просто не знает! Ни черта не знает! — Давил Томми новую волну смеха.
Даже я чуть улыбнулся, на него глядя.
— Он не знает, а я — знаю, — заговорщическим тоном добавил итальянец.
— И что же?
— Проблемы, которые вы можете придумать. В Калифорнии вы натравили измененных зверей на город. А в Солт-Лейк-Сити выдали всем мечи и заставили людей убивать друг друга!
Внутри аж всколыхнулось — это же был не я! Это все сволочные Реликты!
Но я только головой покачал с легкой улыбкой. Видимо, история уже написана — и злодей назначен теми, кто заведует тут «правильными» хрониками. Переубеждать бесполезно.
— Давай лучше обговорим нашу новую стройку века. — Перевел я тему. — Ты уже понял, куда направится пятый радиальный коридор?
— К месту, где можно добывать жидкость по две сотни тысяч за литр? — Расплылся Томми улыбкой.
— Но знать это не должен никто. Я потом дам тебе карту.
Разумеется, предварительно перерисовав ее без указания стен Лабиринта. Слишком они рядом.
Глава 12
Волна добродушия обнимала меня около пояса, слегка надавливая под животом — объелся. И вроде как не нужна особо эта еда — на выходы в Лес я брал чистую воду и что-то символическое, чтобы пожевать на привале. Но тем не менее в качестве источника удовольствия еда — на прежнем месте. Был бы Томми попьянее, я бы обсудил с ним детали удовольствия от обжорства — нет ли в нем чего-то более древнего, доставшегося от предков?.. Сожрать все, не оставить никому — и знать, что будешь сильнее, а значит — выживешь. У зверей вроде как такое до сих пор есть… Или это от неопределенности завтрашним днем — будет ли охота удачной?..
Но Томми, гад такой, даже протрезвел — нам довольно оперативно занесли новые документы для него. На секундочку — паспорт гражданина Америки и права, абсолютно новенькие, свеженькие, в пластике и со всеми защитами. Короче говоря, отличную подделку, потому как Новый город не имел права такое печатать. Но, на мое вежливое удивление (должен же был я как-то реагировать на периодические возгласы Томми?), бумаги проходили все проверки подлинности.
Ляп в новых «айди» был только один: фотографию вклеили со старого паспорта — хмурую, битую долгой жизнью, а год рождения указали тот самый, что итальянец себе выпросил. То есть на три десятка лет меньше. Что изрядно выводило Томми из себя, заставляя искать признаки подделки вновь и вновь. Чтобы, значит, переделали по «их вине» и вклеили что-нибудь помоложе. Ну или мне надоели бы его жалобы, и я приказал переделать. Самого его, понятно, пошлют куда подальше.
Но я был глух и воспринимал чужое ворчание благостно — давно пора было поесть в хорошем месте. Не то чтобы Агнес готовила плохо — но в мире столько вкусов!
Признаюсь, я не удержался и воспользовался талантом управления плоти — расширил себе язык, чтобы увеличить площадь вкусовых сосочков. И на получившуюся лопату складывал разное, совмещая острое и сладкое, холодное и горькое. Пока не заметил странный взгляд со стороны и решил притормозить с экспериментами. Потом, правда, взял бутылку вина и закинул в нее язык до дна. Очень приятно пощипывало — особенно на новых участках плоти. Одно плохо — бутылка прозрачная.
— И как мне теперь это развидеть? — Печально вздохнул Томми.
Я втянул язык обратно и больше не экспериментировал. В следующий раз — только в одиночку, и без чужой зависти через плечо.
То-то Хтонь выбрала ветку незаметности. Сидит и жрет — вон, форму рюкзака так и не поменяла, обгладывает реликтовую плоть, зализывает ее до дыр.
Где-то на фоне почудилась легкая тоска от обитателя каменного браслета. Ну тут уж — никакого сочувствия.
Надоевший телевизор, уже включенный и выключенный раз десять, захотелось посмотреть вновь. Такая уж беда с телеканалами — мало их. Не пару сотен кабельного, по которому, впрочем, тоже обычно всякая ерунда — только бесцельно нажимаешь на кнопку. Ну а тут — можно включить, выключить, посмотреть на мутное отражение комнаты на плазме и рано или поздно начать искать пульт снова. Кстати, где он?..
Пульт нашелся откинутым на край дивана, и тянуться к нему всем телом было откровенно лень. А вот вытянуть плоть руки и подхватить его — самое оно. Полезнейший талант!
«Эдак, вообще перестану шевелиться, выращу пузо… Счастливым стану».
И тут же вредная фантазия подсунула изображение каноничного плаката из «Звездных войн» — с Джаббой Хаттом и принцессой Леей.
«Эх», — взгрустнулось тихонечко.
В образе огромной жабы я себя видеть не желал. С другой стороны — девушка у ног, это вроде очень даже неплохо… Но Марла не усидит, а Агнес задолбает нравоучениями.
В итоге переключил мысли нажатием кнопки на пульте.
По ТВ показывали срочный репортаж со входа в тоннели Нового города — те отчего-то решили зарасти легкой каменной корочкой, которую, впрочем, оказалось легко пробить — это нас с Реликтом вовремя остановили. Граждане, между тем, хотели знать, что происходит.
«Пять лет прошло с момента Беды, и все снова думают, что им что-то должны…»
Городской чиновник, отыскавшийся немедленно, с важным видом вещал, что была проверка одной из систем безопасности города. Неплановая — но «вы должны понимать, учения и должны проходить внезапно!»
Журналистка в ответ кивала, удерживая внимательный взгляд на серьезном лице собеседника. Сверху слишком темной картинки — все-таки тоннель, а в комнате были включены все лампы — бликом отражалась моя ироничная улыбка.
Позади телевизионного кадра кое-как разъезжалась автомобильная пробка — пока все ждали, когда проблему устранят, кто-то особенно нетерпеливый в кого-то въехал. Страховых служб не было, а железо на колесах было далеко от идеала — что не мешало водителям тыкать пальцами в повреждения и орать друг на друга. В кадр это тоже попало, только звук приглушили — то есть передача шла в записи. А значит, и пробки давно нет. Ладно, выключаем.
— А какой тут штраф за утерю паспорта? — Пробурчал Томми.
Пока я игрался с пультом, он то и дело брал документы в руки и откладывал их в сторону. Как, впрочем, и все это время — уже часа два я объедал тут все практически в одиночку.
— Да заладил ты, давай сюда, — протянул я руку в его сторону.
— Нет, рвать не надо. Просто пусть поставят нормальное фото! У меня дома есть пропуск для работы в порту, мне
