— один раз даже видел стремительный и могучий силуэт вдали, пересекший дорогу в заповеднике и вломившийся в заросли на другой стороне.
Звуки эти неуклонно приближались, но нога уже вдавила педаль газа в пол. Даже если это мистер Президент — он не успеет.
Машина набирала скорость, изредка снося бампером кучи легкого мусора. Те, кто чистил улицу, сосредоточились на уборке всего тяжелого и мешающего, игнорируя легкий хлам. Надеюсь, они проверяли, чтобы внутри завалов тряпья и бумаги не оказалось чугунных батарей… Стрелка на циферблате лениво клонилась вправо — уже больше семидесяти миль в час, скорость растет неохотно. Энергия, сосредоточенная в машине, груженой песком, должна быть чудовищной — Обелиск обязан отреагировать.
Ветер задувало из срезанной двери — на такой скорости мысль прыгать уже не казалась вменяемой. Мачете запросто вывернет из рук, и там… Погибать не хотелось.
Клинок я держал обратным хватом, в сторону сидений — так он помещался и не мешал держать руль. Совсем скоро придется решаться — или вывернуть руль, подставляя кузов под удар. Или прыгнуть, дав Обелиску продавить кабину и добраться до кузова.
Я выбрал первый вариант — попросту понял, что не могу отпустить обод рулевого колеса, и резко крутанул его влево, выворачивая до конца. Отчаянно хотелось закрыть глаза — и я не сдержался.
Машину повело из-за тяжелого груза, подняло на правых колесах — мельком, открыв глаза из-за краткого ощущения полета — я увидел синее небо в проеме срезанной двери. А потом чудовищной силы удар вышвырнул меня из кабины, перевернув в воздухе.
На собственное мачете я не напоролся только чудом. Но благодаря ему — боли не было. Смерти не было тоже.
Зато от того, чтобы увязнуть телом в куче стащенной в сторону арматуры, зачарованный клинок не спас. Пришлось некоторое время попыхтеть, выворачиваясь, чтобы хотя бы посмотреть в сторону Черного Обелиска.
Я уже чувствовал пожар, чуял гарь, запах песка — отчего-то морского, как в Калифорнии. Но не было глобального сообщения о смерти Реликта, и страх заставлял пошевеливаться.
Как получилось — увидел кузов грузовика, разорванный в клочья вокруг обелиска. Кабина горела. Но что самое странное — горела и вся улица.
Давным-давно сгоревшие дома вновь объяло пламя — огненными полосами, рассекающими фасады от крыши до земли. И среди чадного дыма, по свободной линии дороги, очищенной трудами братьев-церковников, неспешно шел высокий мужчина в деловом костюме.
Тоска застряла в горле, не дав вырваться ощущению разочарования. Он был еще далеко — я видел его талантом, поднятым над районом… Но ведь не сбежать — металл все еще удерживал одну из ног. Падение изрядно перекрутило стальной хлам, сковав мне тело.
Хотя — клинок все еще в руках.
«Поборемся», — криво ухмыльнулся я, глядя перед собой.
Взгляд уловил какое-то движение на дороге. Присмотрелся — удивился поначалу, потом обрадовался, потом вновь нахлынула тоска. Черная, беспросветная, без единой надежды…
Через хлам тянулся кусок оторванной плоти — в сторону такого же, откинутого куда как дальше.
У нас все-таки получилось. Виной тому сила удара или дополнительная мощь, вложенная Обелиском в ответ на нападение — но Реликта разорвало на части.
Только эти самые части неуклонно стягивались обратно, а я ничего не мог поделать.
«Хотя, почему ничего?..» — Прокусив губу до крови, я включил Талант.
Куски реликта горели в зрении благородным золотом — их даже не нужно было искать.
Выпустив Спицу из руки, я направил ее на свободную охоту — поднять кусок, нанизать, принести мне.
Еще один, еще… Пока мистер Президент неспешно идет ко мне.
«Что вы, не торопитесь», — лихорадочно выбирал я цель за целью. — «Вы уже победили».
О том, чтобы съесть плоть — речи не было. Тварь, звавшаяся Хозяином Бездонных Песков, оказалась не то, чтобы большой — вряд ли она была больше полутора метров. Но даже такое количество сырого мяса — и думать нечего сожрать.
Я и не планировал.
Ванны, впрочем, тоже не было. Это — тоже не важно. Все неважно.
Набрав Спицей половину массы Реликта в одну кучу, я плюхнул на нее Хтонь.
— Жри на здоровье, — пожелал я тут же исчезнувшему из видимого спектра созданию.
Погладил там, где она должна была быть — словно по воздуху ладонью повел. Но в ответ почувствовал довольные эмоции.
«Ну же, мистер Президент. Посмотрим, как вы соберете из второй половины — целого», — держа клинок в руках, со злорадством смотрел я на подходящего мужчину.
«Раз Реликт „не цел“, то бонусов у него больше нет. А нет бонусов — ты Хтонь не увидишь». — Не желал я проигрывать просто так.
Один кусок Реликта полз навстречу другому прямо на пути мистера Президента — на пути ко мне…
«Зараза», — вновь за это краткое время почувствовал я отчаяние.
И тут же эмоции качнулись в сторону удивления, когда мистер Президент равнодушно отопнул часть твари в сторону. Ногой, грязным ботинком, да подальше…
— Думаете, он не вспомнит? — Бодро уточнил я уже в своем привычным обличии.
Мистер Президент прищурился, глядя на меня. И широко улыбнулся.
— Генри! Я же не ошибаюсь?
— Верно, сэр.
— У вас получилось во второй раз! Мои поздравления! — Вновь пнул он особо упертый кусок.
Я же примолк от удивления.
— Честно говоря, будь ваши друзья в Сан-Франциско посговорчивее, мы бы встретились куда раньше и с куда большим удовольствием — взаимным, подчеркну! Но этим замшелым старухам показалось, что я боюсь смерти Реликта. Они посчитали, что я постараюсь убить единственного, кто знает секрет… А я ведь — большой ваш фанат, Генри. Как иначе, — остановился он и смотрел на меня с любопытством. — Как иначе я могу относится к человеку, который единственный способен открыть мне дорогу к безграничной власти? — В этот раз он специально отвернулся, поискал кусок Реликта и пнул его подальше.
— Вы желали его смерти?..
— Ну конечно. Орудие быстро стало господином, а я — его слугой. Мои предшественники, не будь дураками, пытались избавиться от этой обузы. Но когда тварь в твоей голове, даже громко думать — и то опасно. Все они умерли. А я жив. Моя подпись на документе, объединяющем страну. И вашими стараниями — этот кусок плоти больше не станет мне указывать, что делать.
— Поздравляю, мистер Президент.
— Очень жаль, что ваш метод не привязан лично к вам. Способ оригинален, но исполним кем угодно, — посмотрел он на Черный Обелиск. —
