные люди.
— Вот! — назидательно устремил палец в потолок Здорек. — Вот именно! С этого места вы видите все кафе. И всех людей, включая обслуживающий персонал. А выбери вы место у окна, половина зала оказалась бы за спиной.
Об этом приеме Ирена читала в книгах. И, пожалуй, сумела бы применить — будь у нее такая нужда.
А Здореку, судя по всему, нужда не требовалась. Он занимал угловой столик всегда — просто потому, что привык его занимать. Привык наблюдать за людьми, привык обращать внимание на детали.
И ей, Ирене, тоже следовало привыкнуть. Раз уж она всерьез хочет стать детективом.
— Благодарю за урок, — улыбнулась Ирена. Официант положил перед Здореком меню — тонкую книжечку в твердом бархатном переплете. В уголке сверкал золотом длинный, словно змея, дракон.
Здорек качнул
