народа!
— А я? Что насчет меня? — в голосе Вязьмикина вновь зазвучали истерические нотки, которые так раздражали его собеседника.
— И тебя видели вместе со мной! Тебе ясно? — чеканя каждое слово, произнес Васнецов. — Так что прекрати эту жалкую истерику, она нам ни к чему. И вообще, — Олег наконец отпустил плечи друга, словно с брезгливостью отряхивая руки, — у полиции нет ровным счетом ничего: ни свидетелей, ни следов. Пустота.
— Но что, если кто-то вспомнит? Если кто-то видел⁈
— Да что видел-то? Ты сам говорил, что никого поблизости не было, — с нескрываемым раздражением бросил Васнецов. — Кто вспомнит? А даже если кто-то и видел мельком — на улице было темно. Так что успокойся.
Вязьмикин смог лишь неуверенно кивнуть в ответ. Однако на его лице по-прежнему был написан животный ужас, который так просто было не стереть.
— И вот еще что, — добавил Олег, уже направляясь к выходу. — Держи себя в руках. Ты своей паникой можешь все испортить и подвести нас обоих под монастырь. Веди себя как обычно. Улыбайся, шути… Ты меня понял?
Последовал еще один судорожный кивок.
— Вот и отлично, — бросил Васнецов через плечо. — Пошли.
Он решительным шагом направился к выходу из раздевалки. Вязьмикин, немного постояв на месте, словно пытаясь собраться с мыслями и переварить услышанное, понуро поплелся следом за ним.
Глава 15
Поездка в метро в час пик представляет собой то еще испытание для нервной системы любого человека. Этот неоспоримый факт оставался справедливым что в моем родном мире, что в этом. Впрочем, мне не привыкать к подобным вещам. Да, следует признать, что за последнее время я был слегка избалован практически постоянным использованием, так сказать, личного автотранспорта и, как следствие, успел немного отвыкнуть от неизбежной толкучки и специфической атмосферы в вагонах подземки.
Но ничего страшного, адаптироваться к таким условиям заново не так уж и сложно. Тем более ненадолго. К тому же буквально перед выходом из школы позвонила Атропос и обрадовала меня прекрасной новостью: машина для меня наконец-то нашлась и уже завтра утром она будет в моем полном распоряжении. Так что завтрашнюю поездку на тренировку мы совершим с комфортом, на четырех колесах.
С трудом втиснувшись в переполненный вагон, я оказался невольно прижат к самым дверям мощным потоком уставших после долгого рабочего дня москвичей. Тяжелый воздух был пропитан удушливым коктейлем из запахов пота, резкого дешевого парфюма и кофе на вынос.
Я машинально уткнулся взглядом в собственное отражение на темном стекле двери — оттуда на меня смотрело бледное, изможденное лицо с отчетливыми синяками под глазами и взъерошенными волосами. М-да, стоит признать, выглядел я как-то не особенно привлекательно. Хотя, если задуматься, после таких изнурительных тренировок это было и не удивительно.
Поезд резко дернулся, трогаясь с места, и я инстинктивно ухватился за холодный металлический поручень, чтобы сохранить равновесие. За окном в калейдоскопе огней проплывали названия станций.
И вот ведь какая ирония: моя новая квартира, как ни странно, располагалась не совсем удобно, если добираться до нее на метро от «Повелителей бурь». Вроде бы и не самая окраина города, но все же приходилось тащиться целых семь остановок. Еще и поезд постоянно останавливался, так что время моего «подземного» путешествия постоянно увеличивалось.
Но я, подобно большинству людей, погрузился в состояние, которое можно было бы назвать традиционной медитацией пассажиров метро. Правда, на этот раз полностью отрешиться от окружающей действительности у меня не получилось. В головуи лезли разные неприятные мысли. Честно говоря, последние события самым кардинальным образом изменили мою, казалось бы, только-только налаживающуюся божественную жизнь.
И вот что со всем этим делать — совершенно непонятно. В глубине души теплилась надежда, что предстоящая встреча с Перуном сможет хоть что-то прояснить.
Спустя всего две остановки количество людей в вагоне уменьшилось в разы. Воспользовавшись моментом, я нашел свободное место у окна и с облегчением буквально плюхнулся на сиденье. По привычке достав телефон, я увидел то, чего и ожидал — батарея была на нуле, как это обычно и бывает в самый неподходящий момент. Убрав бесполезный гаджет обратно в карман, я просто уставился в густую темноту за окном, наблюдая за проносящимися мимо кабелями и огнями.
Именно тогда я это почувствовал….
Чей-то взгляд. Чужой, тяжелый, въедливый и пронзительный. Такой, от которого по затылку невольно пробегает холодок, а кожа покрывается мурашками.
Я резко обернулся. Вагон был практически полупустым: пожилая женщина с авоськой дремала у противоположной двери, подросток в огромных наушниках увлеченно «залипал» в экран смартфона, а мужчина в строительной робе сосредоточенно читал газету. Ни один из них даже мельком не посмотрел в мою сторону.
Неужели просто показалось? Паранойя?
Я снова повернулся к окну, но неприятное ощущение не только не исчезло, но, напротив, даже усилилось. Кто-то определенно следил за мной. Все мое тело напряглось, я был готов в любую секунду вскочить. Мышцы налились свинцовой тяжестью — было сложно понять, чего в этом ощущении было больше: страха или неясного, но тревожного предчувствия.
Но вот объявили мою станцию. Я вышел из вагона и быстрым шагом прошел по перрону, то и дело бросая короткие взгляды через плечо. Никого подозрительного. Людская толпа текла мимо, равнодушная и безликая. Поднявшись на эскалаторе и миновав турникеты, я наконец вырвался на свежий вечерний воздух.
Так что же это было? Показалось? Не знаю… До сих пор не уверен. Правда, кому вообще может понадобиться за мной следить? Прихвостни Геры? Но, если верить словам Атропос, они сейчас должны были залечь на дно… Да и перемирие у нас вроде.
Вечерняя Москва встретила меня долгожданной прохладой и монотонным гулом проезжающих машин. Я зашагал по направлению к дому, инстинктивно ускоряя шаг. Всего пять минут быстрой ходьбы — и вот я уже стою перед дверью своей квартиры и поворачиваю ключ в замке.
Так… Кажется, в квартире кто-то был. Аромат жареного мяса и каких-то пряных специй ударил в ноздри еще в прихожей.
— Атропос? — позвал я, на ходу скидывая куртку.
— Я на кухне! — донесся ее голос.
Я прошел в кухню и на мгновение застыл на пороге. Картина была весьма неожиданной. Атропос, одна из могущественных мойр, стояла у плиты и сосредоточенно помешивала что-то в сковороде. Ее темные волосы были собраны в небрежный пучок, а на щеке виднелось очаровательное пятнышко муки.
— Запах просто обалденный, — искренне признался я, вдыхая аромат.
— Я в этом и не сомневалась, — усмехнулась она, не поворачиваясь. — Садитесь, повелитель. Сейчас все будет готово.
Я опустился на стул и осмотрел
